Чтение онлайн

А португалец молодец, не растерялся, подумал Женька. Конечно, с туризмом у них тут похуже, чем в Испании, где обслуживающий персонал уже ко всему привычный, тем более к русским закидонам; но можно ведь и струхнуть, когда на тебя орет такой медведь. Хорошая страна Португалия. Эмоционально устойчивая.

Ильясов уже собирался раздеться и отправиться в душ, когда в дверь постучали. Это оказалась Софи, и озабоченное выражение на ее лице внезапно сильно Женьку встревожило. Обычно девушка демонстрировала только положительные эмоции, в соответствии с профессиональным статусом, теориями транссерфинга реальности и прочими просветленными штучками.

– Эжен, – произнесла она неуверенно, – мне кажется, в моем номере кто-то побывал, пока мы ужинали.

– Пойдем посмотрим. – Он не стал говорить, что все это глупости, запер свою дверь и прошел за Софи к соседней. На первый взгляд в номере все было в порядке: никаких разбросанных бумаг, перерытых вещей и вздыбленного матраса, – короче, ничего из арсенала крутых боевиков, когда к герою вваливаются и буквально переворачивают его жизнь вверх дном.

– Когда я уходила, все было хорошо, – объяснила Софи, – а когда вернулась, книги лежали не так, и чемодан стоял по-другому, и вещи в нем… мне кажется, их перебирали.

– Что-нибудь пропало?

– Нет. И деньги на месте, и золотые украшения, и паспорт. Сейф не трогали. И дверь не взломана.

– Португалия – спокойная страна, да еще отель солидный, – успокаивающим тоном сказал Женька. – Может, горничная заходила?

– Я позвонила на ресепшн и узнала. Нет, не заходила.

Хладнокровная девочка.

– Софи, ты уверена, что твои вещи трогали? Ты быстро собиралась…

– Не уверена, – признала она, – но мне так кажется. А когда мне так кажется, обычно я оказываюсь права.

Женя подошел к ней, обнял и прижал к себе, и она не отстранилась, наоборот – обняла в ответ, а потом откинула голову и чуть улыбнулась, и тут уж он не выдержал.

Поцелуй длился долго и сладко, как воскресный сон; наконец Софи, задыхаясь, подалась назад.

– Ты должен сейчас уйти. Ладно?

– Хорошо, – согласился он хриплым голосом. – Только однажды ты меня не выставишь, это я тебе точно обещаю.

Она загадочно улыбнулась и провела пальцами по губам, словно стирая его поцелуй, а затем, «поймав» его в кулак, прижала к сердцу – абсолютно непривычный, чуждый и безумно притягательный жест, которого Ильясов никогда и ни у кого не видел.

– Не сегодня, – произнесла Софи, – сегодня ты должен уйти. Спасибо, Эжен. Я больше не боюсь.

Она должна бояться? Ах да. Кто-то приходил в номер и рылся в вещах. Возможно, и не приходил никто, просто Софи Ламарре требовалась загадка – предлог, чтобы поцеловаться вот так – истово и безумно.

– Ладно, – сказал Женька, – я за стенкой. Если что, громко кричи и выстукивай SOS азбукой Морзе.

Женя как-то неправильно произнес «Морзе», но Софи поняла и рассмеялась.

Вернувшись к себе, Женя выкинул всю эту шпионскую чушь из головы. Кому нужно обыскивать номер путешествующей учительницы? И недоброжелателей в округе не наблюдается. Единственный неприятный человек, которого Женя мог бы заподозрить в чем-то нехорошем, – это Анатоль, однако у него, к сожалению, стопроцентное алиби.

Следующий день выдался пасмурным и прохладным – каприз переменчивой атлантической погоды. Для пляжников кошмар, а для путешественников – в самый раз.

– Сейчас мы едем в Обидуш. – Софи окончательно освоилась с ролью гида и теперь вещала как по писаному, а Женя, смирившийся с участью синхронного переводчика, соответственно, переводил. – Этот город – свадебный подарок короля Диниша своей супруге Изабелле Арагонской.

– Ничего себе подарочек! – присвистнул Вася.

– Это сейчас как у нас квартиры молодоженам дарят, – сказала более практичная Люся. – А тогда города дарили. Если имелась возможность.

– В тринадцатом веке Обидуш был портом, но с тех пор море отступило от города, и в семнадцатом веке стратегическое значение он утратил. Там сохранился замок, старинные церкви и дома. Вы сами увидите… Эжен, хочешь, я сменю тебя за рулем?

– Да тут ехать все время по А8. Мы с Котиком прекрасно справляемся, – уверил ее Ильясов.

Котиком еще вчера окрестили разговорчивый навигатор.

От Эшторила до Обидуша добрались за час. Парковка была забита туристическими автобусами, и Женя с трудом втиснул «Ниссан» под боком одного из них. Обидуш с его бело-желтыми домиками, мощными крепостными стенами, булыжными мостовыми и кукольными кафе напоминал сказочный городок в табакерке. Укрывшийся в кольце крепостных стен, он казался настолько уютным и защищенным, что не усматривалось ничего удивительного в желании португальских королей проводить тут медовый месяц. По узким улицам бродили туристы и кошки, на подоконниках стояли горшки с яркими цветами, у церкви Санта-Мария снимали рекламу – судя по всему, молодежной одежды. Женька посмотрел на коллег с фотоаппаратами, отражателями и вспышками, усмехнулся и прошел мимо.

Оторвавшись от Васи и Люси, чье внимание привлекла череда магазинов на улице Rua Direita, ведущей к замку, Женя и Софи поднялись к крепости и дальше – на мощную стену с зубцами. Здесь было ветрено и красиво, открывалась панорама долины, усыпанной домиками, словно разноцветными бусинами, на горизонте сверкала бирюзовая полоска океана. Софи шла и трогала камни, между которыми росла трава и мох. Женя снимал панораму со стен, прекрасно сохранившийся замок с круглыми башнями, ленивую трехцветную кошку, свесившую хвост с крыши низкого сарайчика. Потом догнал Софи.

– Тебе здесь нравится?

– Здесь необычно, – проговорила она, ничуть не удивившись вопросу. – Из-за соседства с блестящей Испанией многие считали Португалию страной второго сорта. Она ведь и была бедной.

– С экономикой у нее и сейчас так себе.

– Но лучше, чем раньше. Видишь, сюда стали ездить, – она указала на толпу туристов, сгрудившихся вокруг гида, словно овцы вокруг пастуха. – Это хорошо. Здесь богатая культура, очень насыщенная. Из-за того, что ее мало изучают в других странах, она и кажется такой… чуждой.

– Ну да, – согласился Женька, – все слышали о Борджиа, но я никогда не слышал о короле Педру.

– Зато ты знаешь Васко да Гама и Магеллана.

– Странно, верно? Тут непрерывно шли войны, в Италии Борджиа травили всех подряд, во Франции придворные интриги не прекращались, а мы все равно помним мореплавателей, Микеланджело и Ларошфуко.

– О, ты просто не погружался в глубины истории так, как приходится гидам, – усмехнулась Софи. – Когда начинаешь читать исторические документы, в том числе и касающиеся культурных деятелей, просто с ума сходишь. Проще оставить все это покрываться налетом романтики.