Чтение онлайн

Старый Топтыгин дремал в сторонке, иногда шумно вздыхая и зорко наблюдая за всеми из-под полуприкрытых глаз.

Чернец беспокойно вертелся на соседней сосне, как всегда выражая нетерпение. Последним на поляну Совета пришёл… Прохор.

– Приветствую всех, кто собрался здесь, – сказал Грон, – скоро великий праздник Ярилы летнего, все готовы исполнить свои обязанности?

– Грон, до сих пор мы справлялись, так будет и впредь, или сейчас есть что-то особенное? – глухим голосом, как из-под земли, спросил Лесовик.

– Каждая священная ночь особенная, и какие нас ждут неожиданности предсказать нельзя. Моя стая готова! Каждый знает своё место в строю и свой пост, – гордо сказал Вожак волков.

– Всё как обычно, – проворчал Топтыгин. – Лесовик присмотрит за лешаками, болотниками да русалками, а я – за медвежатами, лисятами и прочими зверятами.

– Хорошо! – Грон прикрыл глаза, как будто всматриваясь в даль. – Будьте все начеку. Белояр, стража должна быть со всех сторон леса на подступах к озеру, о появлении гостей докладывать незамедлительно. Чернец будет вести приносить. Что ж, все свободны теперь, желаю удачи в священную ночь.

Когда члены Совета разошлись, Грон повернулся к Прохору и спросил:

– Ты молчишь сегодня?

– Что сказать, Хранитель? Ты сам знаешь, Арина с Ярославом за одолень-травой пойдут. Ни волю, ни дружбу запрещать или разрушать нельзя! Но коли они сами так решили, сами и путь этот должны пройти. Я издали только наблюдать буду, чтоб самого страшного не произошло, и помочь смогу им только по воле Родных Богов.

Мудрый Грон вздохнул и ответил:

– Ступай, друг, удачи тебе, и детям тоже, и пусть их решение будет верным!

Подготовка к празднику началась ещё за месяц. Бабушка Малинки Пересвета была мастерица-хозяйка да считалась одной из лучших травниц на селе. Потому доверили ей готовить главный напиток летнего праздника – сурицу. Уже поспели четыре дубовых бочонка. Солнечный напиток удался на славу. Половина была настояна на ягодах и травах с мёдом, половина – на молоке с травами да зерном. И поспевало всё это на красном Солнышке. Целебный напиток дарил здоровье, на празднике летнего Ярилы был одним из главных угощений.

К вечеру на берегу Нежданки уже был сложен большой костёр и на длинном шесте прилажено праздничное колесо.

Священная ночь коротка в северных краях, всего два с половиной часа от полуночи, потому празднество начиналось загодя.

Собирались всей деревней, кроме самых немощных стариков, которым всегда приносили в дом по чарке сурицы.

В сумерках, когда уже началось празднование, поляна у реки была полна народа, в эту ночь никто не спал! Мальчишки гоняли наперегонки, девушки стояли нарядные, с красивыми венками на головах, поглядывали на молодых парней.

Семейные пары держались рядышком, бойкие старшие хозяйки раскладывали угощение на поляне, хлеб, сладости да пироги, напечённые к празднику.

Солнце сошло совсем низко к горизонту, и сумерки густели, наконец зажгли большой костёр. Старик Радосвет ловко и умело справился с этим важным делом, добыл огонь трением с помощью дощечки с углублением в центре, в которое вставляется деревянный стержень. Такая честь предоставлялась старейшему и самому уважаемому жителю деревни. Полыхнул чудесный костёр, и стар и млад встал в хоровод, провожая с благодарностью Ярилу – Солнце.

Вышеслав с Добрыней, наевшись пирогов и отведав сурицы, поджидая девчонок и Ждана, пошли прогуляться по берегу реки.

– Давай к воде спустимся, вдруг русалок увидим? – со смехом сказал Вышеслав.

– А ты с этим не шути. В такую ночь желания сбываются, – ответил Добрыня. – Не пойду я, здесь друзей буду ждать.

– Ну и сиди здесь, а я спущусь пока, – ответил Вышеслав.

Он спустился ниже к реке и огляделся вокруг. Солнце ещё светило у краешка горизонта, но густая тьма уже зажгла звёзды.

Вдруг у реки раздался плеск воды. Вышеслав обернулся и увидел у берега юную девушку в белой длинной рубахе, с венком на голове. Тёмные волосы спускались до пояса, красивое лицо с тёмными глазами было белее снега. Девушка сидела, опустив ноги в воду.

– Вышеслав – сказала она, и голос её был тихий, чарующе-приятный, как ручеёк, – посиди со мной, сегодня такая светлая ночь.

– Кто ты? – удивлённо спросил Вышеслав. – Не знакомы мы вроде.

– Услада меня зовут, я из соседней Верховки пришла, там народу сейчас мало и такого праздника нет, – сказала девушка.

Вышеслав спустился к девушке и сел у воды.

– Ночь такая прекрасная, давай искупаемся – сказала Услада и нежно взяла его за руку.

Рука была холодная, но Вышеслав готов был уже не только искупаться, но и нырнуть за красавицей, потому послушно пошёл в воду, а когда опустился в реку по плечи, на берегу полыхнул костёр, сноп горящих искр взметнулся в небо, зажглось Купальское колесо и раздались громкие крики восторга.

На мгновение река ярко осветилась, и мальчик увидел перед собой тень с чёрными волосами и горящими синим пламенем глазами.

От испуга Вышеслав закричал, кинулся назад к берегу и тут же потерял сознание.

– Давай очнись, свети скорее сюда, воды неси! – кричал тревожный девичий голос.

– Какая вода, он и так чуть не захлебнулся! – отвечал голос подростка.

Кто-то хлестал Вышеслава по щекам. Он очнулся и сел на пригорке, весь мокрый и плохо соображая, где находится. Перед ним сидела Даша и трясла его за плечи.

– Чего ты в воду-то полез загодя? – спросила Даша. – Купания ещё не начались.

– Услада… – тихо сказал Вышеслав, глядя в одну точку.

– Посмотрите на него! Еле жив остался, чуть не утонул, а сам об усладе мечтает. – Девочка рассмеялась. – Пойдём греться к праздничному костру.

– И то верно, – подтвердил Добрыня, – мы с Малинкой там плюшки праздничные припрятали, сейчас и Ждан подойдёт, он с костром старшим помогал.

Ребята отправились на поляну, там их уже дожидались Малинка и Ждан.

– Одного понять не могу, – задумчиво сказала Малинка, – куда Арина подевалась, уже почти полночь, а её давно уж нет.