Легион Гарма
Шрифт:
— Есть еще желающие предать Альянс? — Уточнил мужчина, а его золотые воины подняли оружие вверх, словно готовясь ударить. — Прекрасно. Монарх благодарна вам за службу, а теперь ее ждут дела.
Эрс схватил девушку за руку. Девятая и слова не могла сказать, ее переполняли эмоции. Все, что монарх успевала — это бежать следом за мужчиной. Бежать до тех пор, пока люк корабля не закрылся за ее спиной и не взвыли маневровые двигатели. В одно мгновение судно поднялось над землей, резко уходя вверх в открытый космос.
Мрак. Скрежет металла, поедаемого нанитами. И все усиливающийся гул. Колебания. Вспышка золотого света зародилась в непроглядной тьме. Она устремилась вперед, уничтожая все на своем пути. Наниты, конструкции Сиона и просто мусор. Все горело и плавилось в этом золотом аду. Облаченный в сияющий доспех, окровавленный, но живой, он возвышался над пылающим хаосом:
— Я… Первый… Монарх! — Прокричала золотая фигура, уничтожая все, что его окружало.
Глава 17
Глава 17
Довольно часто наши желания кардинально расходятся с нашими возможностями. Огромная сила все же не безмерна, а огромная власть не безгранична.
Первый монарх обладал невероятной силой, как для одного ирато. Он был настоящим живым оружием. Оружием ужасающим, но не всесильным. Щиты защитили от нападения нанитов, но обрушение конструкций станции, было уже слишком. Непроницаемость щитов Первый обеспечил, но вот жесткость… Ирато вышел, подволакивая левую ногу. Ее неестественный изгиб говорил о серьезных повреждениях.
Обжигающая энергия аммолита уничтожила несколько переборок между отсеками, дав возможность Первому без проблем покинуть опасную территорию и начать двигаться к выходу. Странно, но его никто не преследовал. Проверив в последний раз силы ирато на прочность, волна нанитов отхлынула, затерявшись среди отсеков. Вокруг воцарилась относительная тишина и ничто не мешало перемещению монарха. Он пересекал отсек за отсеком, приближаясь к выходу. А подойдя к нему, не увидел препятствий. Последнее усилие, и вот он уже за стенами базы.
— Отряд! Ответьте мне!
Быстрая проверка связи показала, что не смотря на все перенесенные трудности, на территории базы она была заглушена, но не сломана. А вот за ее пределами все заработало, как нужно. Но вместо ответа, Первый услышал лишь тишину.
— Десант! Капитан! Корабль! — Ни от отряда, ни от судна, что теоретически продолжало их ждать в шести километрах отсюда, ответа не последовало. — Капитан… э-э-э…
Ну да. Ни одного имени. Для монарха, что капитан корабля, что ребята в отряде, были лишь декорациями. Инструментом, с которым он должен был временно взаимодействовать, чтобы решить те или иные проблемы. А не плевать ли, как этот инструмент называется? Главное, чтобы он исполнял свою работу — Первый так думал всегда. Но вот сейчас он сильно жалел, что не может позвать помощь по имени.
Монарх отошел от базы. Преследования не было. За спиной лишь тишина — это пугало еще сильнее. Сейчас ему нужно будет пересечь относительно спокойный участок с теми странными сферами и выдержать давление бури. Первый ослабел, но и защищать, пока что от влияния стихии, требовалось только свою тушку, что несколько облегчало задачу.
Сферы?
Мысли о дороге возродили воспоминания. А разве эти «шары» металла не сияли, источая алое свечение, будто раскаленная сталь? Сейчас все они были тускло-серого цвета.
Позабыв на мгновенье о возможном преследовании, монарх сосредоточил свое внимание на ближайших от него сферах. На земле под ними и…
Там что-то лежало. Что-то до боли знакомое.
Монарх подошел ближе, чтобы рассмотреть находку. Так и есть. Это был сканер. Мобильный сканер, которым пользовались десантники его отряда. Прибор не был цел, часть корпуса была деформирована, будто попала в кислоту. Или в него стреляли? Плохо видно…
Первый наклонился ближе. Присмотрелся. И словно бы ярчайшая вспышка в его сознании, внутренние инстинкты заставили ирато отшатнуться. Усилить щиты.
Всплеск.
Движение.
Что-то рядом с монархом схватило его за руку, окутанную щитами. Для обычного человека это невозможно, ведь он просто сожжет свою плоть.
Сфера изменилась. Ее плотность изменилась. Когда-то прочная на вид стальная поверхность была ни чем иным, как постоянно двигающимися нанитами. И сквозь них, погруженный в них и поглощаемый ими же, Первого схватил один из десантников его отряда:
— По-мо-ги-те…
Ирато едва слышно прохрипел это, при этом копошащиеся наниты вываливались из его рта, вытекали из ушей и постепенно поглощали кожу.
— По… — договорить солдату не дал сам монарх. Взмахнув рукой, объятой золотым светом, он легко отрезал кисть десантника. Крови не было. Из поврежденного тела хлынули наниты. А сам боец медленно опустился вниз, поглощаемый сферой.
Догадка Первого подтвердилась. Сейчас он не думал об умершем десантнике, об остальном отряде, скорее всего разделившем эту же участь. Плевать. Главным было иное — понимание ситуации. Понимание действий врага. Поглотившие планету взрывы дали энергию для активации созданных на Хексе нанитов. Сион ли руководил всем этим или кто-то другой — это не имело значения на данный момент. Сейчас было главным понять, почему их подпустили так близко.
— Чего не хватало целой планете? — Первый пытался бежать, но из-за поврежденной ноги получалось слабо. Тем не менее, он был упорен в своем желании. Боль наполняла все тело, медицина доспеха уже не спасала. Отвлекал лишь гнев и анализ врага. Монарх повторил еще раз заданный себе же вопрос. — Чего нет на Хексе, что им никогда не достать? Чего им не хватало? Чего?!
Понимание пришло внезапно. Резко и болезненно резанув по нервам. Страх в одно мгновение заставил позабыть о боли, ведь ирато нашел ответ:
— Им не хватало аммолита монарха. Весь этот спектакль только ради того, чтобы я лично опустился на планету. Или любой другой монарх, действующий в чрезвычайной ситуации планетарного масштаба. Любой из нас обладает тем, что не достать ни за какие деньги. Сильнейшие из аммолитов. Миссия по разведке и спасению? Все перевернулось. Это была охота. Охота на него.
Первый побежал. Он бежал, как мог. Достигнуть бури уже было бы неплохой возможностью выжить, а преодолев ее, можно было надеяться на связь с кораблем. Но боль была слишком сильна. Слух… Зрение… Все ослабевало. Силы покидали его.