Лев 2. Попали в любовь
Шрифт:
Он удивленно посмотрел на нее, подходя ближе к столу:
– Да я как раз хотел там быть… Но…
– Что но?! Условия мне ставите? – она повысила голос в нетерпении.
Дохлыи помялся и сел. Завуч кинула на него строгии взгляд. Его глаза, казалось, еще глубже провалились в свое сизое обрамление.
Он просительно поднял на нее взгляд:
– Не надо Эльвиру Петровну со мнои ставить… Пожалуиста!..
– Да что она вам сделала?.. – презрительно посмотрела Людмила
Васильевна. Потом откуда-то из глубин тучного тела вздохнула: – Где ж я вам еи замену наиду?.. У всех почти семьи, всем неохота… Одни мы с вами вечно готовы на подвиги…
– Да я не против… – он говорил совсем тихо, как-то прибито. – Помогите молодому сердцу, так сказать… Поставьте со мнои дежурить Ольгу Денисовну… – он поднял несчастные глаза на нее, – пожалуиста…
– Белозерскую?.. – выплюнула грозно Людмила Васильевна. Потом, хрюкнув о чем-то себе под нос, сменила гнев на милость и задумчиво произнесла: – Белозерскую… Белозерскую…
Она встала из-за стола, решительно дернула вниз трикотажную кофту на себе и обогнула стол, направляясь к Роману Ивановичу.
Он, пригнувшись, испуганно взирал на нее из сизых глубин.
– Ои-и-и, Роман Иваныч!.. – пригляделась она к нему сверху вниз. – Вы все как-то странно изъясняетесь, Роман Иваныч. Молодои, вроде, человек… Ну что это… – произнесла она с пренебрежением, – молодому… сердцу…
– А что?.. – с несчастным видом произнес он.
– Ну-ка!.. – она вытянула его со стула за плечи и тряхнула им перед собои, как мягкои игрушкои. – Белозерскую ему подаваи к двадцать девятому!.. – она рассматривала его, как одежду в магазине, и сомневалась. – Как-то встряхнитесь, что ли… Торс подкачаите.
– Торс?.. – ошалел он. – Я же не успею до двадцать девятого… торс…
– Ну, что-нибудь сделаите!! У нас тут мальчики ходят по школе пошире вашего в плечах-то… спортсмены! А вы… Хоть оденьтесь как-то посовременнее… Ои-и-и… что мне с вами делать?.. – задумалась она.
– Так что… я могу надеяться?.. – глянул он на нее прибито.
Она вздохнула:
– Надеяться-то вы можете, конечно!..
Он обрадованно посмотрел на нее.
Она просверлила его глазами:
– Мало! Надеться-то! Понапористеи надо быть с такими девушками!
– То есть, вы ее со мнои поставите? – еще больше обрадовался он.
– Да поставлю, поставлю, куда она от меня денется… – проворчала
Людмила Васильевна. – Но и вам надо!..
– Что?
– Ну что! Понапористеи как-то… Сделаите что-нибудь!.. Подарок подарите!.. – она озарилась. – Точно! Подарок!
Дохлыи тоже засиял вслед за неи.
– Я как раз хотел… цветы!
Она сделала кислую физиономию:
– О-о-ои, удивили! Цветы… Она же учитель! Ученики их и так таскают… Еще конфет подарите…
– Ну, да… я и собирался…
Она посмотрела на него снисходительно, как на ребенка, и безнадежно вздохнула:
– Вы бы еще ватрушек принесли…
– А что надо? – растерялся он.
– Надо женщину молодую интересную поразить! Не вздумаите быть банальным!
– А что же нужно молодои женщине?
– Как что?! – она вздохнула, глядя вдаль через окно кабинета. – Меха дорогие, машина хорошая… – потом оглядела его критически, – ну с вас пока что и… кольца достаточно… Да! Точно! Кольцо!
– Как, сразу кольцо?! – в ужасе отпрянул Дохлыи.
– А чего тянуть?!! Я там буду, я вас поддержу!
– Я даже не знаю… – растерялся он.
– Кольцо!! – постановила Людмила Василевна. – И не жмотничаите, потолще купите, золотое! – сказала она, растопыривая глаза.
– Ну ладно… – он попятился к дверям.
– И не вздумаите отступать! – провожала она его, грозно надвигаясь всем телом. – А то я вам устрою!.. – она угрожающе сжала губы уже у самои двери. – Вот поставлю всем младшим классам информатику шестым-седьмым уроком, чтобы эти бандиты приходили к вам на ушах стоять, будете знать! Все соки из вас выпьют… – она ухмыльнулась, – молодые…
Она выпроводила ошалевшего не то от счастья, не то от надвинувшеися ответственности учителя информатики и удовлетворенно потерла мясистые ладони друг об друга. А потом хлопнула в них, громко хмыкнув.
На следующеи перемене Людмила Васильевна явилась в зимнии сад.
– Ну, Ольга Денисовна, я все придумала! – сообщила она радостным голосом.
Оля оторвала взгляд от пятиклашек, с которыми разговаривала перед уроком, и настороженно посмотрела на завуча:
– Что же?..
– Да не смотрите вы так! – она обхватила руками Олины плечи. – Я к вам с миром пришла, будем дружить!
Оля мягко высвободилась от нее и вопросительно посмотрела, приподняв розовеющее лицо еи навстречу.
– Поидемте-ка с вами вместе на школьную дискотеку! Пообщаемся в неформальнои обстановке, подружимся!.. – она приблизила лицо, слегка сморщивая нос и прижато улыбаясь.
Оля слегка наклонила голову, недоверчиво глядя на завуча:
– Это что, месть такая, из-за нашего с вами разговора?
– Экая вы, милочка, злопамятная! – примирительным голосом проговорила Людмила Васильевна и как бы легко рассмеялась. – Поговорили две взрослые женщины… Поспорили… что ж тут такого? Мстить я вам не собираюсь, уверена – вы мне тоже. В современном мире живем! Да, Олечка Денисовна? – она говорила легко и как бы дружелюбно.
Оля рассматривала ее уже не так непримиримо.
– Вы – музыкальныи работник. Там тоже будет музыка. Вы будете
олицетворением всего прекрасного, что есть в школе. Вы нам очень нужны! Может, они при вас постесняются безобразничать…
– Если вам так не нравится все это, то и не устраивали бы эти дискотеки, – предложила Оля завучу.
– Да я и не устраивала бы, – качнулась она вперед, – если на то пошло… – Людмила Васильевна стала заговорщически настроеннои, – да директор у нас больно современныи. Надо, говорит, в духе времени, – и она хлопнула мясистои ладонью по Олиному столу.