Чтение онлайн

Объектами нашего исследования были представители низового движения, люди, которые пришли в политику не за карьерой и даже не за идеей. Это представители народа, решившиеся защищать свои интересы политическими методами. Более половины моих респондентов и собеседников не состоят в каких-либо партиях или организациях, также около трети — новички в политическом процессе. Но почти 90 % признают себя участниками политического процесса и не хотят больше уходить из политики, которую теперь понимают как сферу принятия каждым человеком жизненно важных для страны и для него лично решений. Они отчётливо осознают, что именно вызвало их протест. Почти 29 % назвали конкретные причины своего прихода в политику. Эти причины различны по масштабам и содержанию, среди них убийства украинских политиков, антитеррористическая операция на Юго-Востоке, массовые убийства протестующих граждан, жестокость по отношению к сотрудникам милиции на Майдане, ложь новой власти, попытка сноса памятника Ленину в родном Харькове.

Встав на путь активного протеста, народные активисты Юго-Востока всё больше и больше понимают инструментальные возможности массового политического участия, стремятся научиться разрабатывать политическую стратегию и тактику. Более 60 % респондентов признали, что последние события в стране заставили их яснее понимать свои политические цели и задачи. Только около 11 % респондентов подчеркнули, что участие в политике было вынужденной необходимостью, и они вернутся к частной жизни, как только ситуация наладится. 22 % заполнивших анкеты и все интервьюированные (10 человек) признали, что останутся в политике до тех пор, пока их стране не будут обеспечены мир и благополучие. Более четверти (около 27 %) заявили в анкете, что намерены использовать политическую деятельность для реализации своих целей и идеалов. Примерно столько же признали, что, придя в политику под давлением обстоятельств, постепенно в полной мере осознали недопустимость и опасность политической пассивности народа. Именно такое мнение высказали практически единодушно мои собеседники. Около 17 % опрошенных и один интервьюируемый заявили, что политика стала их призванием. И только немногим более 4 % респондентов отметили в анкете вариант: «Вы примкнули к политической партии или движению (название), потому что разделяете их цели» [1] .

Главное политическое воздействие украинской войны на так называемых обычных людей — прочная идентификация национальных и личных целей, интуитивное, внутреннее отождествление своей судьбы с судьбой страны и народа. Политика для моих респондентов — не закулисные переговоры, не борьба капиталов, не сфера действий профессионалов и ветеранов политических баталий. Политика — область принятия решений, определяющих судьбу страны и каждого её гражданина. И сейчас на Юго-Востоке народ и пытается стать главным в этой области, ведущим политическим субъектом, стремится диктовать свою повестку дня, мучительно заблуждаясь, ошибаясь и порой отчаиваясь. Неразрывная и непосредственная связь своей собственной судьбы, своей настоящей и будущей жизни с судьбой страны для украинцев с Юго-Востока сегодня не просто красивые слова, не абстрактная истина, а повседневная кровная(и кровавая) правда.

Более половины опрошенных — 56 % — назвали среди трёх своих главных претензий к Киевской власти антироссийскую ориентацию внешней политики. Но ни один респондент не указал её как непосредственную причину протеста. А вот незаконный захват власти 54 % респондентов называют в качестве одной из главных претензий к киевскому режиму, и при этом более 10 % опрошенных прямо называли его причиной своего прихода в политику. В интервью некоторые собеседники называли незаконность смены власти в их стране как решающую причину для радикального отказа от политической пассивности. В целом список претензий представителей Юго-Востока к киевской власти представлен в таблице 1 и на рисунке 1.

Бывшего президента Януковича почти никто не жалеет, но подавляющее большинство воспринимает новую власть в Киеве как навязанную. Таким образом, люди, обвиняемые в стремлении перечеркнуть «демократические завоевания», в немалой степени озабочены именно демократией, формализацией и извращением демократических процедур передачи власти. Их возмущает насилие по отношению к инакомыслящим, политические репрессии, дискриминация регионов Юго-Востока и националистическая идеология. Они не хотят мириться с зависимостью внешней и внутренней политики Украины от Запада. Но разве демократия не предполагает суверенитет народной власти, разве такой суверенитет не является необходимой предпосылкой демократии?

Прекращение прозападного курса во внешней политике страны наряду с наказанием виновных в применении насилия является, по словам моих респондентов и собеседников, целевыми приоритетами участников юго-восточного протеста и движения за Новороссию. Называют они своими целями и нормализацию экономической и политической обстановки в стране (См. Таблицу 2).

Рисунок 1

Распределение ответов на вопрос: «Выберите, пожалуйста, не более 3-х наиболее подходящих Вашим взглядам претензий к нынешним государственным руководителям Украины»

От сторонников тезиса о «руке Москвы» в украинской войне не ускользнёт, конечно, тот факт, что главной претензией моих респондентов к действующей украинской власти была её антироссийская политика. Называют они в качестве цели и воссоединение Востока Украины с Россией. Соотношение взглядов о желаемом будущем государственном устройстве показывает (см. рис. 1), что равно предпочтительными являются прекращение прозападной внешней политики, воссоединение Востока Украины с Россией и его политическая самостоятельность. В интервью мои собеседники больше склонялись к политической самостоятельности в рамках проекта Новороссия при различных вариантах интеграции и сотрудничества с Россией. Всё это подтверждает российскую ориентацию украинского протеста, что отнюдь не означает, что он инспирирован, последовательно поддерживается и направляется российским правительством. Из моих опросов, бесед и наблюдений следует, что крах украинской государственности очевиден для протестующего Юго-Востока, он является не целью, а причиной их движения

Крах украинской государственности имеет для Юго-Востока не национальную, а социально-политическую подоплёку. Националистическая и антироссийская политика Киева базируется на вполне определённых экономических интересах. Это интересы довольно узкой группы прозападной буржуазии, совершенно не озабоченной социальным благополучием большинства украинского населения. Да, на короткое время Евромайдан мобилизовал довольно широкое движение. Но он играл на протестных настроениях, причины которых ничего общего не имели с логикой реальных целей тех, кто собирался воспользоваться этим движением как политическим тараном. Прикрываясь идеологией народного протеста, режиссёры Евромайдана преследовали антинародные цели, что сделало закономерным и неизбежным установление кровавой тирании.

Разумеется, авторитаризм был свойственен многим политическим проектам, в том числе и опиравшимся на массовые народные движения и осуществлявшим социальные преобразования. Однако на сей раз репрессивная практика власти не имеет ничего общего с авторитарной моделью социальной модернизации, заложенной в идеях Просвещения, так как не преследует никаких реальных прогрессистских целей вроде расширения сферы политических, гражданских и социальных прав, подъёма экономики и культуры, повышения эффективности государственного управления и т. п. Напротив, продолжается и активизируется раздел общественной собственности между представителями ещё больше сузившейся группы олигархов, сокращается занятость, закрываются производства, усиливается налоговый гнёт по отношению к большинству народа. Установившаяся после Майдана власть сделала, по сути, национальной и государственной идеей цели, грозящие стране разорением. Поэтому любое выступление в защиту прав народа идеологически надо было маркировать как антидемократическое и антигосударственное, чтобы затем обосновать репрессивно-диктаторскую политику во имя «европейских ценностей», однозначно и безвариантно отождествляемых с деятельностью руководства Евросоюза. Таким образом, сегодня на Украине мы наблюдаем не гибель нации и не конфликт на национальной почве, а, скорее, борьбу против антисоциальной политики государства, прикрытой лозунгами «национального строительства» и «интеграции в Европу».