Чтение онлайн

Переброски немцев в Финляндию идут все время. Очевидно, у них готовится концентрический удар: Карельский перешеек — Нева — Ленинград.

Приехала С. К. на час ко мне. Бодрая, загорелая…

Видела стрельбы фортов, налеты, гибель четырех немецких самолетов, сбрасывание парашютных мин, взрыв катера с пятьюдесятью моряками на мине и пр. Рисовала, обветрилась. Молодец, работала более двух недель. Хорошо побеседовали…

Днем спал. Все было бы хорошо, но опять идет кровь.

Днем сделал запись беседы с летчиком Кожиным.

Вечером сделал доклад личному составу базы. В конце доклада поставил ряд задач об усовершенствовании базовой службы: маскировка, обслуживание, дороги и пр. Все это тут не на высоте. Лень-матушка…

Командира авиаполка вызывали в Кронштадт в Военный совет. Пробрали и командующего ВВС КБФ за все организационные недостатки в авиации… Таким образом, некоторые мои критические соображения подтверждаются.

18 июня 1942 года.

…Говорил с одним летчиком — девичье чистое лицо, скромен, как девушка… Но это так кажется: он капризен, кричит, требует звания дважды Героя и пр. Но «для истории» — скромен.

Янки громят нефть Румынии. У них была вынужденная посадка в Турции. А может быть, посадка с целью?

Итоговая беседа с командиром и комиссаром авиационного полка. Ужин, какая-то водка с бензином… Я, выпив, шучу: «Сейчас взлечу».

Тепло расстались, и на мотоцикле в Ленинград.

…Ленинград огромный, мощный, он будет жить!.. Два ангела над ним: один над Петропавловской церковью, другой — над столпом Александрийским, и над ними… истребители ПВО…

К одиннадцати часам вечера — в Пубалт. Вдали, где-то за Кировским проспектом, закат. Когда-то, в 1922–1923 годах, я называл этот проспект «Дорога моего счастья».

Душевная беседа с С. К.

19 июня 1942 года.

Работаю, дождливый день…

К двум часам поехал в Экипаж делать доклад мобилизованным во флот девушкам. 90 процентов комсомолок: аккуратные, дисциплинированные, здоровые — с Волги, с Севера и с Урала. Хороший народ. Будут работать связистами, в клубах, канцеляриях, библиотеках и пр. Это освободит до трех тысяч моряков.

Готовлю радиостатьи, заданий много.

Севастополю исключительно трудно. Бьют осадные сверхтяжелые немецкие орудия; разбит водопровод. Доставка морем в летние короткие ночи трудна. Положение считается очень тяжелым.

Под Харьковом наша армия, бывшая в окружении, вырвалась шесть дней тому назад.

Концентрация наших войск на Брянском, Западном, Калининском фронтах, концентрация и у немцев.

Были товарищи из Москвы… Москва бодра, все в движении, лучше с продуктами, много огородов и пр. Все баррикады, укрепления в черте города убраны. С 4 апреля были всего одна-две воздушные тревоги.

Письмо от Тарасенкова… Послал ему рекомендацию в партию.

Усталость, но, преодолев ее, сел, написал радиоречь к 22 июня — годовщине войны…

20 июня 1942 года.

Скупые сводки. Севастополь держится.

Писал радиоречь-памфлет «Они проклянут этот день» (о 22 июня 1941 года, о врагах). Вчера же написал еще одну краткую радиостатью. Работал с подъемом, но потом быстрое утомление и головная боль.

…Работаю над письмом в Военный совет.

Обстрел, слышен свист снарядов, бьют по Выборгской стороне.

Сильная усталость, — видимо, трата сил несколько больше, чем питание и отдых.

Все время в голове остаточные мысли и темы о 22 июня.

У А. Штейна в «Астории» — в честь полученного им ордена Красной Звезды. Было мило: собралась балтийская группа писателей, Фадеев, Ольга Берггольц и другие. Шутили, пели, сидели до утра. Ели хлеб, лук, сомнительную колбасу, кашу, шемаю. Фадеев необыкновенно душевно, тепло говорил обо мне…

21 июня 1942 года.

Дождливо… Усталость…

К годовщине войны поработал: большой очерк, две радиостатьи, статья-обзор о КБФ, доклады и пр.

Сегодня написал днем лирическую статью о душе Ленинграда… Послал ее в «Ленинградскую правду».

В 6 часов 30 минут — на радио, литературная передача для Балтфлота.

Затем — речь на митинге-собрании в Доме Красной Армии. Были представители Ленинградского фронта.

Началось наше наступление на Брянском фронте.

Под Ленинградом у немцев до семи новых дивизий плюс пять дивизий на Волховском фронте.

Глаз сводить с этой концентрации нельзя. Быть начеку!

Летаю по городу на мотоцикле. Устал, но дух бодрый… Вот и годовщина войны…

…Письмо от Кетлинской. Она была в «Правде»… Меня хотят вызвать в Москву для какого-то задания (?).

Не хочется с Балтики никуда!

Работал до позднего вечера. Послал в «Ленинградскую правду» официальный обзор годовой деятельности КБФ. Без цифр, так как их надо проверять и проверять.

Ночь… Ровно год тому назад началась война…

22 июня 1942 года.

Просят в Военный совет. Долгая хорошая беседа. Расспрашивают о писателях, о моей работе, настроениях, о том, кого из писателей наградить. Я охарактеризовал работу всех балтийских писателей… Говорил о случаях формального, холодного подхода к писателям. Говорил далее о своих соображениях по обороне Ленинграда. (Сегодня послал в Военный совет письмо-документ.)

Днем — обстрел Невского, затем Невы. У нас — артиллерийская тревога.

Из обстановки. Дела в Севастополе плохи, немцы на Северной стороне, то есть в тылу южного кольца обороны. Защитникам города тяжко, трудно…