Летние дни в замке Оберн
Шрифт:
– А ты как думаешь? – вопросом ответил он.
– Эндрю не заслуживает смерти.
– Согласен.
– Но Брайан – твой принц, который станет твоим королем. Ты обязан защищать его.
Кент повернулся к выходу.
– Я знаю, кого бы ты спасла, – заметил он, открывая дверь и ступая в холл. –
Сомневаюсь, что ты так же хорошо знаешь меня.
И ушел.
Тот день, без преувеличения, стал самым длинным в моей жизни. Из покоев Элисандры
я вышла лишь раз: дойти до собственных комнат и одеться. Не обнаружила там никаких
признаков присутствия Крессиды, на что не очень-то и рассчитывала. Я рассудила, что
нынче никто из алиор не станет подходящей компанией для людей, но на самом деле мы
не смогли увидеться совсем по другой причине: лорд Мэттью приказал запереть всех
алиор в их комнате. А все для того, чтобы события предыдущего вечера и нынешнего дня
не привели к недовольству и беспорядкам. Интересно, он действительно полагал, что до
этого пленники всегда чувствовали покой и удовлетворение под крышей его дома?
Новость о взятии всех алиор под стражу мы узнали от Дарии, когда она принесла нам
еду. По комнате горничная ходила буквально на цыпочках и вскоре ушла, почувствовав
наше сильное желание уединиться. В тот день мы с Элисандрой мало разговаривали, но не
могли оставаться порознь. Не стоило упоминать, что для нас равно непереносимым было и
одиночество, и общество других.
Сестра какое-то время шила, а я пыталась читать. Потом мы больше двух часов играли
в настольные игры. Элисандра поставила мольберт и сделала несколько набросков с меня,
пока я писала письмо бабушке. Для нее и вездесущей Милетты у меня накопилось не так
много новостей. Закончилось все тем, что сестра принялась за чтение, пока я пробовала
свои силы, вышивая наволочку, которую она мне одолжила. Получилось что-то ужасное: с
иголкой я обращаться не умела, да и учиться не особенно хотелось.
– Я бы и собаке постыдилась такое постелить, – призналась я, показывая Элисандре
результат моих усилий. Она улыбнулась, в самом деле улыбнулась.
– А мне нравится, – ответила она. – Надену ее на одну из своих подушек.
– Брайан не позволит тебе спать с ним в одной кровати, если придешь к нему с таким
приданым, – добавила я, пытаясь пошутить.
142
143
Сестра вновь склонилась над книгой.
– Тогда вышей мне еще одну.
И пришлось хорошенько подумать над нелегким выбором: вышить еще одну наволочку,
лучше первой, чтобы сестре не было стыдно за мое рукоделие, или сотворить что-нибудь
столь же ужасное, чтобы Брайан наверняка не позволил ей даже приблизиться?
У сестры я спрашивать не стала. Есть вопросы, на которые она не ответит.
После полудня день тянулся все медленней, пока его позолота не потускнела, неохотно
рассеиваясь, перетекая в малиновый вечер. Дария принесла нам подносы с ужином.
– Сегодня вечером в зале никто не ест, – отметила горничная. – Всем подали еду в
покои.
– А где моя мать? – спросила Элисандра, поскольку за целый день леди Грета ни разу не
появилась у дочери.
Дария постаралась не фыркнуть, поскольку они с леди Гретой друг друга не особо
любили и не трудились это скрывать.
– Вместе с другими леди из замка она находится в покоях леди Саши, – ответила она.
Леди Саша, мать Анжелы, чуяла скандалы даже лучше дочери. – Весь день они
сплетничали. – Спокойный взгляд Элисандры заставил Дарию исправиться. – Беседовали.
– Я так понимаю, что новостей нет? – спросила сестра.
Дария покачала головой.
– Никаких.
– Благодарю. Ждать нас не стоит, – отпустила ее Элисандра.
Горничная присела в реверансе и вышла из комнаты.
К принесенной еде мы едва прикоснулись, поскольку аппетита ни у одной из нас не
было. Но ужин позволил нам немного отвлечься. Мы успели съесть всего по ложке
десерта, когда снаружи раздались крики. Переглянувшись, мы вскочили и побежали к
окну.
В розовом свете наступивших сумерек еще можно было разглядеть кавалькаду,
въезжающую через замковые ворота. Два гвардейца в мундирах во главе, за ними – Кент,
потом – Брайан. И странный промежуток между ним и следующими всадниками, тоже
гвардейцами. Родерик замыкал процессию в нескольких шагах позади.
Мы с Элисандрой высунулись из окна насколько получилось, крепко держась при этом
за каменный подоконник, чтобы не выпасть.
– Вот Кент, вот Брайан... не вижу Эндрю. Где Эндрю? – спросила сестра.
Пленника и я не видела.
– Полагаешь, они его не нашли? – спросила в ответ.
– Не думаю, что они вернулись бы без него. Не так быстро.
– Они же разыскивали его весь день.
– Они наверняка поехали искать его в лес. И не успокоились бы, пока не нашли какой-
нибудь след. Но я не вижу Эндрю. Может, они не...
И тут Брайан, привстав в стременах, испустил торжествующий вопль. Принц-
победитель вскинул кулаки и пришпорил коня, заставив того нервно шарахнуться в
сторону. Из внутреннего двора раздался ответный крик приветствия или, быть может,
поздравления.
Элисандра высунулась наружу еще больше, так что смотреть на нее стало страшновато.
– Подожди... Я что-то вижу... что-то, привязанное сзади... – ее голос замер. Спрашивать
не было нужды, она уже поняла. И я тоже. Потому что мы разглядели...
Сзади к крупу лошади принца ногами вверх было привязано тело. Голова и плечи
несчастного при этом волочились по земле. В неярком свете сумерек сложно было
опознать труп, весь покрытый грязью, но мы и так знали, кого столь жестоко притащили
обратно в замок. И надеялись лишь на то, что алиора недолго страдал – может, какой-
нибудь милосердный камень разбил ему голову недалеко от места поимки или природа