Лермонтов. Мистический гений
Шрифт:
Многие уверены, что Варенька Лопухина была главной любовью поэта. Так ли это, рассудит дальнейшая история. Но и самой Варенькой Лопухиной, и ее мужем . Ф. Бахметевым были уничтожены все упоминания о Михаиле Лермонтове, вся возможная переписка, автографы стихов. Да и была ли эта переписка?
Об истории возможной любви впервые рассказал в биографии поэта П. А. Висковатый: «В 1880 году я, наконец, от родственников любимой им женщины… получил первые точные сведения об ее отношениях к поэту…» Но и он вынужден был молчать. Познакомились они, по-видимому, в 1832 году, зимой. В неоконченной повести «Княгиня Лиговская» Лермонтов в Вадиме выставлял себя, в Ольге — ее. Уже в 1831 году появляются и стихи, посвященные новой возлюбленной. Хотя отношения у них так и оставались вполне платоническими.
У ног других не забывал Я взор твоих очей; Любя других, я лишь страдал Любовью прежних дней; Так память, демон-властелин, Всё будит старину, И я твержу один, один: Люблю, люблю одну! Принадлежишь другому ты, Забыт певец тобой, С тех пор влекут меня мечты Прочь от земли родной. Корабль умчит меня от ней В безвестную страну, И повторит волна морей: Люблю, люблю одну! И не узнает шумный свет, Кто нежно так любим, Как я страдал и сколько лет Я памятью томим. И где бы я ни стал искать Былую тишину, Все сердце будет мне шептать: Люблю, люблю одну! [33]33
"К Л. (Подражание Байрону)" (1831). Впрочем, Сушкова считала, что это стихотворение посвящено ей. А может, им обоим?
Замечу, что в это же время он еще не забывал ни о Ивановой, ни о Сушковой, чередуя любовные послания. Но чем-то всё же эта не самая красивая, не самая светская девушка его поразила. Может, он и решил где-то подсознательно — вот и нашел то, что ему надо в поэзии.
Впрочем, еще 4 декабря 1831 года он пишет в своих заметках: «2-го декабря: св. Варвары. Вечером возвратясь. Вчера еще я дивился продолжительности моего счастья! Кто бы подумал, взглянув на нее, что она может быть причиною страдания…» Значит, увлекся всерьез, и впервые еще в Москве услышав о ее предполагаемом замужестве, сильно расстроился. Впрочем, в тот раз известие было ошибочным, Варенька еще не собиралась замуж. Ее сватали родители, но Варя не согласилась с их выбором. Если она была в своих решениях столь самостоятельна, кто бы помешал самому Лермонтову попытать счастья? Но не тут-то было. Любовь отдельно, женитьба отдельно. Или словами достаточно автобиографичного Печорина: «Как бы страстно я ни любил женщину, если она даст мне только почувствовать, что я должен на ней жениться, — прости любовь! Мое сердце превращается в камень… Я готов на все жертвы, кроме этой, двадцать раз жизнь мою, даже честь поставлю на карту, но свободы моей не отдам. Это какой-то врожденный страх, необъяснимое предчувствие… Ведь есть люди, которые безотчетно боятся пауков, тараканов, мышей…» Поэтому не будем всерьез относиться к коварным изменам любящих Михаила Лермонтова женщин. Им надо было устраивать жизнь, а их любимый поэт всячески избегал этой темы. Он предпочитал любить в своих стихах.