Чтение онлайн

Стол накрывала серая, поношенная ткань, но под ней не было еды. Как давно они не ели досыта? Как долго ждали её, надеясь, что она спасёт их?

— Кто там?

Голос был слабым, почти хриплым.

Анна резко повернулась, и её сердце упало в пятки.

В дверном проёме стояла её мать.

Только это не была та женщина, которую она помнила.

Её спина согнулась, лицо потеряло цвет, а глаза, которые всегда были полны решимости, теперь казались усталыми и потухшими.

Анна замерла.

— Мам… — её голос сломался.

Глаза матери расширились, но вместо радости в них появилось что-то другое.

— Ты… ты пришла?

Анна почувствовала укол боли. Как она могла задать этот вопрос? Как она могла сомневаться в этом?

Она бросилась к матери, обняла её, почувствовала, насколько она стала хрупкой, почти невесомой.

— Я здесь. Я… вернулась.

Но мать не обняла её в ответ. Её пальцы дрожали, но она не протянула рук к дочери.

Анна отстранилась, всматриваясь в её лицо.

— Мам?

И тут она поняла.

Её мать не рада её возвращению. Тишина между ними была разрушающей. Анна ожидала чего угодно — слёз, радости, упрёков. Но не этого безразличия. Не этого страха в глазах матери.

— Ты не должна была приходить, — прошептала она.

Анна замерла.

— Что?

Мать отвернулась, её пальцы цеплялись за ткань платья.

— Ты не должна была возвращаться, Анна. Это всё… ещё хуже, чем ты думаешь.

Анна почувствовала, как ледяная рука страха сжала её сердце.

Анна не верила своим ушам.

Она так долго мечтала о возвращении, представляла, как мать обнимет её, как Павел бросится к ней с улыбкой.

Но теперь она стояла в холодном, опустевшем доме, а мать смотрела на неё не с радостью, а с тревогой.

— Что ты имеешь в виду? — голос Анны дрожал, но она заставила себя говорить.

Мать отвела взгляд.

— Ты не должна была возвращаться.

Анна не могла этого понять.

Как её собственная мать может говорить такое?

— Мам… — она сделала шаг вперёд, но женщина покачала головой, будто запрещая ей приближаться.

— Ты не понимаешь, — голос матери сломался. — Мы… мы больше не можем здесь жить.

Анна затаила дыхание.

— О чём ты говоришь?

Мать сжала пальцы в кулаки, как будто старалась сохранить самообладание.

— Дом… — она сглотнула, прежде чем продолжить. — Он больше нам не принадлежит.

Мир дрогнул.

Анна не сразу поняла смысл этих слов.

— Как… как это?

Она подалась вперёд, словно её тело само отказывалось принять правду.

— Я же отправляла деньги! — в голосе зазвучала паника. — Каждый месяц! Я работала…

Мать покачала головой.

— Этого было недостаточно.

Анна не могла дышать.

Как этого может быть недостаточно?

Она жила в холодной усадьбе, терпела насмешки, старалась быть незаметной, чтобы только заработать эти деньги.

Но всё это было напрасно?

— Когда? — её голос сорвался.

Мать не ответила сразу.

Она прикрыла глаза, её плечи дрожали.

— Несколько недель назад.

Анна покачала головой.

— Но… мне никто не сказал…

— Мы не хотели, чтобы ты беспокоилась, — мать посмотрела на неё с мольбой, как будто боялась её реакции. — Анна, мы думали, что ты сможешь там остаться, устроить свою жизнь.

Анна замерла.

Её сердце застыло в груди.

— Ты… ты хотела, чтобы я осталась там навсегда?

— Разве там тебе не было лучше? — мать неуверенно улыбнулась, но эта улыбка была больной, измученной. — Ты ведь писала, что у тебя есть работа, что тебе хорошо…

Анна почувствовала, как что-то оборвалось внутри.

— Мам… я не могла остаться там.

— Но почему?! — в голосе матери прозвучало отчаяние.

Анна открыла рот, но не знала, что сказать.

Потому что ответ был слишком сложным.

Потому что если бы она осталась, она бы потеряла себя.

Но теперь она понимала.

Мать надеялась на это.

Мать хотела, чтобы она не возвращалась.

Не потому, что не любила её.

А потому, что ей нечего было дать дочери здесь.

Анна с трудом вдохнула.

— А где Павел?

Она должна была увидеть брата.

Она должна была поговорить с ним.

Но мать не ответила сразу.

Она отвела взгляд, её руки сжали край фартука.

— Он… ушёл.

Анна почувствовала новый удар в грудь.

— Как это — ушёл?

— Он работает… в городе.

— Один?

Мать едва заметно кивнула.

Анна закрыла глаза.

Её младший брат, который всю жизнь мечтал быть рядом с матерью, теперь был вынужден работать на чужих людей.

Он должен был учиться, расти, а не работать, как взрослый мужчина.

— Почему ты мне ничего не сказала?

— А что я могла сказать? — голос матери задрожал. — Что ты должна вернуться и бросить свою работу, чтобы помочь нам? Ты бы сделала это, Анна. Я знаю. Но разве бы это что-то изменило?

Анна не знала ответа.

В комнате воцарилась тишина.

Она слышала только собственное дыхание, тяжелое и сбивчивое.

— Мам… — её голос сорвался. — Куда ты пойдёшь?

Мать пожала плечами, но её лицо выдало правду.

— Я не знаю.

Анна чувствовала, как её сердце сжимается.

Если бы она осталась в усадьбе, если бы она переступила через себя, может, ей удалось бы помочь?

Но теперь было слишком поздно.

Она подошла к матери, осторожно взяла её за руку.

— Я что-нибудь придумаю, — прошептала она.

Глаза матери наполнены слезами, но она лишь кивнула. Анна не знала, что будет дальше. Но одно она поняла точно. Ей больше некуда бежать.

Анна не могла уснуть.

Комната, в которой она выросла, была такой же холодной, как её воспоминания. Когда-то, много лет назад, отец принёс сюда маленький железный фонарь и говорил, что свет разгонит тьму, если его не гасить даже в самую страшную ночь.

Теперь же тьма внутри неё казалась бесконечной.