Летопись Перемирия
Шрифт:
Он обхватил голову руками, закрыв лицо ладонями. Перед глазами вновь плясали вспышки выстрелов и падали сраженные люди.
Заговорил Ярослав:
– Всю историю свою Рось со всех сторон отражала напасти. Изнутри ее разрывали не единожды враги. Выстояла, сбереглась, победила. Тогда, в конце двадцатого века, весь мир ждал Апокалипсиса… и конца России. Годы анархии и беспредела вели народ в рабство к Мировому Жандарму. Но явился Пророк. Он пришел на стыке тысячелетий и объединил росских людей. Потому что нет нации, а есть душа, склад ума, менталитет. Он поднял страну с колен, возродил Государство, веру. За ним пошло полмира. Тогда агонизирующий Престол Запада развязал новую войну. Они думали, что это будет последняя война человечества. Самоубийство цивилизации! Но что-то пошло не так. Россия стала побеждать и несла веру и свет всему миру…
Он замолчал, взгляд его затуманился. Тяжкие думы и переживания покрыли тенью молодое лицо.
Курт встрепенулся и сказал:
– В любом случае, пути назад нет. Мы в одной команде и должны привыкать к новой жизни.
– Ты прав. Если нас избрали в герои, то надо подтвердить свое звание. Предлагаю соревнование: кто круче совершит подвиг, тот и будет добиваться Асни.
Ярослав протянул руку над столом и Курт с усмешкой ее пожал.
– Наивные мы с тобой – произнес он. – Чувствую, что не до флирта будет…
Росс посмотрел на него с хитрой улыбкой.
– У Лабеана в подвале по любому есть вино покрепче того, что он выставляет. Ты побудь здесь, а я схожу на разведку.
– Без трофеев не возвращайся.
Ярослав не был ни разу в подвале, но знал, как туда попасть. В общем, дом архивариуса Лимба делился на три этажа. Верхний полностью занимали библиотека и лаборатория хозяина. Ниже располагался жилой этаж с небольшими спальнями, кухней, гостиной и холлом с прихожей. Под землей располагался еще один этаж – хозяйственный. Там хранились продукты, запасы топлива и многое другое, в том числе вино.
Молодой человек прошел через кухню, спустился по лестнице к подвальной двери, но она оказалась запертой. Отступать было поздно. Он вернулся на кухню и осмотрелся. Вообще, еда в этом странном доме готовилась непонятным образом. Потому что стол накрывался сам собой без участия кого-либо. Ярослав пробыл здесь три дня и ни разу не видел какой бы то ни было прислуги. Тем не менее, еда готовилась, белье стиралось, пыль вытиралась… скорее всего, секрет всего этого волшебства скрывается в подвале.
Он выбрал нож из набора и вернулся к подвальной двери. Про возможно наложенные на нее заклятия Ярослав, конечно, не подумал, а, просунув лезвие в щель между дверью и косяком, отжал ригель. На обратном пути можно будет просто защелкнуть его обратно.
Свет в подвальном помещении тусклый и серый, казалось, лился со всех сторон. Пахло горелой бумагой, старым деревом и пряными травами. Ряды массивных бочек, лежащих штабелями, завершились стеллажами с винными бутылками, банками с консервированными продуктами, затем стояли дощатые ящики, а дальше огромная печь с открытой чугунной дверцей.
Ярослава охватило радостное предчувствие. Сейчас он раздобудет вина, возьмет пару банок с чем-нибудь вкусным и они с Куртом забухают на всю ночь. У них есть, о чем поговорить, что обсудить, рассказать друг другу о своих мирах. Но непонятная сила, как будто вела его, направляла мысли и действия. Ярослав приблизился к зеву топки и опустился на корточки рядом с печью. Потом протянул руку, разгреб пепел и вытащил обгоревшую книгу. Переплет слетел на пол черной шелухой, но страницы остались целы. Хвала Лимбу, знаки неизвестного письма складывались в привычные слова и фразы.
Мурашки побежали по спине человека. В груди похолодело. Кто-то пытался скрыть от всех эту книгу, уничтожить ее, а, может быть и не только эту… просто сжечь, чтобы никто не прочитал их. Теперь он держит в руках разгадку, улику, ключ… Взять с собой или прочесть прямо здесь? Страницы сделаны из материала похожего на пластик, вероятно, огнеупорный. Таинственный заметатель следов просчитался. Надо показать ее Анарху…
– Ой, беда-беда, огорчение, – раздался за спиной голос.
Ярослав вздрогнул, резко встал на ноги и обернулся. Лабеан, сложив руки на груди, сердито смотрел на него снизу вверх.
– Нехорошо таки себя вести, будто вы воришка какой, – строго сказал он.
Молодой человек даже не мог найти, что ответить. Только невнятно произнес:
– Книга, вот, нужная… А ее в печь…
Лабеан сочувственно покачал головой, потом взмахнул рукой и Ярослав провалился во тьму беспамятства. Последнее, что он увидел, это алые от злобы глаза архивариуса и блестящая пыль, висящая в воздухе.
* * *
Сегодня она ушла с работы на час раньше, потому что ей исполнилось восемнадцать. День рождения – единственный повод для радости в году. Дома ее ждет десятилетняя сестренка Иша. Она и только она осталась в этом мире, кто ждет ее. Сейчас она обрадуется приходу старшей сестры, обнимет, и разольется по телу тепло и спокойствие семьи.
Мэдал шла и улыбалась. Сумрак тесных захламленных улиц привычно проплывал мимо. Узкая полоска вечернего неба текла над головой, разрываемая пучками проводов или бельевыми веревками, перекинутыми между стен многоэтажных домов.
Ей восемнадцать. Теперь она сможет работать официально. Получит паспорт, оформит опекунство над младшей сестрой и будет получать на нее пособие. В любом случае, жить станет легче. Найти бы еще хорошего парня. Мэдал, девушка красивая, с густыми русыми волосами, волнами спадающими на плечи, роста среднего, плотная, фигуристая. Она идет и радуется будущему, светлому и такому близкому. Как немного надо для счастья человеку в этом жестоком мире, где правят деньги и сила.
Мэдал подошла к двери своего подъезда и уже достала из кармана ключи, как услышала позади приближающиеся шаги. Она резко обернулась, выставив перед собой руку с зажатым в кулаке ножом «бабочкой». Она не умела им пользоваться – только ловко открывать – но носила с собой на всякий случай. Из сумрака вынырнул молодой симпатичный парень, слегка смуглый, черноволосый. Его лицо искажено гримасой боли, а левой рукой он зажимает рану на плече.
Он, задыхаясь, припал на одно колено перед испуганной девушкой и взмолился:
– О, прекрасная звезда вечернего неба, помоги мне! Всего лишь, промыть и перевязать рану и я снова смогу жить!..
На парне надета темно-синяя замшевая куртка измазанная в крови, джинсы на ремне с бляхой, похоже золотой, с эмблемой клана «Красные коты». Оружия не видно, но это не значит, что его нет.
Оценив пришельца, Мэдал сложила и убрала нож в карман плаща, открыла двери подъезда и помогла раненому гостю подняться. Потом они вместе добрались до третьего этажа, где жила девушка, и осторожно, чтобы не шуметь и не привлекать внимания соседей, вошли в квартиру.