Чтение онлайн

Заключение МРТ головного мозга с контрастом пришло час назад. Заключение, от которого у меня самого волосы на затылке зашевелились. «Патологических изменений в структуре головного мозга не выявлено.»

Чисто. Абсолютно чисто.

— БУ! — попытался напугать меня своим внезапным появлением Фырк.

— Ну, где был, путешественник? — мысленно обратился я к нему, когда он окончательно материализовался у меня на плече.

— Летал по неотложным фамильярским делам, двуногий, не твоего ума дело, — пробурчал он. — О, а тут у нас что? Семейная драма? Обожаю!

— Хватит паясничать. Залезай внутрь бабули и докладывай, что с ее мозгом. Живо. Аппараты бессильны, вся надежда на тебя.

Фырк недовольно фыркнул, но растворился в воздухе, отправившись на «осмотр».

А я, пока ждал его вердикта, начал лихорадочно перебирать в голове возможные диагнозы. МРТ чистое, значит, классику вроде опухолей, инсультов и выраженной атрофии можно отбросить. Что тогда?

Какая-то редкая, стремительно развивающаяся нейродегенерация, вроде болезни Крейтцфельдта-Якоба? Прионы? Но там клиническая картина другая. Обычно начинаются двигательные нарушения, миоклонии. А у Зинаиды Кирилловны этого не было. Мимо.

Токсическая энцефалопатия. Отравление тяжелыми металлами? Свинцом, ртутью? Это объяснило бы и спутанность сознания, и тошноту, и даже боли. Эта версия выглядела более правдоподобной. Но откуда у пожилой женщины, ведущей тихий образ жизни, взяться такому отравлению? Маловероятно, если только ее внучок не решил по-тихому ее отравить. Я мельком взглянул на него — нет, не похож. Слишком искренне он переживал.

Метаболические нарушения. Печеночная или почечная недостаточность? Нет, базовые анализы, которые ей делали при поступлении, были в норме. Сахарный диабет? Тоже мимо.

И тут вернулся Фырк. Вид у него был крайне озадаченный.

— Странное дело, двуногий, — проскрипел он у меня в голове. — Мозг у нее и правда структурно чистый! Никаких дырок от инсультов, никаких опухолей. Он просто… он как будто пьяный. Нейроны еле-еле друг другу сигналы передают, как по испорченному телефону. Полный хаос.

Я задумался. Картина была совершенно неясной. Мозг не поврежден, но и не работает. Что за чертовщина?

— Бабушка, ну вспомни! — внук предпринял последнюю, отчаянную попытку. — Я же о тебе заботился! Каждую неделю приезжал, квартиру убирал! Витамины тебе покупал, чтобы ты не болела! Помнишь, такие, большие, в красивой баночке? Я их тебе каждое утро давал! Вот! — он полез в сумку и достал знакомую на вид коробочку. — Я тебе еще привез!

В тот момент, когда я увидел эту баночку, мозг словно пронзило разрядом тока. Все встало на свои места. Боль в костях. Тошнота. И теперь — «пьяный» мозг.

— А НУ СТОЯТЬ! — рявкнул я так громко, что внук вздрогнул и замер с протянутой коробочкой. — НЕ ДАВАЙ ЕЙ ЭТО! НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ!

Я выхватил баночку из рук опешившего внука. «Комплекс для укрепления иммунитета. Усиленная формула.» Я быстро пробежал глазами по составу. Кальций, магний… все стандартно. Пока мой взгляд не упал на дозировку. Холекальциферол. Витамин D. И дозировка…

Ох ты ж чёрт…

Это была не профилактическая, а ударная, терапевтическая доза, которую назначают при тяжелейших формах остеопороза, и то, коротким курсом, под строжайшим контролем анализов.

— Что там? Эликсир бессмертия, что ли? — с любопытством пропищал у меня в голове Фырк.

Я повернулся к внуку. Мой голос стал жестким, как сталь.

— Как давно вы даете ей эти «витамины»?

— Н-ну… месяца три уже, — пролепетал он, испуганный моим тоном.

— Каждый день? По одной таблетке, как в инструкции?

— Да… я же хотел как лучше… Мне в аптеке сказали, что это самые лучшие, для костей, здоровья, для всего…

— Кто их ей прописал? Кто-то из лекарей?

— Нет… — голос внука дрогнул. — Я сам. Она часто болела, я и решил…

— Вы решили, — тихо повторил я, и в этом слове была вся суть трагедии.

Дверь в палату скрипнула. На пороге стоял Семен Величко с планшетом в руках, видимо, пришел проведать пациентку. Вид у него был озадаченный.

— Илья, я… — он осекся, увидев напряженную сцену: я стою с баночкой витаминов, а внук смотрит на меня, как на палача. — Что-то случилось?

— О, Сенечка пришел! — вдруг оживилась Зинаида Кирилловна, увидев его. — А я-то думала, где ты пропадаешь?

Величко растерянно посмотрел на нее.

— Она… она меня узнала. И назвала правильно. Наконец. Что происходит? Что с ней?

— В этом-то и дело, Семен. В том, что она тебя иногда узнает, — я протянул ему баночку. — Вот, посмотри. Вот и вся причина ее «старческой деменции».

Он взял банку, непонимающе повертел ее в руках.

— Витамины? При чем здесь они?

— У нее не Альцгеймер, — сказал я уже спокойнее, глядя на них обоих. — У нее тяжелейшее хроническое отравление.

Величко и внук уставились на меня так, будто я сказал, что старушка — тайный агент Имперской разведки.

— Вот этими самыми «витаминками», — я ткнул пальцем в этикетку. — Это не профилактическая, а ударная, лечебная доза витамина D. Принимая ее бесконтрольно, ее внук вызвал у нее состояние, которое называется гипервитаминоз D. Проще говоря — хроническое отравление этим витамином.

Я сделал паузу, давая им осознать слово «отравление».

— А уже сам гипервитаминоз запустил в ее организме катастрофическую цепную реакцию. Он вызвал гиперкальциемию — критическое повышение уровня кальция в крови. Отсюда и все симптомы, которые вы приняли за старость и деменцию. Кальций буквально отравляет ее нервную систему, вызывая спутанность сознания. Он бьет по желудку — отсюда тошнота. И он же вымывается из костей, что вызывает дикие боли. Вы видите не деменцию, а классическую картину тяжелейшего отравления.

Я повернулся к растерянному внуку, который все еще сжимал в руке злополучную баночку.

— И боли в костях, которые вы так усердно пытались лечить этими «витаминами», вызваны не артрозом. Парадокс в том, что вы получили обратный эффект. Избыток витамина D и зашкаливающий уровень кальция в крови заставили организм думать, что кальция слишком много, и он начал не укреплять кости, а, наоборот, активно вымывать его из костной ткани, чтобы хоть как-то снизить его концентрацию. Это и вызывает дикие боли, как при тяжелейшем остеопорозе, и делает кости хрупкими.

Внук смотрел на меня с ужасом. А Фырк, который сидел у меня на плече и с интересом слушал всю мою лекцию по биохимии, не удержался от комментария.

— Вот это поворот! — восхищенно присвистнул он у меня в голове. — Значит, этот олух сам, своими собственными руками, травил свою любимую бабулю, думая, что лечит! Ох, двуногие… вы такие забавные! Сами себе создаете проблемы, а потом наш Илюша вас героически спасает! Какая прелесть!

Я мысленно усмехнулся и повернулся к Семену, который стоял с открытым ртом, потрясенный этой лекцией по эндокринологии.