Чтение онлайн

При взятии Урги взято в плен больше 1000 человек гаминов с майором Ли, исправных пушек 4, без замков 12 (замки потом нашли), пулеметов исправных 30, баз замков 30. Винтовок новых 2000 без затворов (их потом нашли), винтовок старых 3000. Патронов ружейных больше 500000, очень много обмундирования, склады продовольствия и прочего имущества. В банке денег: серебра билонного на 700000, золота 4 пуда, ямбового серебра и банкнот 500000 и американских долларов 2000.

Причины и следствия успешных боев Азиатской конной дивизии за Ургу

Живущим в Урге зиму 1920/21 года не видно было мероприятий китайских генералов улучшить оборону Ургинского района. После ноябрьского наступления на Ургу генерала Унгерна лишь усилились репрессии против ни в чем не повинных русских людей. Не вели даже разведки и не знали, что делается на востоке дальше Налайхи. Когда 2 февраля есаул Хоботов занял Худжир-Булунские казармы, то китайское командование не попыталось его атаковать и прогнать, а генерал Го своих кавалеристов увел в западную часть Урги, в район Да-хурэ.

Враг проломил входную дверь в Ургу с занятием Мадачанского дефиле 2 февраля, есаул Хоботов занял Худжир-Булунские казармы, 3–го — высоты около радиостанции, а два батальона, расквартированные в казармах на склоне горы вблизи Маймачена, рано утром 4 февраля спокойно спали.

Действия тибетцев с увозом Богдо-гэгэна, многочисленные огни на горах с трех сторон Урги ввели в заблуждение китайское командование, как малых детей, о численности войск наступающих. Они посчитали силы генерала Унгерна в 5000 бойцов и не приняли никаких мер к выяснению настоящих сил противника.

Решение китайцев 3 февраля оставить Ургу почти без боя не укладывается в понимание военного человека. Принимая столь ответственное решение, генерал-губернатор Чэнь И, генералы Го и Ма понимали, что с оставлением Урги они теряют Халху, крайне нужную Китаю для колонизации.

На позициях Мадачана они почти не использовали свое превосходство в артиллерии и пулеметах. Действия китайских генералов были преступны. Пожалуй, один только полковник Лян Шу (за точность не поручусь), командовавший арьергардом, при уходе из Урги на Троицкосавск проявил некоторую воинскую доблесть — не дал возможность генералу Резухину смять колонну китайцев на походе, потеряв лишь незначительную часть огромного обоза.

Переходя к оценке действий Азиатской конной дивизии, нужно отметить на первом месте следующее.

1. Высокий наступательный дух унгерновцев, понимавших, что спасение их в победе, а потому каждый проявил максимум духовных и физических сил.

2. План взятия Урги, составленный подполковником Дубовиком, был вполне рациональным. Хотя от него частично отступили 3 февраля, но в целом он проводился. Начальники знали предметы, цели атаки, почему было взаимодействие частей войск и не было больших разрывов.

3. Удачные действия сотника Плясунова, вышедшего на фланг и тыл китайских позиций на юго-восточных склонах Богдо-улы заставили китайцев без боя очистить сильные позиции.

4. Лихие действия тибетцев — увоз Богдо-гэгэна — подействовали удручающе на китайцев и подбодрили дух наступающих, особенно монгол и бурят.

5. Грубая ошибка генерала Унгерна против истины военного искусства — бездействие Азиатской конной дивизии все 3 февраля — послужила на пользу: скрыло истинное количество наступающих войск и китайцы, не разгадав эти силы, решили уйти из Урги, не дав решительного боя.

Генерал-губернатор северо-западных провинций Китая Чэнь И со своими чиновниками выехал из Урги ночью с 3 на 4 февраля. Генералы Го и Ма со своими войсками уходили рано утром 4 февраля. Уход на Троицкосавск диктовался теми соображениями, что уходить через Гоби в феврале месяце — верная смерть. Китайцы рассчитывали, что правительство Москвы всех их пропустит в Маньчжурию через Забайкалье, но они глубоко ошиблись. Ленин приказал пропустить лишь Чэнь И с небольшой свитой. Чем руководствовалось Правительство СССР, не давая согласия пропустить безоружных китайцев через Забайкалье, остается пока без ответа, но сколько-нибудь существенных оснований не видно [57] .

Победа Азиатской конной дивизии под Ургой дала монгольскому народу Халхи полную, хотя и короткую, самостоятельность от кого бы то ни было. Генерал Унгерн перевернул новую страницу Монголии, на которой записано его имя.

Как было указано, в преследование китайцев, уходивших на Троицкосавск, пошел генерал Резухин с 1–м Татарским полком. 8 февраля наскоро сформированный 3–й Конный полк сотника Янкова выступил на Хара-гол. Он разбил китайские отряды на “тракте” и передовые его части заняли урочище Мактуй. 2–й полк полковника Хоботова, благодаря освобождению им русских из тюрьмы и мобилизации, скоро пополнился до 6–сотенного состава. За 20 дней полк успел хорошо одеться, переменил подбившихся коней и был в полной мере боеспособным. 25 февраля 2–й полк вышел на север на смену 3–го полка Янкова, которому надлежало идти в Ургу на формирование. Хоботов не остановился на Хара-голе, а с боями продвигался дальше на север и к 1 марта занял линию Иро, выдвинув передовую заставу к Ибицык.

Недолго Азиатская конная дивизия отдыхала в Урге. Стало известно, что Китайское правительство отправило в Монголию через Калган крупные войсковые части для борьбы с Азиатской конной дивизией. По слухам, китайские войска через Гоби двигались эшелонами по одному батальону примерно по 1000 человек.

Расстояние от Калгана до Урги через Гоби равняется примерно 1000 км. Основных путей на Ургу три: западный — Сайр — усу — Бургастай, центральный — Чойрын — Удэ — Бургастай и восточный — Эрги — Худжирты — Бургастай.

Центральный путь, вдоль которого проложена территориальная линия — лучший. Колодцы вдоль пути отстоят друг от друга на расстоянии 25–40 км (дневного пути), воды в них достаточно на караван в 100 верблюдов и они поддерживаются в исправном виде. Вдоль пути оборудовано 4 газолиновых станции. Так как по центральному пути происходит самое большое движение караванов, то пастбища вблизи колодцев скоро вытравляются, почему караваны, следующие без подкорма скота, предпочитают другие, хотя и более длинные пути.

Монголы донесли Унгерну, что первый эшелон китайской армии в 1000 штыков подошел к Чойрыну. Генерал Унгерн правильно решил — не допускать скопиться китайским войскам к югу от Урги, вблизи ее. Необходимо эти эшелоны разбить по частям в походном порядке.

Стояла глубокая, холодная зима. Поход предстоял в самое сердце пустыни Гоби. Чины Азиатской конной дивизии отдохнули, переорганизовались, пополнились, имели свежих коней. Всадники тепло одеты. 1 марта 1921 г. в поход пошли под личным командованием Унгерна 8 сотен, 2 отдельные монгольские сотни, 2 орудия и 8 пулеметов, примерно 900 бойцов. Обоз вьючный — на верблюдах. По пути в дацане Ибицык отряд подменил подбившихся коней. 11 марта передовые сотни подошли к Чойрыну.