Лекции по психоаналитической психиатрии
Шрифт:
Чтобы продемонстрировать вам принцип детерминизма в действии, хотелось бы вернуться к вопросу, Азаданному мне на прошлой лекции. В конце лекции один из слушателей попросил дать определение «судьбы». Я ответил, что под судьбой имеются в виду воздействия окружения или случайные факторы, и в качестве примера привел возможность заражения корью. Судя по всему, иллюстрация просто внезапно пришла на ум.
Но вы вскоре увидите, что выбор примера не был случайным. В течение двух недель мы обсуждали проблему детерминизма и свободы воли. В прошлое воскресенье, читая «Тайме», я заметил объявление о книгах стоимостью около двух долларов. Обычно я не просматриваю объявлений и, кроме того, у меня слишком много книг и не хватает места. На этот раз, однако, мое внимание обратила реклама произведений Марка Твена. Я подумал, что не читал его книг со времени окончания колледжа, уже сорок пять лет. Я один из горячих поклонников этого писателя и при случае ссылаюсь на его произведения. Увидев объявление, я вспомнил, что у меня дома только одна книга Марка Твена — «Том Сойер», и решил приобрести его произведения, чтобы их перечитать. Меня охватила, можно сказать, ностальгия
по Марку Твену. Еще я заказал повествование Линкольна и сборник смешных историй. Вы, вероятно, заметили мой интерес к проблеме остроумия.
Теперь можно подумать, что я заказал книги по совершенно произвольному желанию — но послушайте! Как только я получил томик Марка Твена, сразу начал его перелистывать, пока не наткнулся на эссе «Поворотный момент в моей жизни». Уверяю вас, я не помнил ни заглавия очерка, ни его содержания, ведь прошло по крайней мере сорок пять лет. Каково же было мое удивление, когда я обнаружил в очерке полную теорию детерминизма, изложенную в краткой и восхитительной форме. Я рассказывал вам о проблеме в десять раз менее доступно, чем это сделал Марк Твен. Эссе представляло собой настоящий трактат по детерминизму, но вместо терминов «конституция» и «судьба», автор использует понятия «темперамент» и «обстоятельства». Как великолепно он определяет эти понятия! Под «поворотным моментом» Марк Твен понимает особое событие. Но оно не является причиной поворотного момента, поскольку представляет лишь заметное событие, на самом деле не отличающееся от десятков тысяч других событий, постепенно приведших к нему. Затем он заявляет, что заметным эпизодом в его жизни оказалось обстоятельство, способствовавшее занятию литературной деятельностью.
Отец Марка Твена умер, когда ребенку было одиннадцать лет. Мальчик, по всей видимости, отличался непослушанием, и его мать с трудом справлялась с воспитанием. Ситуация достигла апогея во время эпидемии кори, охватившей маленький городок на реке Миссури. Каждый день дети умирали от болезни. Всех детей держали дома в страхе перед инфекцией, и юный Сэм Клеменс* лишился возможности играть с товарищами. Было не до веселья — «все пели церковные гимны». В
* Твен Марк (наст. имя Сэмюэл Клеменс). — Прим. перев.
отчаянии мальчик посетил одного из друзей, болевшего корью, и забрался к нему в постель. Мать приятеля обнаружила его, отвела домой, но он уже заразился и слег с тяжелым приступом заболевания.
После выздоровления ребенка мать решила, что больше не способна справляться с ним. Она отдала мальчика в обучение печатному делу. Он много читал, серьезно заинтересовался литературой и так стал писателем. Марк Твен, таким образом, приходит к выводу, что заболевание корью ответственно за его вхождениеaлитературу.
Теперь вы видите, как работает память! Когда я проиллюстрировал судьбу возможностью заболевания корью, мой пример был обусловлен прочитанной сорок пять лет назад и полностью забытой историей. По этой же причине я «случайно» обратился к Марку Твену. Бессознательно я, должно быть, помнил об эссе «Поворотный момент в моей жизни», но на уровень сознания, уверяю вас, воспоминание не всплывало. Короче говоря, каждое намерение детерминировано и не существует способа избежать этой детерминации. Отсюда следует, что необходимо изучать психогенез, если вы хотите понять пациентов и их симптомы.
На прошлой лекции я говорил о психическом аппарате в представлении Фрейда. Я пытался вам показать, что анализ неврозов и психозов должен проводиться с учетом структуры психики — эго, ид, суперэго. Ид содержит примитивные врожденные побуждения и эрги. Индивид, 'предоставленный самому себе, стремился бы жить в соответствии с примитивными инстинктами, подобно другим животным. В результате получился бы хаос, поэтому цивилизация с самого начала обуздывает слепые эрги. В случае неудачи в обуздании слепых сил природы возникают аномалии в форме неврозов и психозов. Когда мы говорим о неврозе как конфликте между эго и ид, имеется в виду конфликт примитивных инстинктов,
исходящих от ид, с внешним миром, представленным эго. Тенденции ид всегда остаются неизменными, и, если они не реализуются, возникает болезненное напряжение. Индивид, будь то ребенок, дикарь или философ, всегда стремится к уменьшению напряжения. Обычно напряжение устраняется только удовлетворением потребности. Животное либо преуспевает в удовлетворении, либо гибнет. Но у нас, цивилизованных существ, все не происходит столь прямо. На основе морали, религии у человека развивается суперэго, или сознание, тормозящее примитивные тенденции. В конфликте у невротиков ни одна из сторон не берет верх. Тенденции ид подавляются, но подавление неизменно терпит неудачу, и результат борьбы выливается в аномалии, которые мы называем симптомами.
Позвольте проиллюстрировать теорию еще одним случаем истерии. Пациентка, молодая 29-летняя женщина, в течение ряда лет лечилась от боли в руке. Врачи предполагали ревматизм или неврит. Но ее врач, выслушав мой доклад на собрании Медицинской академии, решил, что она принадлежит к описанной мною категории пациентов. Он направил пациентку ко мне, и через короткое время она рассказала историю, типичную для молодых женщин. За восемь- девять лет до заболевания пациентка была старшекурсницей высшего учебного заведения, в тот период она познакомилась с молодым человеком, учившимся в одном из колледжей на Восточном побережье. Отношения развивались благоприятно; затем он после окончания колледжа уехал изучать инженерное дело в другой университет, но переписывался с девушкой и посещал ее во время каникул. Все протекало хорошо, однако молодая женщина (как и ее семья) надеялась на предложение о браке. Ожидания тем не менее не оправдывались. Молодой человек доверял девушке надежды и планы на будущее, но в отличие от более напористых парней никогда не говорил о женитьбе.
Молодая женщина, естественно, думала, что ее друг просто ждет получения работы и достаточного дохода для содержания семьи. Шло время, и наконец она получила письмо, в котором сообщалось о желании ее увидеть в связи с получением отличной работы в качестве представителя компании в Южной Америке. Надежды возросли. Молодой человек приехал и пробыл в гостях неделю. Они прекрасно проводили вместе время, гуляли и беседовали, он нежно сжимал ей руку, но этим все и ограничивалось. Настал час расставания, и, казалось, теперь последует предложение, но снова молодой человек уехал, не сказав ни слова.
Конечно, бедная девушка осталась в ужасном настроении. Семья тоже была разочарована. Все открыто выражали гнев, а старший брат даже грозился избить претендента, если он снова появится. Способность свободно обсуждать случившееся, как делалось в семье, избавила бы девушку от глубокого уныния, но она отличалась шизоидным складом личности. Запомните, все настоящие невротики — шизоиды*. Некоторое время девушка размышляла над происшедшим, а потом постаралась все забыть. Через несколько месяцев у нее возникла боль в левой руке. Вначале врачи диагностировали ревматизм, а позднее — неврит. Когда спустя два с половиной года я проводил осмотр, имелись все симптомы истерии.
Теперь давайте рассмотрим ситуацию. В примитивных или даже ординарных условиях здоровые парень и девушка никогда так часто не встречались бы, не вступая в интимные отношения. Тем или иным образом что-то бы произошло после первых нескольких встреч. Но они оба были культурными и религиозными людьми, скрывали свои чувства или, можно сказать, отсрочивали конечную цель на многие годы. Откладывание вызывало
• Имеется в виду классификация людей на два типа — шизоидный и синтонный. — Прим. перев.