Чтение онлайн

Серые глаза широко распахиваются от шока, а алые губы начинают лепетать какой-то бред.

– Оплатишь? – пытаюсь понять, не ослышался ли я.

Нет, конечно, царапина на капоте – не самое приятное, что может случиться с новой тачкой. Но не до такой степени, чтобы я стал брать деньги с девчонки. Неужели я похож на человека, который нуждается в средствах?

– У меня есть идея получше, – понижаю голос до полушёпота и внимательно слежу за реакцией девушки. Насколько я успел понять, у неё довольно бурная фантазия, поэтому реакции можно ждать какой угодно. – Мне нужна сиделка.

– Вам? – ну всё, серые омуты сейчас выпрыгнут из орбит.

Надо ж такой эмоциональной быть, и как она на «скорой» работает с таким характером?

– Так, давай попробуем сначала, – немного приближаюсь, опасаясь, что моя добыча сбежит.

Глупая, абсолютно странная идея посетила мою голову, и я теперь не отступлюсь, если не реализую её.

– Меня зовут Баринов Кирилл Александрович, – протягиваю руку для приветствия, – а тебя?

Девушка сужает глаза, сканируя пристальным взглядом протянутую ладонь.

– А-алиса, – заикается, – Алиса Липецкая.

– Отлично, – провожу проигнорированной рукой по волосам, ненароком задевая пластырь. Морщусь.

Реагирует мгновенно, вспыхивая, словно спичка.

– Что… у вас? – дрожащий голос ничем не выдаёт настоящего медика. Ну, точно девчонка не на своём месте.

– Всё нормально, – грубо обрубаю, не давая съехать с темы. – Ты понимаешь, что эта машина только недавно из салона?

Кивает, громко шмыгая носом. Нет, только не слёзы, терпеть не могу, женские истерики.

– Но я заплачу… – лепечет растерянно. Сама не верит, что потянет ремонт нового автомобиля. Пусть даже такой пустяковый.

Но мне ведь не ремонт нужен, а совершенно другое.

Поднимаю вверх руку, призывая её замолчать. Смотрю сверху вниз, испепеляя взглядом настоящего хищника, полностью подчиняя себе жертву.

– Мне нужна сиделка, для бабушки, – уточняю, предотвращая какие-либо предположения на этот счёт. – И ты прекрасно подходишь на эту роль.

Серые глаза темнеют, подобно грозовым тучам, Алиса хмурит тонкие брови.

– Я даже буду платить тебе зарплату, только ты должна проводить возле бабули хотя бы пару часов в день, – уточняю детали.

– Я не понимаю… – Алиса шокирована моим предложением, да я и сам не ожидал от себя такого.

Моя бабушка живёт одна. Из принципа не переезжает ни к моим родителям, ни к родителям Димки. Хотя и одни, и вторые не раз предлагали, старушка утверждает, что дни доживать будет в своём доме.

Но при всём при этом она требует нашего постоянного присутствия, жалуясь на одиночество и тоску. Словно издевается, звоня в семь утра и спрашивая высокомерным тоном, чья сегодня очередь навестить драгоценную бабушку.

Нет, мы её все очень любим, она достойно воспитала наших с Димкой отцов, рано оставшись без мужа. Но набирающий обороты маразм значительно усложняет нашу жизнь. Впрочем, неизвестно каким буду я в восемьдесят лет.

Идея нанять сиделку давно зрела в моей голове, но всякий раз я уговаривал себя не торопиться, не перебрасывать заботу о бабушке на чужие плечи. Тем более пару раз мы всё-таки нанимали профессионалов, однако, такие эксперименты заканчивались скандалом.

Но Алиса…

Она показалась мне не такой чёрствой, как многие её коллеги, мягкой, участливой. А теперь ещё и «должна» мне, если эту маленькую оплошность можно приравнять к долгу.

Но мне сейчас на руку наивность девчонки, и я планирую ею эгоистично воспользоваться.

Алиса

– Я не понимаю… – роняю еле слышно.

Баринов ведёт себя крайне странно, а его предложение и вовсе вгоняет меня в ступор. Ещё и телефон начинает пиликать в заднем кармане, и я запоздало понимаю, что ушла, ничего не сказав подруге.

Ну, как ушла – меня утащили, но этот факт не отменяет того, что Настюха вполне могла потерять меня за те десять минут, что я мило общаюсь с Бариновым.

Мужчина пытается мне как-то объяснить своё предложение, но мои уши словно забиты ватой. Ничего не понимаю, когда вижу, как из дверей клуба плавной неуверенной походкой выходит мой жених. На нём чёрные узкие джинсы, делающие длинные ноги бесконечными, и кожаная куртка, которую я подарила Вороновскому на день рождения.

Рядом с Андреем вышагивает какая-то белобрысая девица в вульгарном коротком платье. Если быть точной, девушка практически висит на парне, а её рот не закрывается от громкого смеха.

Кирилл Александрович продолжает говорить, вкладывая в мою руку свою визитку, но я его не слышу совершенно. Всё моё внимание сосредоточенно на парочке, притормозившей неподалёку от нас с Бариновым. Как специально.

И лучше бы мне отвернуться или вовсе закрыть глаза, но я продолжаю смотреть на то, как мой бывший возлюбленный кладёт ладонь на затылок девушки, резким движением притягивает её к себе и грубо целует в губы.

Он и меня целовал также, хотя я пыталась несколько раз намекнуть на то, что хотела бы чуть больше нежности с его стороны. Но при всём притом убеждала себя, что каждый проявляет чувства, как умеет.

Руки Андрея изучают тело девушки, гладят её талию, а потом опускаются ниже. Блондинка хохочет в очередной раз, а Андрей вскидывает голову и застывает.

Смотрит вдаль, не подавая никаких признаков жизни. Словно превратился в камень. Неужели заметил меня?

Кивает. А точёные, словно изваяние великого скульптора, губы расплываются в ехидной улыбке. Так значит?

Перевожу взгляд на Баринова. Он стоит слишком близко, нависая надо мной огромной скалой, и не говорит больше ни слова. Ждёт моего ответа, но я сейчас не в состоянии думать о чём–то кроме Андрея и его насмешливого взгляда.

И опять в голове проносятся слова подруги. «Отомстить» – отдаёт эхом в сознании, когда я тянусь вверх и срываю неловкий поцелуй с губ Кирилла Александровича.

Пытаюсь отпрянуть, как от удара током, но крепкие руки ложатся на мою талию и не позволяют сдвинуться с места. Нежный поцелуй, практически невесомый, но такой яркий, что я совершенно забываю обо всём, что творится вокруг.

А когда открываю глаза, понимаю, что ни Андрея, ни его спутницы уже нет. Они растворились, будто были лишь плодом моего воспалённого воображения.