Чтение онлайн

– Чем же ты собираешься помочь команде? – с интересом спросила Керда.

– Я… – тут Фил запнулся, потому что даже не успел подумать о веской причине, по которой его должны были взять. – А… А я буду всё записывать! Вести летопись нашего подвига!

– Летописец, значит, – снисходительно улыбнулся Сапий. – Да будет так.

Фил встал рядом с Мартином, который удивлённо на него покосился. Эрика, явно не ожидавшая, что оба её друга вызовутся на это опасное дело, закрыла рот рукой.

"Дурак ты, Филиус! Как пить дать убьют! И ради чего – дурацкого Пророчества!"

– Итак, добровольцы отобраны, – провозгласил Верховный Правитель. – Семь героев, семь чистых душ, что призовут Детей Фейберуса, которые сокрушат захватчиков из Бездны и возродят мир!

Люди смотрели на избранных с благоговением, что было довольно странно, учитывая, что несколько секунд назад всего один шаг отделял каждого из них от того, чтобы встать с новоявленными героями в один ряд. Но большинство просто стояло в нерешительности, пока Сапий звал добровольцев.

Фил позже много думал о том, почему вся толпа сразу же не ринулась вперёд. Может, они боялись? Или не видели в этом смысла? А может, просто не хотели менять свою размеренную и спокойную жизнь, даром что она уже была разрушена захватчиками из Бездны? Так или иначе, но вышло всего семь, и теперь пути назад не было.

Внезапно стоящий рядом Беллум, который последние несколько минут выглядел так, как будто вот-вот взорвётся, не выдержал и воскликнул:

– И это – герои, которые должны спасти мир? Двое вояк, очкарик, преступник, переводчик, святоша и мальчишка?!

– У них хватило мужества вызваться на это дело, – спокойно кивнул Сапий. – Значит, они подходят.

– Ну всё, с меня довольно! – Великий Воитель пришёл в ярость. – Ты не имеешь права отбирать кого попало только потому что они составляют занятную коллекцию! На кону стоит судьба не только Лаборума, но и всего мира, а ты превращаешь всё в игру!

– Решение окончательное. Всё сделано согласно Священным Текстам. Их выбрал не я, их избрала сама Судьба.

Рявкнув себе под нос что-то совсем неприличное, Беллум пошёл к движущимся комнатам. Керда хотела было его окликнуть, но Сапий остановил её:

– Не стоит. Каждый имеет право на своё мнение. Гюнтер всегда скептически относился к предсказаниям, считал их выдумкой глупцов или чьим-то коварным планом. Я не в силах разубедить его, ибо я руководствуюсь лишь Верой в Свет, Творцов и Судьбу, что была предначертана этому миру с самого его сотворения.

– И я Верую, – кивнула Верховная Жрица. – Но Пророчество могло быть неверно истолковано.

– Выбора у нас в любом случае нет, – вздохнул Верховный Правитель и обратился к толпе и семи избранникам. – Начнём же ритуал призыва! За мной, чистые души…

В предвкушении чего-то великого и мистического Избранные направились вслед за старейшинами к движущимся комнатам. Когда они зашли в просторную кабину, Фил оглянулся на главный зал. Жрецы готовились провести массовую молитву. Весь лаборейский народ собрался поддержать ритуал в едином религиозном порыве. А затем Сапий нажал на кнопку с человечком в центре панели, и они начали подниматься. Члены только что созданной команды не спешили знакомиться и старались смотреть куда угодно, но только не друг на друга.

Наконец, движущаяся комната остановилась. Судя по времени подъёма, они уже были глубоко над поверхностью тверди. По узкому коридору, освещённому тусклыми тёмно-красными кристаллами, старейшины отвели Избранных в прекрасное и удивительное место. Они очутились в круглом зале, меньшем, чем нижний, но куда причудливее. По стенам его, освещённые разноцветными кристаллами, стояли статуи могучих Детей Фейберуса.

Одна изображала огненного воина, по обе стороны от которого в больших жаровнях горело настоящее пламя. Вторая была объята холодом, а её голову и плечи покрывал снег, который обычно можно было увидеть только на заледенелых нижинах башен. Третий воин был грубо вытесан из цельной каменной глыбы. Четвёртый зарос зелёными лианами и ветвями, а восходящий поток из хитроумных механизмов заставлял колыхаться его плащ. Пятая статуя изображала воительницу – могучую, высокую и окружённую потоками воды. У шестого меж пальцев били маленькие молнии. Был здесь и седьмой монумент, но он отличался от остальных: у статуи героя, сжимавшего в руках меч, не было лица, а окружали его только обыкновенные жёлтые кристаллы. На стенах от каждой статуи уходила вверх резьба, линии которой переплетались друг с другом и соединялись в центре потолка, будто разделяя его на семь сегментов.

В середине зала, напряжённо глядя на статую безликого воина, уже стоял Беллум. Увидев Избранных, он только покачал головой и поднял глаза к потолку. Потрясённые красотой этого места, члены команды разбрелись по залу, любуясь статуями легендарных Детей Фейберуса. Никто из них не подозревал, что в недрах Цитадели спрятано нечто подобное. Филу это показалось действительно странным, так что он подошёл к Сапию и спросил:

– Что это за место?

– Это, друг мой, самое важное место во всём Лаборуме, – многозначительно сказал Верховный Правитель и громко обратился ко всем. – Оно называется Святилищем. Вся Цитадель была построена с единственной целью – защитить это место. Если враги прорвутся сюда, всему миру придёт конец. Когда вы найдёте Детей Светоносного и попросите их защитить наш народ, вы обязаны рассказать им и о том, что если случится самое худшее, они должны пожертвовать всем, но не дать врагам проникнуть в этот зал.

Фил не понял ничего, кроме того факта, что это Святилище зачем-то нужно оберегать, хотя на первый взгляд здесь не было ничего, кроме семи статуй. В его голову даже закралось подозрение, что Сапий что-то скрывает, но он сразу же отогнал от себя подобные мысли:

"Да как я вообще могу ставить под сомнения его слова?! Он наш вечный лидер, старейший и мудрейший из лаборейцев! Он точно знает, о чём говорит!"

– Не будем терять времени, – сказал Сапий. – Избранные! Каждый из вас должен выбрать одного из семи Детей Фейберуса. Вы будете связаны нерушимыми узами и таким образом сможете отыскать их.

Члены команды начали осматриваться, выбирая себе подходящую статую. Мартин без колебаний подошёл к огненному воину: судя по целеустремлённому и отважному выражению на каменном лице, этот парень точно был настоящим храбрецом, который не остановится ни перед чем, дабы защитить лаборейский народ. Чарльз Люфт, вздрогнув, подошёл к Повелителю Молний. Томас, долго и напряжённо всматриваясь в лица воителей, выбрал каменного гиганта. Мария избрала Повелительницу Воды, возможно, из-за того, что она тоже была единственной женщиной среди своих соратников. Юлиус, который выглядел очень растерянно, по какой-то причине подошёл к Повелителю Воздуха. Оливер сразу встал напротив ледяного воителя и не сводил глаз с его спокойного лица.

Филу достался безликий воин – Первенец Фейберуса, чьё имя было давно утеряно. Собственно, он был даже этому рад: у многих членов команды так или иначе имелись качества, схожие с таковыми у персонажей легенды. Но вот сам Фил был совсем обыкновенным, ничем не примечательным рабочим (если не считать его вечную лень), а потому безликий герой, о котором в Пророчестве не было никаких подробностей, хорошо ему подходил. Вот только, глядя на статую, он чувствовал себя странно: в этом лишённом всякой чёткости образе словно было нечто неумолимо знакомое.

– Чтобы призвать Детей Светоносного, вы должны одновременно коснуться их священных алтарей, – пояснил Верховный Правитель. – Верьте в Судьбу, позвольте своим стремлениям стать реальностью и воззовите к небесам, что ныне именуются Бездной!

Приглядевшись, Избранные увидели у ног каждой из статуй небольшой постамент как раз подходящей высоты, чтобы положить на него ладонь. Все семеро оглянулись друг на друга, не решаясь начинать первыми. Совершенно неожиданно для себя самого Фил решил взять инициативу в свои руки и положил ладонь на алтарь. Следуя его примеру, так поступили и все остальные. И в этот момент Беллум, стоящий за спиной Сапия, не выдержал и чуть ли не взмолился: