Чтение онлайн

— О, милая, если бы я знал, что ты надела это, мы бы никогда не стали играть в боулинг.

Брендон усадил ее на обеденный стол. Это была как раз подходящая высота для того, что он задумал. Джезебель улыбнулась ему.

— Тогда в чем веселье? Я давно этого ждала.

Он застонал, когда она опустила его руку к своей киске.

— Почувствуй, как долго.

Брендон засунул один палец в ее мокрую киску. Он закрыл глаза и выругался, если бы он был собакой, то сейчас бы задыхался.

— Черт, милая, ты вся мокрая.

Джезебель кивнула, и сексуальная улыбка тронула ее губы.

— И что ты собираешься с этим делать?

Зарычав, он упал и зарылся лицом в ее киску. Она застонала и выгнулась под его языком, когда он начал дразнить ее клитор. Затем он добавил второй палец, входя и выходя из ее сердцевины. Ноги Джезебель обвились вокруг него, притягивая ближе.

Брендон наслаждался ее вкусом, пока текли ее соки. Он задвигался быстрее и лакал ее, наслаждаясь сливками, которые она ему давала. Его тело зудело, а одежда, которая была на нем, казалась слишком тесной и узкой. Ему нужно было снять ее, и он должен был быть похоронен в ее гостеприимном тепле, но сначала она должна кончить.

Добавив еще один палец, он растянул ее, подготавливая к своему члену, который жаждал взять верх. Он позволил своим зубам царапнуть по ее набухшему маленькому бутону и позволил своему языку скользнуть до конца в ее киску. Он замурлыкал, когда она выкрикнула его имя, и ее сердцевина задрожала вокруг его пальцев. Облизывая ее киску, он вытащил пальцы, засунув их в рот, прежде чем легонько прикусить ее тело.

Брендон улыбнулся Джезебель, когда она посмотрела на него полными страсти глазами. Она подняла руку, и ее пальцы убрали волосы с его глаз.

— М-мм, и подумать только, до встречи с тобой я была застенчивой и невинной.

Одарив ее улыбкой, он выровнял свой член и раздвинул ее половые губки, скользя своим членом домой. Глаза Джесс вспыхнули, и она откинула голову назад. Он вошел в нее еще глубже. Боже, она была такой тугой. Сжимая ее бедра, он смотрел, как подпрыгивают ее сиськи, когда он входил в нее снова и снова. Ее тихие стоны и вздохи заставляли его жаждать ее все сильнее, пока он не понял, сколько еще сможет выдержать.

Джезебель тяжело дышала и задыхалась. Ее пальцы искали, за что бы ухватиться. Он наклонился вперед, и она обхватила его руками, притягивая к себе. Когда он сильнее вошел в нее, она застонала.

— Еще, о, пожалуйста, еще.

Ее ногти царапнули его, и он наклонился, вцепившись в ее шею и посасывая чуть ниже уха. Это было то, что ей нужно. Она поднялась навстречу его толчкам и впилась ногтями в его плоть, пытаясь выжать из него все, что у него было. Отпустив себя, он резко вошел в нее, откинув голову назад, и взревел, освобождаясь.

Блаженство охватило его, и он наслаждался им, зная, что держался и удовлетворил свою пару. Его мягкий член выскользнул из нее, и он сопротивлялся желанию лечь с ней.

Застонав, он понял, что они были не в лучшем месте. Он наклонился, поднял свою удовлетворенную пару и пошел с ней верх в спальню.

Когда он опустил их на кровать, она удовлетворенно вздохнула и прижалась к нему.

— Мне нравится то, что ты заставляешь меня чувствовать, — сонно пробормотала она.

Брендон прижался губами к ее губам, потерев свои губы об ее.

— Это чувство взаимно, дорогая. Я очень счастливый человек.

Он нежно поцеловал ее и крепко прижал к себе. Его мир в этот момент был совершенен.

Когда она вернулась домой накануне вечером, было уже слишком поздно навещать Тревиса. Сегодня было Рождество. Брендон хотел, чтобы она провела ночь в доме его родителей, а утром отпраздновала это событие вместе с остальными членами его семьи. Он даже сказал, что ее семья приглашена на обед, но Джесс хотела провести время со своей семьей, и она сказала, что пойдет навестить Тревиса. Последние два Рождества она провела с ним и его семьей.

Выбравшись из теплой постели, она потянулась всем телом. Ей нравилось то, что Брендон заставлял ее чувствовать. Она никогда не чувствовала себя желанной, но только один взгляд Брендона мог сделать это с ней.

Подойдя к душевой кабине, она открыла краны и разделась, чтобы принять душ. В голове у Джезебель вспыхнули образы вчерашней сумасшедшей возни на обеденном столе. М-мм. Кто бы мог подумать, что именно она доведет мужчину до такого безумия, что он возьмет ее на столе? Ее тело пылало от того, что Брендон делал с ней. Теплая струя воды никак не охладила ее растущую потребность. Этот человек был смертельно опасен.

Нырнув головой в прохладную воду, она приказала себе успокоиться. Сегодня Рождество, а у нее еще много дел. Выключив кран, она вышла и открыла шкафчик, чтобы достать полотенце и обернуть его вокруг себя.

Вернувшись в свою комнату, она посмотрела на часы, с удивлением обнаружив раннее время. Ее братья, должно быть, еще спят. Она навестит Тревиса до того, как все проснутся, и проверит, как он.

Джезебель взяла машину матери и поехала к родителям Тревиса. Мать Тревиса встретила ее крепкими объятиями и отправила прямо вверх по лестнице в комнату Тревиса.

Она тихо вошла в комнату Тревиса и была потрясена болезненным состоянием человека, лежащим в постели. Тревис лежал на кровати и выглядел почти совершенно белым. Она подошла к его кровати и села на край. Его глаза затрепетали и открылись.

— Я знал о них. Оборотнях.

Джесс не могла сердиться на него, особенно в том состоянии, в котором он находился. Она сдерживала слезы, когда потянулась к его рукам.

— Я знаю, что ты не мог мне сказать. Я бы все равно тебе не поверила.

Он закрыл глаза и медленно открыл их.

— Веселого Рождества. Что ты получила?

— Я ничего не открывала. Я встала и пошла прямо сюда. Я как раз собиралась заглянуть к тебе, но... — Джесс замолчала.

Тревис выглядел намного хуже, чем Зик. Она не могла оставить его одного. Ее семья поймет. Брендона нужно будет как-то убедить, но она не могла оставить своего друга одного в его комнате.

Она наклонилась и достала телефон.

— Я собираюсь провести Рождество с тобой. Улыбнись, я посылаю родителям фотографию.

Она выдавила из себя улыбку, сделала снимок и послала его своим братьям и родителям со словами: «Тревису плохо. Посмотрите на него. Я остаюсь присматривать за ним. Люблю вас». Она повернулась к Тревису.