Чтение онлайн

Так двенадцатого января первой парой стояло занятие у Константина Петровича Афанасьева, преподавателя Существам славянской мифологии. Однако он еще читал лекции и по славянской истории, вводил первогодок в курс дела, заставлял читать кипы свитков. Предмет этот был факультативом, направленным на всеобщее развитие. Однако приходилось писать не только длинные лекции, но и готовиться к семинарам, от руки пером и чернилами писать на пергаментах доклады, составлять таблицы и графики, ну и, конечно же, писать контрольные!

— Крепок тот народ, который помнит и чтит свою историю! — размеренно говорил учитель. — И короток век того, кто ее забыл или решил переписать с чистого листа!

В тот день Константин Петрович, все такой же строгий и статный, стоял перед классом в большой лекционной аудитории, опершись бедром о край рабочего стола. В большой лекторской собрался весь поток первогодок со всех четырех общин, но тишина стояла такая, что было слышно каждого пролетающего комара, непонятно каким образом живущего в Подгорье.

— Кто знает, что значит сегодняшняя дата в славянской истории?

Поднялось несколько десятков рук. Преподаватель кивнул одному из учеников, разрешая ответить. Аудитория делилась на четыре ряда парт, стоявших одна выше другой. Слева направо сидели колядники, яриловцы и купаловцы, а замыкали строй святичи.

— Сегодня двенадцатое января, — сказала Вика Сечко, сидящая внизу. — У славян считался днем похищений.

Константин Петрович кивнул, соглашаясь.

— Кто что еще добавит? Анастасия?

— Ну… — замялась Настя Русак, сидящая рядом с Викой, и постучала пером по столу. — Эта дата была своеобразным напоминанием мужчинам и женщинам о том, насколько нужно быть осторожным в отношениях друг с другом. И о том, что девушки не должны гулять по темноте или в глуши одни, чтобы не накликать на себя беду.

— Верно, спасибо, — сказал преподаватель, ворочая в руках указку. Он сделал ею один взмах, и мелок, лежащий на полочке около классной доски, подлетел в воздух и начал яростно выводить слова: «12 января — день похищений». Мирослава застрочила в своем пергаменте, пока справа от нее Яромир, Матвей Оболенский и Виталик Пожарский поддерживали головы руками, почти засыпая. На ряд ниже Никита перешептывался с Власом Кочубеем и Елисеем Войновичем. Слева Астра пыталась посмотреться в маленькое зеркальце. Иванна же аккуратно выводила заголовок на своем листке.

— Итак, пишем! В давние времена два сильнейших Бога Перун и Велес влюбились без памяти в одну юную деву, звали ее Дадола. Отдала она свое сердце Перуну, больно обидев Велеса тем, что отвергла его. Но смириться Богу, особенно мужчине, с таким откровенным унижением было не по нраву и как-то бесчестно.

В один погожий день гуляла Дива Додола на прекрасной поляне, усеянной цветами, какие не растут больше нигде на земле. Но привлек ее внимание одиноко растущий ландыш. Пощадив и решив не обрывать цветок для своего букета, Додола нагнулась вдохнуть его аромат, да только тот цветок был пропитан ядом. Дурман застил разум девы, и она потеряла сознание. Да то Велесу, превратившемуся в этот цветок, и надо было. Воспользовался он ее беспомощностью и без согласия сотворил задуманное, ублажил свое самолюбие.

Вскоре после этого на свет появился еще один Бог — звали его Ярила. Перун, поняв, чьего отпрыска родила на свет его любимая супруга, гонял Велеса по всем лесам и болотам, по непроходимым пустошам, бушевал и метал молнии. А жену превратил в божью коровку.

— Таким образом, — заканчивал преподаватель лекцию, наблюдая, как те, кто засыпал, вдруг оживились. — Сегодняшняя дата напоминает нам о том, что надо всегда оставаться в первую очередь людьми нравственными, верными своим вторым половинкам, жениться по любви, а не по расчету, никогда не нарушать чужих личных границ и не применять к людям заклятья и зелья, способные повлиять на чье-то сознание.

Вечером того же дня Рогнеда Юлиевна собрала своих первогодок в одной из больших теплиц, расположенных в школьном корпусе, и усадила всех на взращенный газон, образующий обширную луговую поляну с цветами. В целом создавалось впечатление, что ты попал в начало лета, где бушует сочная зелень и цветут полевые цветы.

— Сейчас мы проведем обряд на доверие и защиту от негативного магического вмешательства, а также просто на установление адекватных межличностных отношений! — говорила учитель, расхаживая босиком по траве. Она не изменяла традициям, и на ногах у нее были надеты джинсы, а не юбка. — Конечно, никто из преподавателей, родителей или друзей не может оградить вас от всех бед и несчастий. Однако построить доверительные отношения друг с другом мы с вами в силах. Надеюсь, все согласны?

Все закивали, не совсем понимая, к чему ведет преподаватель Заговоров.

— Ведоград во все времена считался домом для тысяч учеников, студентов и работников всех подразделений и служб. Мы здесь, словно одна большая семья! Конечно же, как и в каждой семье у нас бывают недопонимания и усталость друг от друга, но мы должны крепко держаться плеча напарника.

Она вышла из круга, образованного учениками, и пошла вокруг них, нависая над каждым, словно коршун, за которым тащился кожаный ферязь.

— И желательно держаться не как утопающий за соломинку, чтобы потопить, а быть друг другу крепкими буями, выдерживающими любые штормы и кораблекрушения…

— И что мы будем делать? — перебил не совсем понятную речь классрука Никита, сидевший, как и все на зеленой траве. — Топить друг друга в местной речке как котят, а кто не согласится или утонет, тот и не друг?

Пень-Колода остановилась и провела зубами по нижней губе, ухмыляясь. Она любила подобный юмор. А за этот юмор ее не любили многие преподаватели.

— Не неси бред, Вершинин! — прошипела Астра, выглянув из-за мешающей обзору Мирославы.

Пара так и не помирилась, зато теперь девочка не упускала повода уколоть бывшего ухажера побольнее.

— А что такого? Я просто не понимаю, зачем мы здесь сидим! — пожал он плечами и отвернулся. Мирослава улыбнулась: вот это выдержка у него, так спокойно отвечать на провокации.

— Тишина, — раздался спокойный голос преподавательницы, решившей не давать ученикам устроить гвалт. — Сейчас все поймете! О, а вот и остальные!

На тепличную поляну неровным строем вышла еще одна группа учеников. Колядники сбавили шаг, когда поняли, что занятие будет смешанное.

— Проходите, вам же сказали! Садитесь рядом, слушаем, смотрим и повторяем! — кричал, задыхаясь от быстрого шага, взрослый мужчина.

Он был худым, таких еще сравнивают со спичками или зубочистками. Ноги чуть прогибались в коленях назад, движения его были резкими и размашистыми. На голове редкие светлые волосы распределены по ровному пробору, а на глазах круглые очки с толстыми линзами. Серый костюм делал его еще более безликим, похожим на длинноногую моль.