Чтение онлайн

Иерусалим, Еврейский университет в Иерусалиме, Центр по исследованию и документации восточноевропейского еврейства, 1986, составили М. Агурский и М.

Шкловская, примечание на с.352. О чумной ненависти к вождям революции Ленину и Троцкому Алексей Николаевич Толстой говорил И.А.Бунину следующее: «У меня самого рука бы не дрогнула ржавым шилом выколоть глаза Ленину или Троцкому, попадись они мне, – вот как мужики выкалывали глаза заводским жеребцам и маткам в помещичьих усадьбах, когда жгли и фабили их!». Хорош граф, но хорош и народ-богоносец… /См.: И.А.Бунин Воспоминания. «Третий Толстой» Захаров-Москва- 2003г., с?! 175./ 148 Отец будущего ученого – архитектор, мать – Анна Дмитриевна, урожденная Глики, по национальности гречанка. Я в это не верю: с такой фамилией (флексия «и» не помогает) я встречал лишь немцев и, намного чаще, евреев. «Аидышер глик» – это еврейское счастье. Впрочем, это предположение, правда зиждиться на «косвенных уликах»: двоюродный брат матери доктор медицины и доцент Москоского университета В. Глики. Кстати, молочному брату В. Н. Ипатьева – Льву Александровичу Чугаеву (1873-1922, в 1927 году была посмертно присуждена премия им. Ленина), также известному химику! Узнал он о знаменитом брате лишь в 1907 году. 149 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.П: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.34. 150 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.И: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.36. 151 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.П: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.80-81. 152 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.И: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.85. 153 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.П: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.83-84. 154 см.: Давид Кинг. «Биография Троцкого в фотодокументах», Екатеринбург, 1997, с.61,41. 155 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.П: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.65. 156 В. Н. Ипатьев. «Жизнь одного химика» Воспоминания. т.П: 1917-1930, Нью-Йорк, 1945, с.86-87. 157 Все сведения о биофафии В. Н. Ипатьева почерпнуты из книги воспоминаний самого героя и из книги «Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть XX века» Энциклопедический словарь, М., РОССПЭН, 1997, с.271-275. 158 М. Горький «Владимир Ленин», Л., Госиздат, 1924, с.20. В большинстве других изданий – последнее предложение выброшено. 159 Д. Ю. Далин «Обрывки воспоминаний» из кн.: «Мартов и его близкие», Нью-Йорк, 1959, с.112. 160 см. подробнее о фамзаписях В. И. Ленина в кн.: А. Железный «Наш друг- фампластинка», М, 1989, с.209- 252. 161 Цит. по кн.: «Против антисемитизма», М., 1930, с.20. Там же на с.21. Запись «О пофомной травле евреев». 162 см.: «Ритуальный процесс в Москве» – «Еврейская Трибуна», Берлин, 1922, №123.

В «Еврейской трибуне» за тот же год, со ссылкой на московскую идишистскую газету «Тог Вархейт» рассказывается о встрече с В. И. Лениным с московским раввином Мазе и профессором Лейкиным, главным раввином Поволжья. На встрече в кабинете Ленина присутствовали также М. И. Калинин и Л. Б. Каменев. Оба еврейских представителя были обеспокоены распространением антисемитизма и возможностью пофомов. Они просили принять соответствующие меры. Вероятно, руководители страны успокоили делегатов, выразив при этом удивление, что не все евреи поддерживают советскую власть. Раввин Мазе ответил следующим образом: «Идеал равенства и справедливости не чужд еврейской религии. Но все зависит от тактики, применяемой для их достижения. Мы хотим работать путем воспитания и просвещения народа, а вы – при помощи меча». См.: «Еврейская трибуна», Париж 1922, №137. 163 «Ленин», Харьков, ЦК КСМУ, «Молодой рабочий», 1924, с.220. 164 см. о Н. К. Крупской статью в энциклопедии «Книга», Б.Р.Э., 1999 г., с.350. (Я сердечно благодарю за информацию Елену Петровну и Владимира Давидовича Свирских, предоставивших в мое распоряжение редчайший материал. – С.Д.). 165 Лев Троцкий «Моя жизнь. Опыт автобиографии», Берлин, 1930, т. II, с.259.

С. Я. Надсон. Полное собрание стихотворений, М-Л., Советский писатель, 1962, с.371. 167 А.С.Пушкин. Собр. соч. М, Художественная литература, 1962,.т.9. Письма 1815-1830, с.215-216. 168 Для меня интересно то, что внучка и правнук наркома Н. А. Семашко живут в Израиле. Я знаком с ними. Правнук – врач, окончил курс университета в Иерусалиме и проходил практику в госпитале «Хадасса». 169 Н. Семашко. «Вскрытие» – «Ленин», Харьков, ЦК КСМУ, «Молодой рабочий», 1924, с.215-216. 170 Александр Пушкин. Собр. соч., М., Художественная литература, 1959, т.3., с.384. 171 Цит. по кн. Мих. Зенкевич. Поэты XX века (Мастера стихотворного перевода), М, Издательство «Прогресс», 1965, с.11-12. 172 Морис Палеолог «Царская Россия накануне революции», М., 1991, с.6-7. 173 Морис Палеолог «Царская Россия накануне революции», М., 1991, с.306. 174 В. Луговской "Середина века. Москва". – Стихотворение, поэмы, М-Л, 1966, с.525-526. 175 Ромен Роллан «На смерть Ленина» – Ромен Роллан, Собр. соч., «Художественная литература», М., 1958, т. 13, с.117. 176 «Gelegentliches von Albert Einstein», Berlin, 1929, S.20-21. 177 см. подробнее: Б. С. Вайнштейн «Мыслитель», М., 1981, с.26, 27. 178 Владимир Луговской «Дорога» – В. Луговской. Стихотворения и поэмы, Библиотека поэта, Большая серия., М-Л., 1966, с.51.

Луговскому никогда не прощали строк о России, типа «И страшная русская, злая земля» и «Будь проклят. После, нынче и раньше, дух страшного снега и страшной природы!». И к месту вспомнить великого ученого Александра Александровича Зимина, которому власть имущие не могли простить изъятия из XII века «Слова о полку Игореве» и перемещения его в XVIII век. Легче закрыть глаза на антисоветизм Зимина, чем покушения на «национальную гордость».

Отрывок из доклада «Ленин как Мессия».

«Мессия – Помазанник; обещанный Ветхим Заветом. Искупитель, которого верующие дождались во Христе, а евреи еще ждут…» Вл. Даль «Толковый словарь». В иудейском понимании – «помазанник Божий», «идеальный правитель», «потомок царя Давида, который будет послан Богом для избавления народа Израиля».

1. Появление Мессии всегда связано с катаклизмом. В конкретном случае фон появления Ленина на сцене следующий. Война, жуткие потери, нерешенные социально-экономические проблемы. Национальные проблемы. Из трех держав Антанты, вызванных Германией «на бой» в 1914 году, Россия, хотя и лучше подготовленная, чем в русско-японскую войну, все же являлась худшей по подготовке политической, финансовой, экономической и, как следствие предыдущих факторов, и военной.

По подсчетам Центрального статистического управления, опубликованные в 1925 году, Россия всего выставила на фронт почти 16 миллионов человек, то есть почти половину всех трудоспособных мужчин. Потери, понесенные ею за войну из мобилизованных: 28% общих боевых потерь, 27% санитарных потерь и 3,5 миллиона пленными… Всего – 8,7 миллионов убитых, инвалидов, больных. Дезертирство, начавшееся буквально с первых дней войны и увеличивавшееся по нарастающей до миллионных размеров в еще дофевральские дни и до введения приказа № 1. Этот приказ, принятый первого марта 1917 года, изданный Объединенным Советом рабочих и солдатских депутатов о подчинении войск Объединенному Совету и своим комитетам об установлении выборности офицеров и уничтожении их служебных привилегий, нанес страшный удар по дисциплине армии. К этому приказу большевики не имели отношения: их в Совете было меньшинство.

К октябрю 1917 года по подсчетам военного министра Временного правительства А. И. Верховского в строю числилось не более 2 миллионов человек, из коих 1,5 миллиона служила в пехоте; около 3,5 миллионов служило в тылу(!?); почти столько же в остальных организациях (Красный Крест, Земсоюз и др.) и около 1,5 миллиона в тыловых округах. Итого – около 10 миллионов. Это-то из 16 миллионов! Другие исследователи приводят цифру мобилизованных в 18,6 миллионов человек! (см.

Анатолий Уткин «Забытая трагедия. Россия в Первой Мировой войне», Смоленск, 2000, с.229, со ссылкой на сведения посла США в России Дэвида Френсиса). Война была проиграна, что и осознавал А. И. Верховский. (см.: А. А. Самойло «Две жизни», Л., Лениздат, 1963, с. 199-200). Генерал М. А. Беляев, впоследствии последний царский военный министр, заявил, что к концу 1916 года дезертиры составляли 1 миллион 200 тысяч человек! В то время, как в союзной Франции это число составляло 50 тысяч человек, вместе с «уклонившимися» от службы, (см. А. А.

Игнатьев «Пятьдесят лет в строю», М., 1959, т.2, с.246-247) Мобилизация мусульман в 1916 году в Средней Азии вызвала восстание всего региона, подавленное с трудом, а впоследствии перешедшее в басмачество. Резкое падение религиозного чувства, что особенно было видно на фронте, когда отменили общие молебны с несоблюдением и неформально.

Неслыханное падение нравственности среди крестьян, что отмечено еще в довоенное время таким одиозным писателем, как Иваном Родионовым в повести «Наше преступление». Редкое единение проявили два полярных человека: царь Николай II и писатель Максим Горький, назвавшие это произведение клеветой на русский народ.

Каждый из них должен был пересмотреть свои взгляды в годы войны и революции. Как ни странно или, наоборот, ничего странного не было в крайне непопулярном и угнетающем население «Сухом законе». Произошло резкое падение престижа высшей власти. Процаристские настроения начисто выветриваются из сознания большинства народа. Дело не только в Ходынке и 9 января. Страшное распространение слухов о царице и Распутине.

Все это проникло в самую толщу народного сознания. Картины прошлого, вроде:

«Я видел рабскую Россию;

Перед святыней алтаря:

Гремя цепьми, склоняя выю,

Она молилась за царя» – ранее приписываемые К. Рылееву – уже не имели места. Название войны, начатой пропагандой, как Вторая Отечественная – не привилась. Вместо нее речь шла о Германской войне. Уже впоследствии в народной памяти осталось: «Это было до Германской войны»; «Я участвовал в германской войне», «Я был в германском плену» и т.д.

Для цели моего доклада важно, что если в Отечественной войне 1812 года престиж Государя был настолько высок, что Александра I называли «Нашим Мессией», то в Мировую войну царя Николая II – никто так не называл. Он не выдерживал сравнения.

Лев Николаевич Толстой как исторический писатель довольно точно воспроизвел в «Войне и мире» состояние русского общества во время войны 1812 года. Наташа Ростова присутствует в домовой церкви Разумовских и неожиданно в середине, но не в порядке службы, старый священник, став на колени, стал читать молитву, только что составленную Синодом молитву о спасении России от вражеского нашествия. В этой молитве, мы вдруг ощущаем преемственную связь с прошлым: «Господи Боже сил, Боже спасения нашего!…Се враг смущаяй землю Твою и хотяй положити вселенную всю пусту, восста на ны; се люди беззаконнии собрашася, еже погубити достояние Твое, разорити честный Иерусалим Твой, возлюбленную Твою Россию… Владыко Господи! Услышь нас молящихся Тебе: укрепи силою Твоею благочестивейшего, самодержавнейшего великого государя нашего императора Александра Павловича; помяни правду Его и кротость, воздаждь ему по благости Его, ею же хранит ны, Твой возлюбленный Израиль…подаждь Ему победу на врага, яко же Моисею на Амалика, Гедеону на Мадиама и Давиду на Голиафа». (Л. Толстой, ПСС, m.II, M., Художественная литература, 1940, с. 76.). Несложно уловить в молитве, составленной в Синоде, влияние «Библейского общества».