Чтение онлайн

– Разве камеры – плохо? – Льюис почесал затылок. – Они докажут: ничем другим мы не занимались.

– Джек, ты не Санта, ты Пугало из сказки [20] . Совсем нет мозгов!

– Тоже смотришь с детьми мультики?

– О да, – простонал Роберт. И пока Джек собирал по гостиной игрушки, агент ответил на вопрос: – Камеры – это вольный пересказ случившегося. Из дружеских объятий можно создать целую историю любви, тебе ли не знать!

– Точно. – Джек сунул солдатиков в ящик. Интересно, что произошло с записью из отеля, когда он приезжал к Белладонне?

– Пусть девчонка подпишет договор. – Роберт сменил тон с делового на обычный. – Какие планы на Рождество? Приедете в Нью-Йорк?

– Постараемся, – рассеянно ответил Джек.

Его прозвали Дэвид Бекхэм в мире бокса. Он был красив, горяч, харизматичен. Из него лепили мачо в плавках для рекламы парфюма; чемпиона на ринге для рекламы спортивного бренда; развязную рок-звезду для обложки диска, ведь он вдруг решил выпустить музыкальный альбом. Джек Льюис был кем угодно, но только не собой. И когда ему надоело играть по правилам, прикидываясь «плохим парнем», когда он встретил Элизабет и понял, что карьера не повод выбирать одинокую старость, ему указали на дверь. Вернее, ему пришлось выбить дверь и выбежать. Иначе бы спился.

А на пике карьеры Джеку нравилось внимание. Он шутил с журналистами, флиртовал с поклонницами. Очаровывал всех кривоватой улыбкой и хитрым прищуром зеленых глаз. Джек понимал: едва ли публику интересовали его успехи на ринге, а натертый маслом пресс – да. Но одно дело – это посетить телешоу в качестве победителя, а совсем другое – вернуться спустя годы затишья и оправдываться непонятно за что.

Джек придирчиво оценил отражение в зеркале. Лампы в прихожей придавали серому цвету его пиджака серебряный оттенок. Джек, словно девица перед свиданием, долго не мог выбрать, что надеть. И Лиззи не помогла: уехала на встречу с акционерами экобренда. В итоге он решил надеть костюм: строго, официально, презентабельно. Мужчина в пиджаке и брюках не может крутить роман с певичкой.

Мира осмотрела платья на длинном ряду вешалок. Наряды предоставили именитые европейские дизайнеры, выскочки-модельеры, зачастую дети богатых родителей, и парочка американских кутюрье.

– Черное будет прекрасно смотреться. – Женщина в строгом костюме больше напоминала учительницу, чем стилиста телешоу.

– Согласен, – кивнул Франк, будто гуру моды. Ему-то, в джинсах на два размера больше и цветных рубашках, можно и помолчать! – Что скажешь, Мира? – Штольц развалился на диване и выжидающе глядел на подопечную.

Стилист тоже уставилась на Миру, присев на край столика. В гримерке от непрошеных советов накалился воздух.

– Опять черное. – Мира закатила глаза. Ее пальцы скользнули по необычному цвету шелкового платья: в тусклом освещении оно казалось бледно-бежевым, но стоило приподнять ткань к лампам, платье заискрилось, словно сшитое из мелких снежинок. – Это, – решила певица.

Белладонне нравилось выбирать наряды, и сценический образ рок-дивы был ей близок. Но сегодня хотелось нежного платья. Очевидно, дело в предпочтениях Джека: блондинка Элизабет Льюис носила кежуал [21] . Прийти на выступление в джинсах и кардигане Белладонна не могла (и не хотела), но сменить привычные корсеты, мини-юбки и высокие сапоги оказалось заманчиво. Эксперименты – часть ее работы!

Стилист сняла с вешалки выбранное Мирой платье: то оказалось чуть выше колен, с вырезом-капелькой на груди и воротником-стойкой.

– Давай японочкой будешь в другой музыкальной эре, – миролюбиво посоветовал Франк. Он почесал переносицу и воскликнул: – А сейчас ты должна плеваться от такого халатика! – Франк обратился к стилисту: – У вас есть что-нибудь с шипами? С цепями? Из кожи?

– Я поищу. – Загремели, ударяясь, вешалки.

– Не японкой, а китаянкой, это платье ципао [22] , – холодно поправила Эльмира. В маленьком помещении будто стало теснее. Франк и Мира сцепились взглядами. Через пару минут менеджер едва заметно кивнул, а Мира сказала стилисту: – Я выбрала. Сделайте мне прическу.

Сегодня все должно быть идеально.

Из зеркала на Белладонну смотрела роскошная девушка: если обычно певицу хотелось пригласить на рок-концерт, то в таком образе парни-поклонники повели бы ее в ресторан. Стилист прикрепила к белому парику Миры накладную челку-шторку, и две густые пряди расходились вдоль лица; остальные волосы, уложенные волнами, развевались за спиной, а локоны на затылке держала золотая шпилька. Платье подшили, и оно идеально подчеркивало изгибы стройного тела. На запястьях, гармонируя с татуировками, сверкали золотые браслеты.

– Выглядишь интересно. – Франк взъерошил в нервном жесте свои волосы и с усмешкой добавил: – Для официантки из суши-бара.

Мире захотелось кинуть в менеджера чем-нибудь тяжелым. Обычно она не реагировала на подколы, но сегодня и так сомневалась в себе: действительно ли она хорошо выглядит? Понравится ли Джеку?

– Нин Гуан, – услышала Мира тихий мужской голос.

Вперед шагнул Вим. Менеджер и певица удивленно уставились на ассистента. Мира, наверное, впервые услышала голос длинноволосого немца. Совсем забыла, что он тоже в гримерке. Высокий, худой, бледный, словно призрак. И голос робкий, будто каждое сказанное слово причиняет Виму боль; обычно ассистент только кивал в ответ на очередное поручение.

– Что ты сказал? – переспросил Франк.

– Нин Гуан – героиня игры Genshin Impact [23] . Она… красивая, – пояснил Вим. – И вы, фрау, очень красивая.

Мира перевела взгляд с ассистента на озадаченного менеджера и громко засмеялась – у нее появился союзник!

– Спасибо, Вим. Видишь, Франк, моим фанатам нравится! – пошутила она, давая понять, что спор окончен.

Вим слегка поклонился, словно герой романов Джейн Остин, но Мира не отреагировала. Вим, как и прежде, стал для нее невидимкой.

Перед интервью Белладонну пригласили выступить с песней «Бандит»: cделали яркий макияж и позвали неизменных танцовщиц.

– Ты похожа на принцессу! – сказала Грета.

– На королеву! – вторила Сара.

Их одели в похожие платья, а волосы убрали в тугие пучки. Теперь троица напоминала азиатскую музыкальную группу.

Комплименты подняли Эльмире настроение, и она предвкушала встречу с Джеком. А мысли о предстоящей совместной ночи и вовсе разгорячили ее кровь, будто до состояния лавы.

Белладонна шагнула на сцену, Сара и Грета двинулись следом. Все трое держали наполненные водой пистолеты. Типичный номер с «Бандитом». Но когда начался куплет, рука Миры опустилась, словно водяной пистолет наполнился железом, и она уронила реквизит. Звук удара о пол заглушили гитарные риффы. Белладонна не хотела исполнять «привычное выступление». Она мечтала повторить последнее, с Джеком. Выкрикивая слова песни, она искала его среди зрителей. Первый ряд. Второй. Третий. Его нет. Мира метнула взгляд в сторону студии: на бирюзовых диванчиках сидела только блондинка с замысловатой прической – ведущая Кортни Смит.