Чтение онлайн

Я прошла в горницу и помогла ей раздеться. А жених мой даже не шевельнулся, чтобы узнать, кто пришел.

— Энги, к тебе гости, — сказала я мягко. — Повернись-ка.

Он нехотя послушался, приподняв голову, но когда увидел Миру, то смущенно опустил глаза. Я помогла ему сесть на постели и укрыла ноги одеялом, чтобы он не чувствовал себя неловко, пододвинула Мире стул и предложила корзинку с булочками да кувшин с отваром.

— Угощайся. Вы поговорите, а я пойду во дворе делами займусь. Понадобится что — зовите.

Первым делом я разгребла снег, который не прекращался с утра и снова устлал двор ровным толстым ковром. Затем вычистила сарай и задала корма курочкам. С сожалением оглядела запасы дров в поленнице: Энги прав, нарубленные им впрок поленья стремительно исчезали, а нарубить новых он сможет не скоро. С моими слабыми руками нечего и думать о том, чтобы рубить дрова, а значит, придется вспомнить былое и каждый день начинать с походов в лес и сборов хвороста.

Наконец, снова скрипнула дверь, и на пороге возникла одетая Мира. Не слишком довольная, судя по лицу. Неужели Энги по обыкновению нагрубил ей?

— Поговорили? — любезно поинтересовалась я.

Мира решительно подошла ближе и вперила мне в лицо гневный взгляд.

— И вот как тебе спится после твоего обмана, притворщица? — подбоченившись, она сердито топнула ножкой, затянутой в высокий меховой сапожок.

— Какого обмана? — удивилась я.

— Ты ведь мне клялась-божилась, что у тебя с Энги ничего нет! А сама в невестах у него ходишь!

— Но, Мира…

— А я ведь тебе верила! Думала, и вправду поговоришь с ним, замолвишь за меня слово! А сама женихов у подруг отбираешь! Мало тебе Хакона, который по тебе сохнет? Тебе, жадине, всех женихов на деревне подавай?! Из-под носа у меня увела!

— Мира, остынь, — я нахмурилась. — Не знаю, чего тебе там Энги наговорил, то в невестах я у него лишь с того дня, когда подати платили. И я говорила с ним, как обещала. Не люба ты ему. Не хочет он тебя, что я могу поделать?

— Ах, не хочет! Как дитя мне в утробу запустить, так он хочет! А как жениться потом — так подавай ему невесту посвежее! — Мира в сердцах пнула метлу, выбив ее из моих рук, и снова топнула ногой.

— Дитя! — ахнула я, не в силах поверить. — Да как же это… Ты понесла?! А как же зелье?! Ведь я тебе…

— Зелье, зелье… сама, небось, и накликала мне! — сердито фыркнула Мира и со слезами на глазах посмотрела в сторону.

— Но… — я тряхнула головой, пытаясь увязать в мыслях только что услышанное, — но как ты знаешь, что это его дитя?

— А вот знаю! — она вернула мне негодующий взгляд и воинственно приподняла подбородок. — Мать всегда знает, от кого дитя. Так что же? Ты и теперь будешь цепляться за него и спокойно выйдешь замуж, когда у меня в животе будет расти его младенец? А потом как? Вы себе новых заведете, а мне одной дитя на ноги поднимать? И это называется подруга?!

У меня подломились ноги, и я так и села на широкий пень, где Энги рубил дрова. Если это и впрямь его дитя… Что же теперь нам всем делать?

Сказать мне было нечего — отнялся язык. Мира, снова пнув напоследок ни в чем не повинную метлу, молча ушла со двора. А я так и сидела на пне, пытаясь собрать мысли в кучу, пока не продрогла до костей. После этого, одолеваемая невеселыми думами, побрела в избу.

Энги ходил. Босой и одетый лишь в исподнее, но ходил вокруг стола, мимоходом злобно пиная голыми пятками попадающиеся на пути стулья.

— Это вы сговорились, да?! — срывающимся от гнева голосом крикнул он, едва завидев меня на пороге. — Это ты ей помогла такое придумать? По-другому не могла мне сказать, тебе легче было так подло от меня избавиться?

— Что? — я опешила от несправедливых обвинений. — Да что вы накинулись на меня оба? Сами любились и дитя зародили, а меня виноватой делаете?

— Не мое это дитя! — заорал Энги, сотрясая стены, и тут же поморщился от боли. — Не мог я такого сделать, даже во хмелю! Еще с детства поклялся, что не буду ублюдков плодить! Не хочу, чтобы мои дети… как я… Врет она, а ты ей потакаешь! Тебе так удобней, да? Нет чтоб сразу сказать: не нужен ты мне, катись по лесу караваем!

Ну и как тут самой не ополоуметь? Я оперлась спиной о косяк двери и глубоко вздохнула.

— Да с чего ты решил, что мне не нужен? Люб ты мне, и никого другого мне не надо! Я хотела сказать, да ты и рта мне не позволил открыть!

— Так уж и люб! — уже тише выкрикнул Энги, продолжая нервно ходить вокруг стола. — Безродный ублюдок, а теперь и калека… Я и самому себе теперь в тягость, а уж кому-то…

— Замолчи, — я решительно качнула головой и подошла к нему, взяла за руку, — не позволю тебе так говорить. И никакой ты не калека: руки-ноги на месте, разве что голова буйная тебе покоя не дает. Глупости ты горазд выдумывать, но не домысливай за меня. Если люба я тебе, а ты мне, так тому и быть. Только вот что с Мирой делать?

— Не мое это дитя, — упрямо тряхнул он головой и посмотрел мне в глаза. — Не мог я так сделать, Илва… Я же не дурак. Верь мне!

— Я верю, — мои брови сами собой съехались к переносице, — и правда, откуда ей знать? Ты появился в Трех Холмах всего лишь луну тому назад, а к ней кто только не ходил. Я сейчас пойду и выясню все, не нравится мне все это. А ты… походил — вот и молодец, а теперь выпей-ка отвара, ложись в постель и отдохни.

Затянув потуже платок, я вышла из избы и потрусила к трактиру по следам Миры, которые еще не успело занести свежим снегом. Сразу-то от неожиданности не знала, что ей сказать, а теперь в моей голове стройной чередой созрели вопросы. Теперь она не отвертится одним своим «мать точно знает». Уж какая другая мать, может и знает, но определенно не Мира.

На ходу поприветствовав Ираха и невпопад ответив на его вопрос об Энги, я стрелой взвилась наверх. Дверь в комнату Миры отворила даже без стука. Она преспокойно сидела у камина и завивала волосы — готовилась, небось, к вечерним приемам.

— Надо же, явилась! — ехидно воскликнула она. — Ну, садись. Послушаю, что говорить мне будешь.

— Говорить придется тебе, а я буду спрашивать, — строго возразила я, садясь на стул напротив нее. — Как ты узнала, что в тебе дитя? Если это и правда ребенок Энги, то еще слишком мало времени прошло. Ну-ка, рассказывай.

Мира бросила на меня опасливый взгляд и опустила глаза, прикусив нижнюю губу.

— Кровь к сроку не пришла, вот и узнала. Дни сосчитать нетрудно.

— Ах, дни сосчитать, — задумчиво протянула я. — Я же тебе в то время траву приносила. Как же так получилось?

— Приносить-то ты приносила. Можешь меня проклинать, но пить я иногда забывала.

— Энги твердит, что не оставлял в тебе семени, — не отступала я, пытаясь поймать ее взгляд.

Но Мира старательно прятала глаза, глядя то вниз, то в сторону, и даже едва не спалила очередной темный локон, забыв вовремя убрать щипцы.