Летопись голодной стали. Ростки зла
Шрифт:
– Он далеко отсюда, не беспокойся. – Дункан всем своим видом показал уверенность.
Девушка не смотрела на него. Её взгляд метался вокруг. После долгого и беспокойного осмотра она всё же улеглась.
– А ты его видел? – спросила она, ближе пододвигаясь к костру и плотнее укутываясь в накидку.
– Кого?
– Оборотня.
– Видел. И не только его. Многих тварей я повидал в своей жизни. И страшнее из них те, что в человечьей шкуре ходят.
– Ты меня обманываешь и пугаешь. Проверяешь так. Никакой это не оборотень, а самый обычный волк. И он действительно далеко от нас…
Девушка медленно засыпала. Растягивая последние слова как резинку.
Дункан слабо улыбнулся, глядя на неё.
– Это так. Это обычный волк. Спи.
И услышал он слабое, утомлённое сопение.
А костёр нервно колыхал своими яркими и острыми язычками, мерцая и озаряя небольшой радиус вокруг себя, что был похож на маленький светящийся островок посреди огромного и мрачного океана пустоты.
Елена открыла глаза от лёгкого холодка, что пронизывал её тело сквозь накидку и платье. Ночь пролетела быстро. Утомленное сознание девушки завлекло её в объятия крепкого сна, и проснувшись, Елена подумала, что сомкнула глаза лишь на пять минут. Но уже стояло утро. Унылое и холодное. Серое небо опоясывало шелестящий горизонт массивных крон. Зелёные ветви приняли мрачный окрас, стали тёмно-зелёными и грустными. Лес неохотно, вместе с девушкой, пробуждался после ночного покоя.
Приподнявшись, девушка зевнула. Тлел серым дымом ночной костёр, потух в нём хворост, даже угольки не сверкали багровыми линиями. Наёмник, облокотившись о ствол дерева, скрестив руки на груди и понурив голову к ней же, крепко дремал. Видимо, и профессионального убийцу сон сморил. Не по силам оказался этот враг даже ему.
Елена встала, всё ещё укрываясь накидкой и не желая вылезать из неё. Оглядевшись, она увидела бескрайнюю чащобу под навесом волнистых зелёных ветвей. Кругом одна чаща, даже тропинки не проглядывается. Глянула на коня, тот свалился наземь, тоже дремал.
Висела в воздухе утренняя свежесть. Щебетали птицы, их пение лилось в унисон с голосом пробуждающейся природы. Где-то вдали, за плотными стенами кустов, квакали лягушки. Где-то вдали было болото или озеро.
Елена пошаркала куда-то в сторону. Округа стояла ясной картиной перед глазами, не то что ночью, и девушка чувствовала себя уверенней.
Она шла мимо кустов, перешагивая скрюченные и приниженные кустарники, осматривалась. Наконец, найдя более-менее подходящее место, девушка ещё раз обернулась в сторону их небольшого места для привала. Он был скрыт за кронами деревьев. Убедившись, что она одна, она сняла накидку, повесила на выпирающий возле подола её платья пень, расшнуровала несколько узелков, приподняла подол и присела. Нужда требовала, чтобы её справили, пусть и в такую холодную, неприятную утреннюю пору.
Девушка слабо вздохнула, закрыла глаза и подняла лицо на серое небо, закрытое хмурыми облаками. Кругом – депрессивная округа. Самое место для подобного дела. А для другого оно и не подходило.
Позади неё что-то зашелестело. Пышные кусты подались волнению, закачались в разные стороны. Поначалу девушка не обратила внимание. Везде что-то шелестело, щебетало и волновалось. К тому же колыхал лес утренний ветерок. Но спустя доли секунды кусты вновь заволновались, зашелестели сильнее, что наконец привлекло внимание девушки. Нет, это не ветер их тревожил.
Елена обернулась, прострелила взором кусты за собой. Прищурившись, она затаила дыхание. Вроде бы не страшно. Подумаешь… Там может быть кто угодно. Заяц, например, лисичка, или ёжик.
Кусты вновь затряслись, и очень интенсивно.
Нет, заяц не смог бы так их взволновать, а ёж тем более.
Сердце девушки застучало сильнее, она слегка заволновалась.
– Кто там? – спросила она настороженно.
Но ответа не последовало. Вместо него кусты в очередной раз всколыхнулись тревожным шелестом.
Нервы девушки стали покалывать её сердце. Она развернулась к кустам, стараясь быстро натянуть всё то, что было спущено, сильно не вставая. Пальцы её задрожали.
«Это точно не он… – подумала девушка про себя. – Было бы бестактно с его стороны делать это, наблюдать за мной. Я ему же в дочери вообще гожусь».
Но это был точно не наёмник. Наёмник в это время слегка похрапывал, всё сильнее норовя свалиться набок и стукнуться сквозь сон виском о землю.
Незваный наблюдатель вскоре дал о себе знать. Расставляя зелёные ветви кустарника, сквозь зелёную живую изгородь просунулась непропорциональной формы морда. Серое лицо существа было овальным и вытянутым в районе носа, что свисал хоботом книзу. Неровные линии клыков покрывали чуть приоткрывшуюся пасть. Маленькие пунцовые глазки, похожие на пуговки, как будто улыбчиво глядели на девушку, в то время как пасть прямо противоположно агрессивно раскрывалась всё шире и шире. Существо оказалось весьма низкого роста, едва превышая плотные заросли кустов высотой в пятьдесят девять дюймов.
Туловище маленькой твари, передвигающееся на двух пухлых лапах, вылезло из кустов. В районе груди свисали лапки покороче, а хвост, изрезанный маленькими зубцами, всё ещё тащился сквозь зелёные заросли.
Существо вышло к девушке. Елена словно забыла, как говорить. Дар речи выветрился из её головы сквозняком. Она слабо попятилась назад, маленькими шажками переступая по рыхлой и травянистой почве. Её дыхание прервалось.
Существо было невысоким, едва доходило девушке до бёдер, но вид его был устрашающим. И не от того, что клыкастая пасть расползлась в какой-то скверной улыбке по всей морде. Пугали девушку эти странные глаза, что смотрели на неё. Пунцовые зрачки слабо отблёскивали маленькой точечкой.
Тварь медленно, издавая приглушённый писк, волочилось к девушке.
– Хороший… Хороший, спокойно… – шептала Елена, вытянув вперёд одну руку. Но существо не было спокойным, и писк был тому подтверждением.
Внезапно тварь раскрыла пасть ещё шире, зашипела, как обозлённая кошка, взбучила свой зубчатый хвост. Девушка споткнулась и ввалилась в покров кустарника. Слабый девичий писк раздался по близлежащей округе. А потом она и вовсе от испуга громко вскрикнула, закрывшись от твари руками.
– А ну прочь, скотина!
Позади испуганной девушки послышался грубый бас. Лязгнула сталь, но не меч. Звук рассекало шипение раскручиваемой серебряной тонкой цепи.
Дункан перепрыгнул через кусты, встав перед поваленной Еленой. Тварь зашипела, распустила когти, угрожающе махнула одной лапой, как взбесившаяся кошка. Наёмник крутил по воздуху переливающей серебристыми отблесками цепью.
– Назад, чтоб тебя!
Тварь пригнулась. Один удар цепи о землю заставил её испуганно отступить назад. Серебра она боялась, как огня. Лишь переливающийся цвет накручивающей по воздуху цепи, маня глаза, сбивал с неё спесь. Но существо всё ещё огрызалось.
Дункан чуть шагнул назад, зашипел на тварь, топнул ногой.
– Ну, брысь! Брысь отсюда!
Тварь прижалась к земле, не спуская глаз с крутящейся цепи. Медленно отходя назад, она постепенно пряталась за зарослями кустов. Потом резко выпрыгнула и кинулась на мужчину.
– Осторожнее! – завопила девушка.
Но наёмник не колыхнулся. Он саданул тварь о морду цепью, сильнее раскручивая своё оружие. Тварь взвизгнула от боли, отпрянуло назад, серебро доставляло ей жгучие, неприятные ощущения.