Ленинская идея совпадения логики, теории познания и диалектики
Шрифт:
«Диалектика и есть теория познания (Гегеля и) марксизма: вот на какую «сторону» дела (это не «сторона» дела, а суть дела) не обратил внимания Плеханов, не говоря уже о других марксистах» [16] , — записывает В.И. Ленин в своем фрагменте «К вопросу о диалектике», в котором он подытоживает всю огромную работу по материалистически-критической переработке гегелевской концепции логики, проделанную им на протяжении нескольких лет напряженного труда.
16
Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т. 29, с. 321.
И этот категорический, вряд ли допускающий иное, нежели буквальное, толкование, вывод приходится рассматривать не как случайно брошенную фразу, а как действительное резюме всего ленинского понимания проблемы «отношения» диалектики, логики и теории познания современного материализма.
В свете этого положения совершенно неоправданными (и уж никак не вяжущимися с ленинским пониманием) оказываются попытки толковать отношение диалектики, логики и теории познания в составе марксизма так, что диалектика превращается в особую «онтологию», трактующую о «чистых формах бытия» и ни словечка не говорящую о «познании», о мышлении, а «логика и теория познания» — в особые науки, хотя и связанные с диалектикой, но не сливающиеся с ней и посвященные исключительно «специфическим» формам отражения указанной выше «онтологии» в субъективном сознании людей: одна («гносеология») — «специфическим формам познания вообще», а другая («логика») — «специфическим формам дискурсивного мышления».
На практике такой взгляд неизбежно приводит к тому, что под видом гносеологии выступает плохая психология, а под видом логики — ее часть, и именно анализ той познавательной способности, которая осуществляется в форме строго [60] терминологически построенной речи, в форме «высказываний» и «систем высказываний» — ни лингвистика, ни психология, а их эклектическая смесь.
И не просто трудно, а в принципе невозможно согласовать такой взгляд на отношение диалектики, превращенной в «онтологию», к «гносеологии» и «логике», которые вырождаются в плохую психологию и столь же скверную спекулятивную лингвистику, в часть «науки о знаках и знаковых системах», с ясной, философски продуманной и вполне категоричной позицией В.И. Ленина по этому вопросу: «не надо трех слов», а не только трех разных, хотя бы и связанных между собой, наук. Это — одно и то же. В этом суть дела. [61]