Чтение онлайн

Женщины тоже пришли и помогали бросать камни; всё глуше доносились до князя удары топоров и стук камней. В пещере стало темно, лишь через верхнее отверстие струился свет, и кусочек неба отражался в голубоватой воде родника.

Заваливали пещеру весь день. Еретики не знали устали. Они пели свою «Благодать», осыпали узников проклятьями и зловещими предсказаниями из своих тайных книг. К вечеру, замуровав пещеру, они, довольные, ушли.

Каломела не приходила в себя, и князь долго сидел над нею, догадавшись об ожидающей его участи. Вылезть в верхнее отверстие было невозможно: скала была высокой и гладкой. Оставался лишь один выход — ввериться подземной реке в надежде, что она вынесет его на поверхность. Близился час, когда он либо «услышит шум вечных вод» и навсегда останется под болгарской землей, прячущей в недрах своих тысячи своих и чужих духов, либо вновь увидит свет солнца. Тем не менее он решил не торопиться и, покуда ещё есть силы, попробовать расчистить вход в пещеру. Однако камням не было конца, и, сколько ни отгребал он внутрь, они наползали всё такой же плотной стеной. Еретики, по-видимому, насыпали целый холм…

На другой день, когда силы оставили его и он убедился, что старания его бесцельны, он решил вверить себя воде. Снова была ночь, и снова выли в лесу молодые волки. Сибин поднял на руки умирающую Каломелу и направился к пропасти, где рокотала и дымилась подземная река. С устрашающим ревом поглотила темная бездна Калоянова воина, сраженного византийским Иисусом, против которого народ воздвигал своего, еретического бога, равно неприемлемого для князя преславского…

Тихик привел общинников к телу Совершенного, дабы они сами убедились, что дьявол вошел в него. Он показал мертвые глаза его, и все увидели, что они серые, в темных прожилках, огромные и страшные, ибо из их глубин еще пристально смотрел демон мысли.

— Бог осудил его. Я был прав, — сказал Тихик. — Теперь пойдем в молельню и помолимся.

Покорные и смиренные, еретики усердно возносили молитвы, и каждый исповедался в своих грехах. Прежде чем определить наказания, Тихик вошел в покой Совершенного, взял пояс познания и покрывало и, став перед символами тайн, сказал:

— Кто из вас будет отрицать, что Господь мне определил быть вашим спасителем? Кто будет отрицать, что это я раскрыл, как проник сюда дьявол? Кто иной мог объяснить вам страдания ваши и показать, откуда проистекли они? Вы сами видели, каков был Совершенный, как обманывал он вас, а благодаря мне вы погребли слуг Сатанаиловых. Здесь присутствуют братья, удостоенные звания верных. Пусть скажут они, что сделали для вашего спасения? Они стояли в стороне, меж ними и посейчас есть готовые поверить в новое Евангелие и поддаться сомнению. Братья и сестры, веруйте в царствие небесное и никогда не пытайтесь узнать, как выглядит оно вблизи, ибо Сатана поймает в свои сети умы и души ваши. Предопределено человеку бороться с дьяволом до дня Страшного суда, а не судить, ропща о помыслах божьих. И коли сам Бог избрал меня для спасения вашего и вразумил меня, не означает ля это, что он дал мне познание и я должен опоясать себя этим поясом?

— Истинно говоришь ты! Стань владыкой нашим, посредником между нами и Богом! — отвечали еретики.

— Тогда пусть братья верные рукоположат меня в совершенные, — сказал Тихик и сам опоясался поясом познания.

— Веди нас, пастырь и наставник, и храни нас от чародейств бесовских. Веди нас, карай за грехи наши и очищай от них. Стереги души наши от искушения, а тело от злых духов! Веди нас к царствию небесному! — взметнулся нестройный хор голосов, и верные выступли вперед, чтобы совершить таинство рукоположения.

Так брат Тихик сподобился власти во имя разума и благополучия общины и спрятал за покрывалом лицо, хотя все знали, какое оно. Но с того дня он жил в постоянном страхе, что Сатана помог князю выбраться из пещеры, так как долгое время ходила молва, что видели преславского князя — он бродит по всей болгарской земле то как страшный разбойник, то как несчастный, одинокий странник, неустанно ищущий своего Бога…