Чтение онлайн

Преимущества такой организации очевидны. Выделяемые на оборону и безопасность средства будут находиться в одних руках, управление как развитием, поддержанием боевой и мобилизационной готовности, так и возможным применением военной силы также сосредоточено в одних руках. Эти обстоятельства позволяют принимать и реализовывать именно оптимальные решения, о которых мы сейчас часто слышим и читаем.

Очевидно, что в современных экономических условиях мы не можем позволить себе содержать полностью развернутые Вооруженные Силы, которые нам необходимы. В то же время международная и внутренняя обстановка позволяет нам определить силы, которые предназначены для выполнения первоочередных задач в области обороны и безопасности государства.

Отсюда следующей первостепенной задачей в реформировании военной организации является определение сил, необходимых для выполнения первоочередных задач. К таким задачам следует отнести:

ядерное сдерживание;

охрану государственной границы;

готовность к локализации и прекращению локальных конфликтов;

поддержание структуры, необходимой для стратегического развертывания Вооруженных Сил.

Силы, которые обеспечат выполнение указанных задач, могут составить ядро военной организации государства.

На содержание этой основной в мирное время части Вооруженных Сил средств у России хватит. Выполнение других задач Вооруженных Сил может обеспечиваться за счет их мобилизационной готовности.

Что же мы имеем нынче, представленное в виде начала военной реформы?

Прошу далее высказываемые мной критические замечания не воспринимать как политические выпады. Это, с одной стороны, недоумение принятыми решениями, с другой стороны, результаты заинтересованного в конструктивных решениях анализа.

Заявлено, что начало и основу военной реформы представляет реформирование Вооруженных Сил Российской Федерации. Не вызывает сомнения, что соответствующий указ Президента - это не плод размышлений Бориса Николаевича. Его, естественно, готовили специалисты, отвечающие за военные вопросы, в том числе и специалисты Министерства обороны.

В связи с такой оценкой реорганизации Вооруженных Сил возникает замечание или, если хотите, вопрос: оптимальными ли будут решения по реформированию Вооруженных Сил Российской Федерации в отрыве от представления об общем решении проблемы реформирования военной организации в целом с ее системой жизнеобеспечения? Ответ специалиста очевиден - нет, эти решения являются частными и не лучшими в смысле военной реформы в целом.

Следовательно, первоначально, по нашему мнению, следует сформулировать концептуальное решение проблемы в целом, а затем выбирать посильные, последовательные и взаимосвязанные решения по реформированию составных частей военной организации.

Руководство Вооруженных Сил в качестве основного принципа реформирования указало принцип "оптимизации структур", в то же время в указе Президента предусмотрено ограничение численности центрального управленческого аппарата Вооруженных Сил в пределах одного процента от их численности.

Мы опять же не претендуем на определение численности центрального аппарата управления. Численность аппарата может составлять и 0,5 процента от численности Вооруженных Сил. Однако мы должны понимать, что положено в основу указанного ограничения. Мы не сомневаемся, что численность аппарата зависит от его функций, а организационная структура аппарата - от требований по его управляемости, полномочий и функций руководителей структурных подразделений аппарата.

Нам хотелось бы быть уверенными, что есть обоснование порядка организации и структуры центрального управления Вооруженными Силами, знать роль и место Генерального штаба в этой системе. Не сомневаться в том, что военные вопросы будут решаться не работниками аппаратов различных государственных и административных органов, а профессионалами - офицерами Генерального штаба Вооруженных Сил.

По вопросу сокращения Вооруженных Сил Российской Федерации представляется необходимым отметить, что, прежде чем сокращать Вооруженные Силы, необходимо определить задачи военной организации государства, порядок их выполнения, уяснить состав, состояние и возможности существующей военной организации, определить возможность совместного применения Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований для выполнения стоящих задач, возможности объединения военных органов и организаций, выполняющих обеспечивающие функции. И только потом решать вопрос о сокращении и реорганизации Вооруженных Сил, предполагая при этом проведение взаимоувязанной реорганизации других войск и воинских формирований.

Об отсутствии общей увязки принимаемых мер говорят следующие примеры.

Всем известно, что Министерство обороны ликвидирует авиационное училище в г. Кургане и инженерное училище в г. Калининграде. Тут же на базе этих училищ создаются авиационный институт пограничных войск и политехнический институт этих же войск. Откуда средства? Бесспорно, только из федерального бюджета. Но ведь средств катастрофически не хватает на содержание Вооруженных Сил. Как же можно принимать такие решения, не учитывая финансовых проблем военной организации в целом? Разве в стране недостаточно авиационных институтов, разве мало в Министерстве обороны училищ военных летчиков, разве нет в России военной инженерной академии?

Рассматривается передача строительного училища Министерства обороны в г. Камышине в ведение МЧС России. По этому поводу встают те же вопросы.

Хочу спросить: настолько ли мы богаты, чтобы каждое ведомство имело свои собственные учебные заведения? А может, есть возможность использовать существующую базу профессионального военного образования в интересах всех силовых структур? Насколько проработан и проработан ли вообще этот вопрос в плане военной реформы?

Следующим примером, вызывающим недоумение, является ликвидация в г. Смоленске управления 1-й гвардейской армии и расформирование 144 гв. мед, которые выведены из Западной группы войск, так называемой элитной группировки Советских войск.

Указанная армия дислоцирована на важнейшем операционном направлении, представляет собой по существу объединение передового базирования, имеет хорошую военную инфраструктуру: оборудованные пункты управления, разветвленную стационарную сеть связи, дороги и полигоны.

Боеспособная 144 гв. мcд превращается в базу хранения боевой техники, и в то же время в Сормове создается новая дивизия.

Управление войсками в Смоленском регионе передается в объединение с центром в г. Воронеже. Таким образом, оголяется от войск приграничный регион, управление оперативным развертыванием войск в этом регионе удаляется более чем на 1000 км в район, где военную инфраструктуру предстоит создавать заново. Очевидно, что такой отрыв войск от пунктов управления не может способствовать повышению эффективности управления.

Наряду с отмеченным возникают социальные проблемы: обеспечение квартирами около 600 семей военнослужащих расформированного управления 1-й армии, проблемы около 900 военнослужащих 144 гв. мед, которые будут уволены с военной службы, проблемы совсем недавно введенного в строй городка "Кутузовский", который расположен в неблагоприятном экономическом районе и может существовать только при сохранении дивизии.

А чем можно компенсировать разочарование офицеров и прапорщиков указанной дивизии, зимовавших в палатках? Ради чего они терпели все невзгоды освоения в чистом поле нового места дислокации? Как рассчитаться управлению 1-й гв. армии с задолженностью предприятиям г. Смоленска, в общежитиях которых временно проживали офицеры и прапорщики?