Чтение онлайн

— Это все еще подозрительно, но… Нужно двигаться дальше.

Голос Альда прозвучал несколько обреченно, да и меня саму не отпускало ощущение неправильности происходящего. Что-то действительно было не так. Но ни малейшего отсвета, который мог бы подсказать характер ожидавшей нас ловушки, видно не было.

Подселенец осторожно приблизил мое тело к оконному на один шаг. Замер. Еще на один. Снова подождал. Особенно сильный порыв ветра дернул штору, что та сместилась, коснувшись моего тела самым краем…

А затем внезапно удлинилась и обвилась вокруг моей левой ноги!

Издав раздраженное шипение, Альд метнул в ожившую ткань заклинание разложения. Но в последний момент магический импульс улетел в окно — вторая штора обвилась вокруг правой руки и дернула в сторону.

Подселенец забормотал заклинание снятия чар — настолько быстро, что даже зная его наизусть, я едва успевала разбирать отдельные слова. Шторы же тем временем медленно, но верно преодолевали сопротивление Альда и тащили мое тело к окну.

Оконный проем замерцал знакомым белесым свечением. Таившаяся в нем ловушка была упокаивающей. Возможно, даже последняя. Но почему ее не было видно сразу?..

Подселенец свободной левой рукой направил заклинание рассеивания на штору, обвитую вокруг правой руки. Будто живое, синее щупальце на миг судорожно сжалось вокруг моих костей. А затем обмякло, легко соскользнув и повиснув вдоль стены куском обычной ткани. Воспользовавшись отвлечением Альда, первая штора усилила натиск и едва не вкинула мое тело в оконный проем. Подселенец в последний момент успел восстановить равновесие в воздухе и дернулся назад так, что захрустели кости. Снова зазвучала скороговорка рассеивающего заклинания.

Я ощутила острую боль в левой ноге. Похоже, сломались берцовые кости. Альд дернулся и затрепыхался, будто пойманная в силки птица. Снова боль, теперь — в колене. Подселенец осекся и начал читать заклинание заново. Белесое свечение вокруг оконного проема становилось все ярче и, казалось, теперь само приближалось к нам.

Ровное голубовато-зеленое свечение вокруг моих костей начало мерцать. Альд устал? Или его отвлекает боль? Или и то, и другое?

Я прямо-таки ощутила, как под нарастающим давлением шторы-щупальца с болезненным сухим похрустыванием сместились осколки берцовых костей. Более крепкая бедренная еще была цела, но зачарованный кусок ткани медленно, но верно продвигался к тазовым костям. К моим костям!

В груди шевельнулся страх. Мой или подселенца — не важно. Неиллюзорная опасность упокоения угрожала нам обоим.

Забрать боль или поделиться энергией с Альдом? Кости Суртаза, что мне делать?!

Заклинание снятия чар снова ушло мимо — подселенец дернулся назад за миг до того, как белесая вспышка охватила место, где до этого находилось мое тело. Да что ж это за ловушка такая? Расставить бы их побольше по окрестностям Дрожащих Холмов, и живых некромагов не понадобится!

Меня охватила злость. От собственной беспомощности и бесполезности. От маниакальной изобретательности Килира. От того, что такие серьезные чары были потрачены просто на то, чтобы защитить логово этого мерзопакостного мертвеца, когда они могли бы послужить куда более полезному делу.

Боль в поврежденной ноге дополнилась невыносимым зудом от непрекращающихся уколов в правой, но при этом свечение вокруг моих костей снова выровнялось, перестало мерцать. Возможно, из-за того, что Альд начал читать какое-то другое заклинание, мне не знакомое. Ладно, попробую забрать всю боль себе.

Знать бы еще только, как это недавно мне удалось сделать.

Тогда я сосредоточенно не дергалась, ощущала каждую ноющую косточку и пыталась понять, какой цвет преобладает в этом переливчатом голубовато-зеленом свечении вокруг моего скелета…

Вот только дернуться у меня не получится при всем желании. А если и получится, то лучше не надо.

Ноющие кости… Тут и сосредотачиваться нечего, я и без того чувствовала каждую, как будто они все были моими. По крайней мере, теперь болели все одинаково.

Свечение… Кажется, все-таки преобладает зеленый. Не настолько ядовитый, как виденный мной в убежище отсвет в глазницах подселенца — более спокойный. Холодный…

— Вот и все… — выдохнул Альд, непонятно что имея в виду. Мне даже не удалось понять, произнес он эти слова мысленно или вслух. Но зато успела заметить, насколько сильно дрожал его голос. А еще обнаружила, что мое тело стоит на коленях и тяжело опирается слабо мерцающими зеленью локтями о подлокотник. Подселенец вернул мне контроль.

— Мы не рассыпемся?

— Не знаю… Надо отдохнуть…

— То есть ты отправляешься в убежище? — осторожно уточнила я. Только этого сейчас не хватало — остаться один на один с домом, нашпигованным ловушками чуть менее, чем полностью. Наверное, идея выйти через окно была… довольно-таки сомнительной. Но подселенцу в этом я, конечно же, не признаюсь.

— Нет. Надо сначала… посмотреть, что снаружи…

— А окно?…

— Я использовал рассеивание чар… по площади… потому и так… паршиво… сейчас. Окно… безопасно.

На меня внезапно накатило до боли знакомое ощущение озноба, как при лихорадке. Это еще что такое? Ощущения Альда? Это ж насколько плохо ему, что доходит и до меня?

— Выгляни.

Я послушно подтянулась на локтях и, улегшись грудной клеткой на подоконник, высунула голову в оконный проем. Изменивший направление ветер тут же запустил пальцы мне в глазницы в попытке изучить содержимое моей черепушки. Я покрутила головой. Щелкнула челюстью от удивления. И ощутила жгучую благодарность к Альду за то, что он вообще никак не прокомментировал увиденное. Хотя благодарить за это, наверное, мне стоило скорее его измученное состояние. Но как бы ни было, признать очевидное все равно придется, похоже…

— Альд, — мой мысленный голос звучал до отвратительного жалобно, но в тот момент я с превеликой радостью приложила бы саму себя чем-нибудь тяжелым, — я признаю, что это была очень плохая идея…

— И шторы… были зачарованы… — в голосе подселенца не было злорадства от факта собственной правоты, только бесконечная усталость и уже знакомая нотка обреченности.

Я посмотрела вниз, на видневшееся среди рваных клочьев облаков подножие горы. Слева и справа — почти отвесные голые склоны из знакомого черного камня с сероватыми прожилками. И ни малейшего намека на другие окна, вход, подъездную дорогу и все остальное, что подобало бы иметь уважающему себя особняку, который я до последнего ожидала увидеть…

Вдоволь налюбовавшись величественной панорамой окружавших нас гор, я втянула себя внутрь и осторожно притворила створки.

— Не запирай, — тут же приказал Альд.

— И не собиралась, — я вздохнула и уселась на подоконник, — мало ли, что еще Килир придумал…

Сквозняк колыхал створки, но не распахивал настежь — видимо, ветер снова сменил направление.

— Что ж, — безэмоционально добавил подселенец после недолгого молчания. — Теперь понятно… почему никто не знал?..