Чтение онлайн

Мой противник был широкоплечий и кряжистый, как старый дуб, и так плотно закутан в мех и шерсть, что его лица почти не было видно. Несмотря на тяжелую одежду, двигался он проворно и ловко. Похоже, в прошлом этот человек служил в армии, хотя вряд ли принимал участие в теперешней войне. Скорее уж бывший солдат годился в отцы тем, с кем я сражался бок о бок, а также тем, кого мне приходилось убивать. Все же порой преклонный возраст имеет свои преимущества. А вот что касается Люси Беннетт — я недооценил хозяйку борделя: кроме стилета у нее, как выяснилось, есть и охранник.

К моему удивлению, человек не пошел в атаку, но отступил на пару шагов и покосился на свою госпожу. Люси, казалось, обдумывала сложившуюся ситуацию, с беспокойством поглядывая на освещенные окна таверны. Я понимал ход ее мыслей: если этим вечером мое тело останется лежать на залитом кровью снегу в двух шагах от «Черного лебедя», поднимется немалый шум. Хозяин гостиницы знает Люси в лицо. Да и Мэйнону наверняка известно, где она остановилась. И даже если не в его интересах признаваться в столь сомнительном знакомстве, судья найдет способ, как отомстить Люси за убийство своего помощника.

— Оставь его, Джек, — наконец проговорила она.

Джек пожал плечами и опустил клинок. Я же пока держал шпагу наготове — шанс умереть сегодня вечером у меня все еще оставался.

— Ты думал, я настолько глупа, что стану ходить по ночным улицам без защиты? — В голосе Люси слышалась насмешка. — Или полагал, что сумеешь застать врасплох такую женщину, как я?

Я закашлялся и сплюнул на землю. В слюне была кровь. Джек крепко разбил мне губу и едва не вышиб зубы.

— Я ведь уже объяснил, мадам: мне нужно просто поговорить с вами.

— Насколько помню, в прошлый раз я уже ответила на все твои вопросы.

— В прошлый раз их было совсем немного, мадам. А сейчас ситуация изменилась: речь идет о жизни девушки.

Люси подошла чуть ближе.

— И ты полагаешь, я обязана отвечать на твои вопросы?

— Не обязаны. Но я все равно получу ответы.

Люси заворковала сладким голосом, обращаясь к своему спутнику:

— Смотри, Джек, перед нами рыцарь в сияющих доспехах, он борется с несправедливостью везде, где только находит. И он думает, что влюблен. Мысль о прелестях Криссы затуманила юнцу рассудок.

Джек отрывисто расхохотался.

Воркование Люси сменилось командным тоном:

— Отправляйся-ка ты домой в теплую кроватку, мальчик, да поживее, пока я не передумала!

Доносившаяся из таверны музыка стала чуть громче, а мелодия лютни — чуть нежнее. Она звучала диссонансом с грубыми словами Люси. И я вдруг увидел ее совершенно иными глазами: немолодая, толстая, ожесточившаяся женщина. Интересно, каким образом Люси Беннетт превратилась в хозяйку борделя?

— Сколько тебе было лет? — спросил я.

— Что?!

— Сколько тебе было, когда мужчина впервые надругался над тобой?

Люси рассмеялась, но в ее смехе не было прежней уверенности.

— Кто это был — солдат? — продолжал спрашивать я.

Джек начал терять терпение и снова нацелил на меня шпагу.

— Давай прикончим его, и дело с концом, — просто предложил он Люси.

В его словах я слышал хорошо знакомый отзвук многих солдатских голосов. Джек перережет мне горло, бросит тело в какой-нибудь богом забытый пруд и, вернувшись в таверну, преспокойно сядет ужинать.

— Уходи, Тредуотер, — сказала Люси. — Выброси ее из головы. В любом случае она не стоит твоих усилий.

— Что они с тобой сделали? — Я действовал наугад.

Люси молчала.

— Мне приходилось видеть, что солдаты могут сделать с женщиной. И я знаю, во что они превращают ее. Вы жили где-то в Богемии? Но твоя мать была англичанкой, верно?

— И что из того?

— Они убили ее?

— Вспороли, как поросенка, — равнодушным тоном произнесла Люси. — А тебе-то какое дело?

— Тебя они превратили в шлюху, — закончил я. — Но когда я спрашивал о Криссе, ты могла бы сказать, что она тоже принимала твоих клиентов. Однако ты этого не сделала.

— И?

— В тот раз ты сказала правду.

— Ну, предположим, сказала.

— Значит, и сейчас можешь.

— Ха! — резко хохотнула Люси. — А я смотрю, парень, наглости тебе не занимать.

— Нет. А вот кое-каких сведений недостает.

— И ты готов заплатить за них?

— У меня нет с собой денег. Оставил кошелек дома.

Последовала долгая пауза. Гремевшая в таверне музыка смолкла. Сыпавшаяся с неба снежная крупа превратилась в медленно падающие хлопья, которые щекотали нос и щеки.

— Джек, иди, закажи нам по кружке эля, — наконец произнесла Люси.

— Но…

— Я ведь плачу тебе, дружок? Иди. Делай, что говорят.

Джек с ворчанием удалился. Мы остались вдвоем. Люси чувствовала, что я не представляю для нее угрозы, и, позволив себе расслабиться, принялась мерить узкий дворик шагами, что-то обдумывая и бормоча себе под нос. Ее необъятное тело то и дело перекрывало узкую полоску лунного света, прорезавшегося сквозь облака.

— Хаксли, — перестав вышагивать, коротко бросила Люси.

— Ты и его знаешь? Он тоже из твоих клиентов?

— Смеешься, парень? Да этот святоша не отличит собственную ширинку от дырявого кошелька. Нет, с ним мы не встречались. Но судья Мэйнон нуждается в его поддержке. Точнее — в покровительстве. Все, больше ни слова не скажу! — отрезала Люси.

Я шагнул вперед, оказавшись почти вплотную к ней, и заглянул в уродливое лицо женщины. Меня охватило странное чувство — смесь недоверия и благодарности.

— Спасибо, — тихо произнес я.

— Пожалуйста. Только избавь меня от своих визитов. Еще раз появишься — уши отрежу, — пообещала Люси.

У меня не было причин сомневаться, что это не пустая угроза. Я кивнул на прощание и отправился обратно, обдумывая по дороге слова Люси. Выйдя на площадь, остановился, зачерпнул горсть снега, пососал и выплюнул окрашенную в розоватый цвет ледышку. Потом поправил сбившуюся одежду и вошел в здание суда. Я не стал вытирать заляпанные грязью сапоги. Оставляя мокрые следы на каменном полу, миновал приемную и поднялся наверх.