Чтение онлайн

Тропа постепенно расширялась, и вскоре превратилась в дорогу. Стали попадаться хижины, фермы, дома. Люди встречались редко, потому что было холодно и дождливо.

На третье утро после того, как они прошли перевал, погода прояснилась, и через несколько часов езды Фальк остановил своего мула, вопросительно взглянув на Эстрел.

— Что такое? — поинтересовалась она.

— Мы у цели? Это Эс Тох, да?

Вокруг них местность была ровная, хотя со всех сторон горизонт закрывали удаленные горные вершины, и вместо пастбищ и пахотных земель, мимо которых они проезжали раньше, вокруг были дома, дома и снова дома! Повсюду были разбросаны хижины, бараки, лачуги и снова многоэтажки, постоялые дворы, лавки, где изготавливались и обменивались различные изделия.

Повсюду были дети, люди, которые шли пешком, во всех направлениях ехали верхом на лошадях или на мулах, проезжали на слайдерах. Людей было не мало, но и не так уж много. Были здесь и праздно слоняющиеся, и по горло занятые каким-либо делом лица. Были грязные и унылые, оживленные и нарядные под ярким утренним солнцем жители этих лачуг и дворцов.

— До Эс Тоха еще миля, если не больше, — рассмеялась Эстрел.

— Тогда что же это такое? — недоуменно спросил Фальк.

Фальк взволнованно и испуганно озирался. Дорога, по которой он проделал такой длинный путь из Дома в Восточном Лесу, теперь превратилась в улицу и вскоре должна была окончиться. Люди удивленно смотрели на них и на их мулов, расположившихся посреди улицы, но никто не задерживался возле них и не заговаривал с ними. Женщины отворачивались.

Только оборванные дети указывали на них и смеялись, а потом убегали, скрываясь в грязных переулках или за каким-нибудь бараком.

Это было не то, что ожидал увидеть Фальк. Но как он мог ожидать чего бы то ни было, он, никогда не видевший в глаза ни одного города.

— Я не знал, что в мире столько людей, — наконец выговорил он. — Они роятся вокруг Сингов, как мухи на навозе.

— Это оттого, что личинки мух могут развиваться только в навозе! — сухо сказала Эстрел. Она протянула руку и похлопала его по плечу. — Это прихлебатели и отверженные, сброд, который не пускают через городские ворота. Еще немного и мы войдем в город, в истинный Город! Мы прошли долгий путь, чтобы увидеть его, и я думаю, что мы заслужили это!

Они продолжали ехать верхом и вскоре увидели возвышающиеся над убогими крышами домов стены зеленых башен без окон, ярко сверкающие на солнце.

Сердце Фалька учащенно забилось. И тут он заметил, что Эстрел заговорила с амулетом, который ей подарили в Бесдно.

— Мы не можем въехать в город верхом на мулах, — сказала она, отвечая на недоуменный взгляд Фалька. — Нам нужно оставить их здесь.

Они остановились у ветхой общественной конюшни, и Эстрел начала втолковывать что-то на западном диалекте подбежавшему прислужнику. Когда Фальк спросил ее, в чем заключается смысл их разговора, она ответила:

— Я просила взять этих животных в залог.

— Что значит — в залог?

— Если мы не оплатим их содержание, он заберет их себе. Ведь у нас нет сейчас денег, не так ли?

— Нет, — робко согласился Фальк.

У него не только никогда не было денег, он никогда раньше даже не видел их. Хотя на галактическом языке было слово, обозначающее деньги, в диалекте Леса аналогичного эквивалента не было.

Конюшня была последним зданием на краю пустыря, заваленного булыжниками и мусором, который отделял район лачуг от высокой и длинной стены из гранитных глыб.

Пешеходы могли попасть в Эс Тох только одним путем. Огромные конические колонны обозначали ворота. На левой колонне была вырезана надпись на Галакте:

«ПОЧТЕНИЕ ПЕРЕД ЖИЗНЬЮ».

Справа было длинное предложение, написанное буквами, которых Фальк никогда прежде не видел. Через ворота никто не проходил, и возле них не было стражи.

— Колонна Лжи и колонна Тайны, — громко сказала Эстрел.

Она прошла между ними, ведя за руку озиравшегося Фалька. Он изо всех сил старался не показать, какой благоговейный страх овладел его душой. Когда же он вошел в Эс Тох и увидел его, он долго стоял, не произнося ни слова, и даже Эстрел не могла сдвинуть его с места.

Город Повелителей Земли был выстроен на двух склонах каньона — грандиозной трещины в горах, узкой и фантастически глубокой. Его черные стены были покрыты полосами зелени, спускавшимися вниз на ужасающую глубину, не менее чем в полмили, к серебристой полоске реки, струившейся по самому дну каньона, вечно погруженному в тень. На самых краях обращенных друг к другу отвесных склонов возвышались башни города, едва касаясь земли и соединенные через пропасть стройными арками мостов. Там где башни, мосты и шоссе кончались, стена снова замыкала город — перед головокружительным изгибом каньона. Геликоптеры с прозрачными лопастями носились над бездной, а на улицах и изящных мостах мелькали слайдеры. Хотя солнце еще не поднялось над могучими вершинами к востоку от города, казалось, что эти стройные башни совсем не отбрасывают теней. Эти огромные зеленые башни были так ослепительны, и казалось, что солнечные лучи свободно проходят сквозь них, не встречая при этом никакой преграды.

— Идем, — сказала Эстрел и дернула его за руку.

Фальк очнулся от своих грез и встретил сияющие глаза Эстрел.

— Но ведь нас здесь не ждали. А незваные… — начал было он.

— Здесь нам бояться нечего, — мягко сказала она. — Идем!

Он последовал за ней. На улице, которая спускалась между двумя высокими зданиями к башне на краю обрыва, не было никого. Он обернулся назад, к воротам, и уже не смог различить открытого прохода между колоннами.

— Куда ты меня ведешь?

— Я знаю здесь одно место…

— Что за место?

— Просто дом, где останавливаются наши люди, когда бывают в этом городе.

Она опять взяла его за руку, и пока они проходили по длинной извилистой улице, она шла, опустив взор и тесно прижавшись к нему.

Теперь справа от них неясно вырисовывались высокие дома самого сердца Города, а слева было узкое ущелье без какой-либо стенки или парапета — головокружительный обрыв, внизу которого был абсолютный мрак. Черный пробел между двумя светящимися узкими, как колонны, башнями.

— А если нам понадобятся деньги…

— О нас позаботятся.

Мимо них на слайдерах проехали ярко и причудливо одетые люди. Высоко вверху на посадочных площадках зданий с отвесными стенками мелькали геликоптеры. Высоко над ущельем ровно гудел набиравший высоту аэрокар — летательный аппарат Сингов.

— Они все — Синги?

— Некоторые.

Подсознательно он держал левую руку на лазере. Эстрел, даже не взглянув на него, произнесла с усмешкой в голосе:

— Не вздумай воспользоваться здесь своим оружием, Фальк. Ты пришел сюда, чтобы получить назад свою память, а не для того, чтобы еще раз потерять ее!

— Куда ты меня ведешь, Эстрел?

— Сюда.

— Сюда? В этот дворец?

Светящаяся зеленоватая стена без окон, без формы вздымалась вверх, загораживая собой небо. Перед ними возникла открытая многоугольная дверь.

— Здесь меня знают, — сказала Эстрел. Она крепче сжала руку Фалька. — Не бойся. Идем!

Он заколебался. Оглянувшись, он увидел на улице несколько человек, которые шли пешком, это были первые люди из всех, кого он здесь видел. Они праздно шагали по улице, с любопытством поглядывая на Фалька и его подругу.