Чтение онлайн

— Да, на стадионе ублюдки держат моих людей. С территорий, так что я сейчас туда, буду помогать им эвакуироваться.

— Удачи тебе в этом, — с сарказмом произнесла Джейн и полезла внутрь броневика: вдруг этой бабище придет в голову обниматься.

— Спасибо, — ответила Иллка и повернулась к своим спутникам:

— Бойцы, шевелитесь.

Когда косоварка исчезла, Теренс постучал по бронированной двери машины:

— Вылезай обратно. Она ушла.

— Как замечательно.

— Теперь я точно могу сказать, что ты боишься нашу соседку, — засмеялся Теренс, а в наушниках Джейн раздался голос Сакса:

— Возвращайтесь к стадиону. Готовь зомби. Бомба ликвидирована, но, возможно, понадобится ваша помощь.

— Да еб твою мать! У тебя тоже Сакс?

— Да, — кивнул Теренс.

— Сука, — Джейн пропустила лейтенанта и захлопнула дверь.

Глава 27.

Гектор.

Очень давно, когда он был еще совсем молодым, то только невероятная удача спасала его от тяжелых последствий принимаемых решений. Тогда он полностью отдавался эмоциям, действовал быстро, решительно и, почти всегда, глупо или опрометчиво. Но судьба хранила молодого Гектора Стоуна, и последствия если и настигали его, то не в виде полного пиздеца, а в виде ощутимого пинка под жопу. Сильного, иногда обидного, но не смертельного.

С годами он научился сдерживаться, научился контролировать эмоции, причем для этого ему даже не приходилось очень сильно насиловать собственную сущность. С каждым прожитым годом он набирался опыта, а бесценное умение слышать других людей позволяло получать этот опыт не только лично.

Так что принимать решения Гектор уже давно научился только после тщательного анализа и мысленных прогнозов. Важные решения. Конечно, не всегда такая возможность имелась, очень часто время не позволяло хорошо продумать будущие шаги, но он старался придерживаться именно такого подхода.

В одном из рейдов на внешних диверсионная группа захватила целый грузовик с медикаментами, среди которых нашелся препарат, которые пленные медики описали, как «правдосказ» или «сыворотку правды». Гектор помнил, что что-то подобное имелось и в те времена, когда он служил в американской армии, но даже по слухам эффективность подобных препаратов была спорной. Но прошло тридцать лет, так что новые медикаменты по заверениям пленных внешних действовали именно так, как и задумывались, да еще и без каких-либо ощутимых последствий для того, к кому применялись.

И группа захватила больше тысячи доз такого препарата, пользоваться которым оказалось очень просто: сделал иньекцию, подождал пять минут, задал интересующие вопросы. Все. Никаких дополнительных манипуляций и обработок, плюс, по уверениям медиков препарат не вытаскивал из подсознания пациента тонны фантазий и сновидений. Четко сформулированный вопрос — четкий ответ.

На добровольце опробовал одну дозу препарата — все получилось прекрасно, после чего пленных медиков расстреляли. Гектора немного смутило это обстоятельство: вроде бы на их костюмах имелся красный крест, но их основная задача здесь — проводить стерилизацию, то есть напрямую участвовать в геноциде его народа, так что они в некоторой мере даже хуже, чем крестоносцы с автоматами.

Ему по чистой случайности удалось попасть на тестирование препарата. Оно впечатляло. Им приходилось выбивать информацию из пленных старыми проверенными способами — угрозами и пытками, что не всегда гарантировало получение правдивых ответов. Люди, чтобы избавиться от боли и унижений, зачастую признают и расскажут даже то, чего не знают.

И когда боец, на котором проводили проверку, прекратил давать правдивые ответы, а произошло это через двадцать шесть минут после приема препарата — то Гектор поинтересовался его самочувствием. Тот ответил, что все нормально. Именно тогда его и посетила идея, как выявить предателей.

Внешние очень часто наносили удары по критически важным объектам их обороны: складам ГСМ и боеприпасов, по площадкам, где прятали уцелевшие танки и бронемашины, по пунктам комплектования. Информацию о месторасположении этих объектов они не могли получать с помощью дронов или спутников. Подобные места оборудовались так, что определить их с воздуха не имелось возможности. Значит, кто-то информировал врага. В том, что не все граждане Республики готовы отдать свою жизнь за свободу, он не сомневался, но удары становились все более точными и более ощутимыми для обороны, так как запасы подходили к концу, а каждое уничтоженное место хранения заставляло пересматривать планы обороны.

Предатель имел доступ к планам армейского штаба и решениям Совета. Гектор искренне надеялся, что тварь, которая работала на внешних, однажды попадется ему в руки, и тогда он сможет объяснить ей, как нужно правильно любить Родину.

Он предложил членам Совета и руководителям обороны принять препарат и ответить на несколько вопросов. Несколько удивила реакция некоторых советников на подобное предложение, но после недолгих размышлений согласились все. Гектор настоял на том, чтобы в состав группы, которая будет проводить опрос вошли не только агенты Бюро, которое тут же попыталось перехватить инициативу, но и полицейские, и армейские специалисты. Его поддержали и в этом. Список вопросов составили грубо, топорно, но максимально информативно.

На процедуру ушло почти двое суток, но она выявила брешь в их информационной безопасности, причем утечка происходила не из-за сознательной измены ответственного, а в результате идиотской неосмотрительности и беспечности.

Один из заместителей главы Бюро Внутренней безопасности закрутил любовную интрижку с Джеки Вайн, бабой, которая после смерти своего конкурента контролировала почти весь рынок наркотиков в Республике. Агент познакомился с ней еще до начала военных действий, знакомство продолжилось в постели. Идиот из Бюро перестал следить за своим языком, практически переехал к ней домой, приносил туда служебные документы, так что у суки-предательницы имелся доступ практически ко всем секретам Совета.

Когда началось вторжение, то Джеки свернула свою криминальную активность и даже выделила какие-то ресурсы для обороны, отводя малейшие подозрения. Гектор вспомнил, что в свое время с ней работал и Солано. Может, ублюдок заразил ее вирусом предательства?

Когда вопрос с Джеки прояснился, то он испытал желание лично расправиться с ней, однако сдержался и предложил еще один план. Классический. Проверенный и с успехом использовавшийся в прошлом — использовать раскрытого предателя для дезинформации противника. Это означало, что Джеки останется живой до того момента, пока им будет выгодно скармливать внешним нужную информацию.

Тут он оказался не самым оригинальным, так как к такому же выводу пришел и директор Бюро. Раскрытие предателя совпало с решением об использовании радиоактивных бомб. Вот только взрывать их на территории Республики никто не собирался.

Джеки скормили через любовника-агента историю про то, что они собираются активировать одно устройство на стадионе, где содержался корм, а также настоящие данные о хранилище оставшихся устройств.

Совет же подготовил для заброски за Барьер четыре группы. Внешние, получив данные о бомбах, отреагировали предсказуемо: бросили на деактивацию все наличные силы. Для придания достоверности пришлось пожертвовать многими жизнями, так как просто пропустить врага к стадиону означало вызвать подозрения. Внешние несли потери, в их тылах скопилось большое количество раненых, пленных и «освобожденных» албанцев. Противник ослабил контроль за своими внутренними коммуникациями, что дало возможность диверсионным группам с бомбами миновать врата.