Чтение онлайн

Я задета, вспыхиваю, но тем не менее принимаю вызов.

— Ладно. Давай вслух.

— Во-от… узнаю ту Блэр, которая мне нравится.

Ставлю перед его лицом указательный палец.

— А теперь прибавляй нули.

— Десять тысяч.

Я качаю головой, озорно улыбаясь, и подначиваю его:

— Ну же, ты способен на большее.

— Сто тысяч.

— Бери выше.

Он тихо усмехается.

— Миллион.

Киваю и чувствую себя так, словно только что сорвала джекпот.

— Я хочу миллион в месяц. Все время, пока я с тобой. И это не включая квартиру.

— Он твой.

— И все? — спрашиваю недоверчиво. — Ты вот так запросто соглашаешься? Это же куча денег.

— Почему бы и нет? Я же сказал, что хочу тебя. А я всегда получаю то, что хочу.

***

Перед моим уходом мы возвращаемся в библиотеку, где я оставила клатч. Выудив его из недр коричневого дивана, я оборачиваюсь к Лоренсу. Он стоит на пороге, уцепившись большими пальцами за передние карманы джинсов, подпирает плечом открытую дверь. Вид спокойный, даже скучающий. И не скажешь, что этот самый человек только что отымел меня пальцами на столе.

— Ты точно не хочешь, чтобы я… э-э… вернула тебе любезность? Разве это не входит в сделку? — интересуюсь я. Забавно все-таки, как быстро наши отношения переключаются от чисто эротических к дружеским. Как будто ничего не случилось.

Он потирает шею.

— Не сегодня, Блэр. Поезжай домой, обдумай наш договор, а завтра, на свежую голову, позвони и сообщи свое окончательное решение.

— Что так? Сомневаешься в моей способности принимать взвешенные решения в разгар страсти? — говорю насмешливо.

Он усмехается.

— Честно говоря, Блэр, этот вопрос волнует меня в последнюю очередь. Просто в следующий раз я планирую трахать тебя, пока ты не перестанешь понимать, о чем умолять: остановиться или трахать еще сильнее. Пока время не перестанет существовать, а главным не станет одно: твоя полная капитуляция. У меня большие планы на твой прелестный, бесстыжий ротик, и разговоры, моя милая, в них не входят. Поэтому — да. Я хочу, чтобы вернулась домой и все это переварила.

Мое сердце частит от его грубой, почти оскорбительной прямоты.

— Понятно. — Я убираю прядь волос за ухо. — Но я не передумаю. Я не меняю своих решений.

— И это еще одна наша общая черта. Но скажи, пока не ушла…

— Да?

— Чего ты ждешь от всего этого?

— Ничего, поскольку в противном случае я жестоко разочаруюсь. Реальность никогда не совпадает с мечтами. — Меня тянет добавить, что эту аксиому я выучила еще в детстве, потому что мои ожидания никогда не оправдывались, но я сдерживаюсь. В конце концов, молчание — золото.

Он смотрит на меня так, словно решает в уме сложное математическое уравнение.

— Ты ставишь меня в тупик, Блэр. Кто ты? Что ты?

Улыбаюсь, глядя ему в глаза.

— Все сложно.

***

Тони везет меня домой. В машине полная тишина, словно он знает, что сейчас со мной лучше не разговаривать и вопросов не задавать. Словно лучше меня самой понимает, что в данную минуту мне нужен покой.

Пока мы мчимся по скоростному шоссе в сторону Лонг-Айленда, я сижу, уставившись за окно, и слежу за луной. Она то прячется за темными облаками, то снова выныривает, ярко освещая ночной небосвод. Вымотавшись за вечер морально и физически, я прикрываю глаза и думаю о Лоренсе. Вспоминаю, как на выходе из дома, пока я шла навстречу Тони, стоящему у открытой дверцы автомобиля, по спине побежал холодок, и мне вновь почудилось, что за мной наблюдают. И как, обернувшись, я увидела, что Лоренс стоит у окна библиотеки и смотрит мне вслед.

И тут до меня доходит.

Мы с ним ни разу не поцеловались.

На следующий день.

Утром я звоню Элли и приглашаю ее на ланч в наш любимый суши-бар. Хочу поделиться последними новостями, а также сообщить, что я бросаю работу. Ну, по крайней мере, на то время, пока буду игрушкой Лоренса.

Есть еще одна причина: мне нужно выбраться из квартиры. Воспоминания о его зеленых глазах, о его голосе, о вчерашнем вечере мучают меня почище ночного кошмара. Я не могу выбросить все это из головы. Не знаю, почему, но я до сих пор ему не позвонила. Вероятно потому, что мне нравится играть с мужчинами в игры — пусть подождет вместе со своими миллионами, — а может, я боюсь, что все от начала до конца выдумала.

Когда мы заходим в ресторан — уютное заведение в Нижнем Ист-Сайде, знаменитое своими обедами бэнто, — длинноволосая хостесс уводит нас вглубь помещения, к невысокой матово-черной деревянной платформе, которая выполняет функции столика. Вокруг разложены вишнево-красные подушки, на них мы и усаживаемся лицом друг к другу. Хаус на фоне напоминает мне о сборнике Buddha Bar, который валяется дома.

— Итак, как поживает твой гитарист? — спрашиваю я Элли, пока вожусь с палочками, снимая бумажную обертку и разламывая их пополам.

— Прежде всего хочу заявить, что не несу ответственности за свое поведение, когда нахожусь под влиянием хорошей музыки.

— Что, настолько хорош?

Она краснеет.

— Боже, Блэр… он просто чудо. Я не смогла дотерпеть до третьего свидания. Просто не смогла.

Усмехнувшись, я кладу палочки рядом с тарелкой.

— Подружка, да у тебя классический синдром рок-звездной зависимости.

Она хихикает.

— Наверное. Честно, я не планировала переспать с ним так быстро. Оно само получилось.

— Конечно, само! Кстати, «так быстро» — это когда?

Она прижимает к пылающим щекам ладони, улыбается.

— На втором свидании. И, Блэр, я серьезно! Все вышло само собой. Он играл в одном баре, а после выступления мы с его друзьями и их подругами поехали тусоваться к нему домой. Сначала мы просто долго-долго целовались в спальне, ну а потом… одно за другим… и в итоге…

— В итоге он показал тебе свой медиатор? — шучу я, и мы громко хохочем.

Элли становится совсем пунцовой. Крутит головой и сжимает губы, сдерживая смех.

— Так я тебе и сказала. Я леди, забыла? Поэтому никаких интервью.

— Главное, будь осторожна и не забывай предохраняться, Элли. Ты же не хочешь подхватить хламидиоз или, не дай бог, одно заболевание, которое проходит только через девять месяцев.

— Ба! — Она закатывает глаза — сама знает. — Ладно, хватит обо мне. Расскажи свои новости. Как у тебя с Ронаном?

Мое сердце болезненно сжимается.

— Ронана больше нет.

— То есть как нет? — хмурится она. — Ты три дня назад мне о нем рассказывала…