Легион уходит в бой
Шрифт:
— Кто это может быть? — спросил Гекс, подходя ближе.
— Не знаю, — ответил Тро. — Но это явно не дроиды. Возможно, это подкрепление.
— Командир, там клоны, — сказал Локс, взглянув в бинокль. — Я вижу их эмблемы.
— Они пришли за нами, — с облегчением сказал Марк, но тут же его голос омрачили сомнения. — Но что, если это не подкрепление, а просто проверочный отряд? Они могут не знать, что здесь кто-то выжил.
— Мы должны дать им знать, что мы здесь, — решил Тро. — Локс, у тебя есть сигнальный огонь?
— Да, сэр, — ответил Локс, доставая маленький портативный передатчик.
— Хорошо. Мы поднимем сигнал и будем надеяться, что они заметят его. Мы не можем упустить этот шанс.
Локс активировал передатчик, и в небо взлетела яркая ракета, освещая окрестности пещеры на несколько мгновений. Тро смотрел на это, скрестив пальцы и молясь о том, чтобы их заметили. Теперь оставалось только ждать и надеяться на спасение.
Глава 18
Мы с отрядом двигались в сторону выхода, через вентиляции, стараясь не издавать ни единого звука. Впереди меня Демон внимательно осматривал путь, освещая дорогу тусклым светом наручного фонарика. Звук наших шагов глухо раздавался в металлической трубе, каждый скрежет был подобен ударам сердца, но отступать было некуда. Дышалось тяжело, и казалось, что воздух в этой проклятой трубе был густым, как смазка для оружия.
— Вижу выход, — прошептал Демон, и я кивнул, хотя он и не мог этого увидеть. Мы продвинулись дальше, и вскоре луч света прорезал мрак. Он исходил от небольшого отверстия в конце вентиляции. Я подал сигнал остановиться и жестом показал Демону проверить путь. Остальные замерли за мной, дыша так тихо, как могли.
Он аккуратно выглянул наружу и на мгновение застыл. Я чувствовал напряжение, исходящее от него. Наконец, он развернулся ко мне и коротким кивком дал понять, что можно двигаться дальше. Я облегченно вздохнул и начал спускаться. Вентиляция оказалась расположена невысоко, так что, выбравшись наружу, я сразу осмотрелся вокруг.
Мы оказались на краю небольшого лесного массива, вдали виднелись снежные вершины гор. Место было безлюдным, а если дроиды и патрулировали здесь, то их пока не было видно. Я подал сигнал отряду продолжать движение, и мы начали пробираться к безопасной точке, стараясь остаться незамеченными.
— У нас два варианта, — тихо сказал я, когда мы остановились для короткого совещания. — Либо пробиваемся на базу и уничтожаем дроидов, либо выходим из зоны глушилок и связываемся с армией.
— Черт возьми, Сумрак, — проворчал Демон, присев рядом со мной. — База напичкана этими дроидами, нам будет непросто прорваться, даже если вся наша удача с нами.
— Но если мы поднимем тревогу, это может привлечь внимание, — возразил Трейсер. — И тогда все станет еще хуже.
Граймс, которому пришлось перевязывать собственные раны после последнего боя, тяжело вздохнул и тихо добавил:
— Я за то, чтобы выйти из зоны глушилок. Если сможем вызвать подмогу, у нас будет больше шансов. Но если останемся, можем не выбраться вообще.
Я медленно кивнул, обдумывая их слова. Он был прав: хотя мы могли бы рискнуть и попробовать прорваться на базу, если нас обнаружат по дороге, все могло закончиться плохо. С другой стороны, сигнал тревоги привлечет на нас целую армию дроидов, и тогда выжить будет еще сложнее.
— Ладно, — наконец сказал я. — Мы попробуем выйти из зоны глушилок. Если сможем связаться с армией, получим подкрепление и начнем операцию по зачистке базы.
Мои слова вызвали некоторое облегчение у всех, и я понял, что выбрал правильный путь. Это была не трусливая осторожность, а обоснованное решение. Мы потеряли слишком много братьев, и я не собирался допустить, чтобы это произошло вновь.
Мы продолжили движение, держась ближе к укрытиям и избегая открытых пространств. Времени у нас было мало, но чувство опасности давило на нас, будто сам воздух был пропитан предчувствием беды. Внезапно я заметил впереди движение, и мы все замерли. Это была не группа дроидов, а что-то другое.
Сквозь густой лес мне удалось разглядеть фигуры. Я медленно приблизился, прищурившись, чтобы лучше видеть. Это были люди. Клоны. Несколько солдат, израненных и изможденных, прятались в кустах, явно стараясь избежать встречи с врагом.
Я быстро дал знак остальным и вышел вперед, давая понять выжившим, что мы с ними на одной стороне. Один из солдат поднял голову, и я узнал его — это был сержант, которого я видел раньше на Камино.
— Сержант, Тро вроде бы? — спросил я, и он кивнул, его лицо было испачкано грязью и кровью.
— Сумрак? Не верится, что нас нашли. Мы думали, что тут все подохнем, — его голос дрожал, но в нем было и облегчение.
— Что здесь произошло? — я присел рядом с ним, и остальные бойцы моего отряда окружили нас, держа оружие наготове.
— Дроиды напали внезапно, — ответил Тро, тяжело дыша. — Мы не ожидали, что они пробьют оборону так быстро. Это были какие-то особые модели, они двигались быстро и метко резали наших парней виброклинками, как будто мы были учебными мишенями. Те, кто успел отступить, спрятались в пещерах. Но остальные... их просто вырезали.
Я сжал зубы, слушая его рассказ. Эти дроиды — новый тип врага, против которого у нас не было должного опыта. Но это объясняло, почему связь с базой пропала. Ясно, что в бою погибли почти все, кто там находился.
— Остальные... где они? — спросил я, оглядываясь.
— Немного дальше, в другой пещере, — Тро махнул рукой. — Там еще несколько наших. Но одному из них сильно досталось, думаю, он не протянет долго.
Я кивнул, переваривая услышанное. Прорваться на базу и уничтожить этих дроидов — это звучало как самоубийство. Мы уже потеряли слишком много, и не могли рисковать жизнью всех, кто остался.
— Значит, так, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Мы соберем всех выживших и попробуем выбраться из этой зоны глушилок. Если повезет, свяжемся с армией и запросим помощь. А потом вернемся и разберемся с этой мерзостью.
Тро кивнул, его лицо было мрачным, но полным решимости. Он понимал, что у нас мало шансов, но это был лучший план из всех возможных.
— Выдвигаемся, — скомандовал я, и мы двинулись в путь.
Каждый шаг был осторожным, каждый звук мог стоить нам жизни. Я оглядывался на своих людей и видел в их глазах ту же решимость. Мы были «Злыми», но сейчас наша злость была направлена не на врага, а на наше желание выжить и довести дело до конца.