Чтение онлайн

Теплая вода обняла ее, словно ласковое одеяло. Каждая клеточка тела расслаблялась, отпуская напряжение. Пар, легкий и ароматный, окутывал девушку, унося мысли далеко от суеты. Она закрыла глаза, позволяя себе полностью погрузиться в это блаженство. Мягкие пузырьки щекотали кожу, а тихий плеск воды стал единственным звуком в этом уединенном мире. Это был момент чистого наслаждения, когда время замедлило свой ход, а заботы растворились в теплой неге.

Но долго наслаждаться не получилось. Служанка настойчиво объявила, что пора выходить и одеваться. Правительница с неохотой выполнила указания служанки и надела свое платье горничной.

На столе ожидал целый пир. Стол ломился от изобилия, где каждый ингредиент кричал о своей свежести и качестве. Аромат запеченной птицы с хрустящей корочкой переплетался с пряными нотками трав. Рядом — яркий салат, где сочность овощей и свежесть зелени дополнены легкой, пикантной заправкой. Фрукты сияли глазурью, а сырная нарезка обещала богатство вкусов. Это не просто еда, это приглашение насладиться каждым моментом.

Лея удивилась такому поведению королевы. Почему так? Она простила? Она поверила? Но, что будет дальше? Правительница с аппетитом поела и направилась в кабинет, где ее ожидал тяжелый разговор.

Глава 26

Королева Инесса восседала за массивным столом, чья полированная поверхность отражала мягкий свет, проникающий сквозь высокие окна. Ее величество, облаченная в одежды, достойные ее сана, казалась неотъемлемой частью этого великолепного кабинета, где каждая деталь говорила о власти и утонченности. Тишина, нарушаемая лишь шелестом пергамента, окутывала ее, подчеркивая сосредоточенность и достоинство момента.

Лея вошла в кабинет практически бесшумно.

— Присядь, — сказала королева и указала на стул напротив своего стола.

Правительница также бесшумно подошла и присела.

Королева, чьи глаза подобны двум холодным бриллиантам, медленно обвела взглядом правительницу. В этом пристальном, почти пронзительном осмотре не было ни тени снисхождения; лишь взвешенная строгость, присущая той, кто несет бремя власти. Казалось, каждое движение ее глаз, каждый едва уловимый поворот головы был частью немого, но решающего вердикта, который уже созрел в ее мудром сердце.

— Я долго думала над происходящим, и приняла решение, — строгим голосом произнесла королева, пристально разглядывая Лею.

— Какое? — со страхом спросила Лея.

— У тебя есть два выбора. Ты или помогаешь мне, или тебя будут судить за предательство, — произнесла королева, проигнорировав вопрос.

Внутри правительницы что-то тихо щелкнуло, как будто затворка старинного механизма, который уже давно ждал своего часа. Не было ни бунта, ни отчаяния, лишь холодное, кристальное понимание. Пути назад не существовало, словно она стояла на краю обрыва, и единственное, что оставалось — шагнуть вперед. Решение, словно высеченное в камне, уже было принято не ею, а самой жизнью, и ей оставалось лишь принять его, как принимают неизбежное дыхание.

— Я буду помогать, — послушно проговорила Лея.

— Прекрасно, а теперь слушай меня внимательно, — проговорила королева и начала излагать свой план.

Сердце Леи билось где-то в горле, когда она осознала весь масштаб того, что собирается сделать. Это было предательство, без всяких сомнений. Образ человека, которого она предавала, мелькнул перед глазами, вызывая волну стыда и отчаяния. Но даже сквозь этот шквал эмоций пробивалось другое, более спокойное, но не менее сильное чувство: понимание того, что другого пути просто не существует. Это было решение, принятое в безвыходной ситуации, где каждый выбор вел к боли, но этот был единственным, который она могла себе позволить.

Глава 27

Вечер опустился на замок, окутав комнату мягким полумраком. Лея сидела у окна, наблюдая, как последние лучи солнца гаснут за горизонтом, и чувствовала, как внутри нее нарастает странное, почти осязаемое напряжение. Это было не просто волнение, а скорее предчувствие чего-то необратимого, чего-то, что изменит привычный ход вещей. В воздухе витала едва уловимая смесь решимости и тревоги. Она перебирала в руках мелкие предметы, словно пытаясь найти в них опору, но пальцы скользили, не находя привычной твердости. В голове проносились обрывки мыслей, как тени, мелькающие на стене, но ни одна из них не могла заглушить этот внутренний зов, эту тягу к действию. Она знала, что сейчас, в этот самый момент, она стоит на пороге, и шагнуть за него будет означать погрузиться в неизведанное, в то, что, возможно, оставит горький привкус на долгие годы. Но сейчас это казалось единственно верным путем, единственным способом почувствовать себя живой, даже если эта живость будет оплачена будущими сожалениями.

Правительница взяла устройство связи, и сердце ее усиленно забилось.

— Слушаю, — резко проговорила Мэри.

— Сегодня ночью королева будет одна в своих покоях без охраны, — сообщила Лея новость.

— По какой такой причине? — усомнилась Мэри.

— Она разогнала всю охрану. А новая прибудет только завтра утром. Разозлилась на то, что не нашла охранника на своем месте. Рвала и метала, что он нарушил правила. Вот и решила всех сменить, — нагло врала Лея.

— Странный поступок, — протянула Мэри.

— Она сама странная, ее поступки не имеют логики, — правительница старалась говорить как можно увереннее.

— Жди сегодня, — сказала Мэри и отключилась.

Лея почувствовала легкое покалывание в кончиках пальцев. Это был знакомый нервный трепет, который всегда сопровождал ее, когда она пыталась выдать желаемое за действительное. Она старалась держать лицо, не моргать, не выдавать себя ни единым мускулом. Внутри же разворачивалась настоящая битва: «Убедительно ли это звучало? Поверила ли ей Мэри? Не слишком ли я переиграла?»

— Прекрасно, — сказала королева, которая слушала весь разговор.

Она встала и протянула к Лее руку, правительница послушно отдала ей устройство.

— Очень надеюсь, что все пойдет по плану. Иначе отвечать тебе. Ты сидишь в своей комнате, пока за тобой не придут, — сказала королева и вышла.

Глава 28

Когда звук шагов затих в коридоре, комната словно замерла. Лея осталась одна, и это одиночество было не просто отсутствием людей, а ощущением полной изоляции. Свет, пробивающийся сквозь шторы, казался тусклым и чужим. Каждый скрип половицы, каждый отдаленный звук с улицы вызывал нервное напряжение. Неизвестность давила, как тяжелое одеяло, лишая воздуха и покоя. Она не знала, что принесет следующий час, следующий день, и это незнание было самым страшным.

Лея кружила по комнате, никак не могла успокоиться. Страх сковывал, но все-таки усталость взяла свое, и правительница легла на кровать. Она сама не заметила, как окунулась в тяжелый сон.

Проснулась правительница оттого, что в комнату вошла служанка и сказала, что королева ожидает ее в кабинете. Лея подскочила и быстрым шагом отправилась в неизвестность.

Лея вошла в кабинет и увидела королеву, на лице которой играла ухмылка. Она сидела на своем привычном месте, за столом. В кресле, около окна, сидела Мэри.