Легенды о Ноа: Перевёрнутый мир
Шрифт:
Внезапно Доминус издал вопль ужаса, схватился за голову и согнулся пополам. Остальные удивлённо на него уставились.
– Я вовсе не хотел… Я… Это неправильно! – крикнул он, дрожа всем телом. – Я не хочу никого убивать!
Мартин переменился в лице. Такого от легендарного героя он уж точно не ожидал.
– Но они наши враги! – возмущённо воскликнул он. – Они напали на нас, убили сотни людей, выгнали нас из нашего же города! Они не знают жалости, так с чего мы должны жалеть их?!
– И что?! Я думал, что мы сражаемся с демонами, а не с людьми! Я не убийца! Я не буду сжигать их заживо! – Доминус опустился на колени и опустил голову. – Я не соглашался на это… Отец… Я хочу домой…
Вновь в его памяти возникла огромная пылающая сфера, и на сей раз она вызвала приятные ассоциации: что-то родное, дом, куда всегда можно вернуться.
– Убийство – страшный грех, – смягчила обстановку Мария, пока Мартин стоял как вкопанный и не верил своим ушам. – Тот, кто предаёт врага мечу ради защиты своего народа, приносит в жертву собственную душу.
– Да-да, наши руки в крови, и поэтому воин никогда не сможет стать священником, – проворчал Воевода. – Но ведь…
– И мы не можем винить владыку Эстуса в том, что ему, как и всякому праведнику, противно насилие.
– Но он должен защищать нас! Так сказано в легенде! И он принял свой долг, согласившись помочь!
– Да, но защитить нас можно и не проливая крови, – жрица нахмурилась. – И если бы ты не выбежал вперёд, этого бы и не понадобилось.
В поисках хоть какой-то поддержки Мартин посмотрел на Томаса, но тот был слишком занят осмотром вражеского оружия.
– Да вы все с ума посходили! – воскликнул Воевода. – Враги жаждут нашей смерти, а вы думаете об их жизнях?!
– Сейчас мы должны найти Фила и Юлиуса! Давайте сосредоточимся на этом! – взволнованно сказала Мария.
– Согласен. Они не смогут себя защитить, – нехотя кивнул Мартин и посмотрел вдаль.
Отряды врагов уже не расхаживали туда-сюда, а быстро огибали их со всех сторон, надеясь отрезать путь к отступлению. Но пока они не подошли на близкое расстояние, численности остроухих было недостаточно, чтобы перекрыть каждый мостик в огромной треугольной паутине Леса Ветряков.
– Вот что мы сделаем, – заключил Воевода, оценив обстановку. – Владыка Эстус, ты можешь просто закрыть нас чудо-щитом?
Доминус не глядя кивнул.
– Хорошо. Мы побежим вперёд и будем стараться их избегать. Попробуем найти остальных и сбежать отсюда. Поиски Детей придётся прервать.
Это понимали все, так что никто не возразил. Враги уже подошли на расстояние в несколько пролётов от них, так что медлить было нельзя. Мартин встряхнул Эстуса за плечо, и тот с мрачным видом встал. Томас бросил потухшую лампу и обеими руками сжал вражескую трубку.
– Вперёд! – скомандовал Воевода.
Они устремились к ближайшей развилке. С левой стороны отряды врагов уже перекрыли все пути к отступлению, но с правой их кольцо ещё не сомкнулось. Едва члены отряда выбежали из укрытия, как остроухие на ближайших мостиках приготовились открыть огонь. Эстус поднял руку и использовал Аспидос, закрыв товарищей непроницаемым куполом, после чего они помчались по мостикам куда глаза глядят. Вражеские снаряды десятками ударялись о барьер и рассыпались искрами. Со всех сторон доносились крики остроухих, пытавшихся их окружить.
Вскоре вдалеке стало видно большое приземистое здание с шестиугольным основанием. Там врагов было особенно много, так что Мартин повёл отряд в сторону. Остроухие не смогли зажать их в кольцо и теперь просто бежали по пятам, отставая на пару пролётов. От поддержания барьера у Эстуса заболела голова, и он чувствовал, что скоро потеряет концентрацию. Он вытянул руку назад, сосредоточив поле позади отряда и оставив перёд без защиты.
На очередном повороте они завернули за ветряк и столкнулись с кем-то, прятавшимся в тени. Эстус вскрикнул и остановился, Мартин немедленно замахнулся мечом, но тут же опустил его, увидев знакомые лица.
– Слава Фейберусу! – воскликнул Воевода Люфт. – Мы уж думали, что не найдём вас!
Он запыхался и выглядел взволнованно, чего нельзя было сказать о молчаливом Оливере.
– Где Фил и Кассий?! – сразу спросила Мария.
– Не знаю, мы их не встретили. Мы увидели сигнал, думали что они нашли Сына Фейберуса, а вместо этого…
Крики врагов за спиной становились всё громче. Остроухие точно знали, где отряд, и прятаться было уже поздно.
– Что будем делать? – спросил Мартин. – Мы не можем уйти без них!
– Это не единственная проблема! – сказал Люфт. – Мы видели местных рабочих! Эти демоны поймали их и сгоняют к своему шару! Туприссий знает, что они хотят с ними сделать! Мы не можем их бросить! Владыка Эстус может дать этим ублюдкам бой и освободить пленников!
Все с надеждой уставились на несчастного Доминуса. Произошло именно то, чего он боялся больше всего: его заставили выбирать между смертельным сражением и позором. Он не знал, как сражаться без применения своей разрушительной силы. Долго поддерживать защитный барьер он бы тоже не смог. Он не хотел ни убивать, ни тем более быть убитым сам. Но если бы он отказался сейчас и бросил в беде всех этих людей, его незаслуженная репутация героя бы окончательно развеялась. Его назвали бы тем, кем он являлся на самом деле – ничтожным трусом, а не великим воином. И все надежды, которые на него возложили эти коротышки, пошли бы прахом…
– Эстус, – голос Мартина прозвучал неожиданно мягко по сравнению с прошлым разом. – Мы не вправе тебя принуждать.
Все остальные посмотрели на него с удивлением, но сам Воевода оставался серьёзным:
– Если подумать, то мы и так хотим от тебя слишком многого. Для нас ты был персонажем из легенды, бесстрашным лидером среди своих братьев. Мы не думали о тебе как о человеке и никогда не представляли, что ты можешь оказаться вовсе не таким, как нам рассказывали.
Судя по голосам и топоту десятков ног, враги уже были на мосту за ветряком. Эстус закрыл глаза и отчаянно попытался вспомнить прошлое. Неужели в той, забытой жизни он и вправду был таким, как говорилось в легендах? Ведь в глубине души он твёрдо знал, что когда-то был воином. Неужели это ничего не значило? Неужели он всегда был размазнёй, как сейчас? Не мог же его характер полностью измениться от потери памяти! Значит, где-то глубоко внутри у него всё ещё были подходящие для воина качества?!
– Мы все сделали ошибку, возложив на него надежды! – воскликнул Мартин, оглядев остальных. – Он ничего нам не должен! Он увидел нас первый раз в жизни, а мы посмели что-то от него требовать!
"Это правда", – подумал Доминус. Он не был никому должен. Он был волен идти куда пожелает, и его совесть осталась бы чиста. Но зачем он всё-таки согласился на поход? Неужели только ради того, чтобы оправдать чужие ожидания?
– Ты можешь выбирать, Эстус, – Мартин вновь обратился к нему с дрожью в голосе. – Ты не обязан этого делать. Но правда в том, что без тебя нас всех ждёт смерть. И потому все мы умоляем тебя… Если ты сможешь, прошу, спаси нас!