Чтение онлайн

Его ребенок. Плоть от плоти. Кровь от крови.

Симоне никогда не занимался сексом без предохранения после неудавшегося брака, где потерял и эгоистичную жену, и долгожданного ребенка.

Зачем сегодня он едва не открылся перед этой нимфой с околдовывающими сапфировыми глазами?

Симоне не знал ответ.

Несмотря на то, что он был уверен, что Тоскану Эрин не покинет, так как весь регион знал о могуществе братьев Романьоли, но на секунды ему показалось -он потеряет вновь своего ребенка.

Нет, итальянец поклялся больше не допустить столь непростительной ошибке. Как бы он не хотел ребенка, тем не менее женитьба не входило в его планы, пока Алессио не пригрозил ему, что лично огородит Эрин от его неблагодарного и самовлюбленного общества.

Ну, что де во имя счастья и благополучия будущего наследника его финансовой империи, основанной на продажи спортивных автомобилях, Симоне решил переступить через гордыню и жениться на обычной няне, получавшей в месяц не больше одной тысячи евро.

С другой стороны их брак обещал быть отнюдь не однообразным и нескучным. Эрин Манила и возбуждала его одним взмахом своих длинных ресниц.

А что еще нужно в семейное жизни?

Любовь -естественно нет, больше ни одна женщина не имела вход в его сердце, а вот секс.

Симоне застонал, представив их дикий и великолепный, страстный и ненасытный секс.

Он потянулся к застежке на черных брюках Эрин, однако звонкая пощечина остановила его.

Никто еще не осмеливался поднять на него руку, включая даже собственного брата. А она так легко замахнулась и ударила его.

Вскочив на ноги, Эрин привела в порядок растрепанную косу и застеннулаьнесколько пуговиц на белой блузке.

– Я согласна на твое предложение, но с одним условием: больше ты не прикоснешься ко мне никогда -взвизгнула она, помахав перед ним указательным пальцем.

Симоне стоял неподвижно, а по лбу скатывались капли пота.

Ни одна женщина еше не просила его о том, чтобы остаться вне его внимания. Они желали, чтобы Симоне касался их, а Эрин ставит ему иной ультиматум.

– Даже в брачную ночь?
– язвительно поинтересовался он.

Эрин хотела бы подтвердить его догадку, но ее взгляд упал на тонкую линию его губ и переместился ниже, где виднелись бронзовые мышцы.

Надо быть сумасшедший, если отказаться от такого искусительного и дьявольского удовольствия.

Его поцелуй сжег все преграды, воздвигнутые Эрин в ее сердце. Заставил подчиниться его неукротимой гордости и мужскому эго. Волшебный вкус его губ затуманил ей сознания, лишая способностей размышлять.

Однако Эрин вмиг очнулась, почувствовав на "молнии" его умелые пальцы.

Обида, боль и воспоминания захлестнули ее. Он вышвырнул ее из своей постели, удовлетворив сексуальные потребности и не ожидая продолжения их отношений.

Она бы забыла все: его грубые слова, недостойное поведение, только бы в его взгляде читалась любовь, но в черных жгучих глазах виднелись похоть, отвращение и обреченность.

– Брачная ночь -исключение -пискнула Эрин, не узнавая собственного голоса. Слезы подавали знак, что вот-вот вырвутся наружу, а плакать перед этим бесчувственным и ледяным дельцом -это последняя стадия унижения.

Эрин прошла мимо него, гордо подняв голову и уловив знакомые нотки дорого одеколона. На несколько секунд она даже переместились в тот день в больнице, когда темноволосый незнакомец пришел ей на успокоение.

Эрин мотнула головой.

Прошлое вернуть нельзя, а сейчас главное думать о будущем ее ребенка, который получит то, чего была лишена Эрин: материнскую искреннюю любовь и любое его желание будет сбываться по одному щелчку пальцев.

***

Эрин с презрением открыла бархатную коробку, в которой переливались сапифиры на бриллиантовом колье, и отшвырнула на кровать.

Уже два дня она жила на вилле Симоне, а хозяина видела в последний раз в доме его браки, где он едва не соблазнил ее.

А теперь он дарит ей эти побрекушки, надеясь, что ее так легко купить? Может, он сичтает, что она -продажная женщина, мечтающая только о роскоше?

Несмотря на просьбы Мэнди и Алессио, Эрин переехала жить в комнату для гостей, что вовсе не повлияло на изменения настроения Симоне.

Он наблюдал за громкими спорами, творящимся в его доме бесстрастно и сохраняя абсолютное спокойствие.

При каждом взгляде на его спальню, Эрин захватывали больные воспоминания. Боль съедала ее изнутри, выпивала все ее силы.

Эрин любила его, но одновременно обида с горечью заполняли ее душу. Элементарные вещи он совершал без собственного участия. Предложение выйти за него замуж озвучил не он сам, а его брат.

Эрин вскочила на ноги и вышла из комнаты, напрявляясь на кухню, чтобы утолить внезапно нахлынувший голод.

Однако там ее ожидал сюрприз: в беспечной позе, читая газету, за столом с чашкой кофе сидел...Алессио или Симоне?

Эрин с трудом могла догадаться, кто есть кто, тем не менее она нашла отличия: у Симоне на верхней губе смутно виднелась маленькая родинка, а у Алессио -сего не имелось.

Мужчина поднял голову, и прищурившись Эрин, устремила взгляд на его губы, где была родинка.

То ли Эрин не удержалась на ногах, то ли она оступилась, но спустя мгновение она полулежала на коленях у своего будущего мужа.

Будущий муж -красивое сочетание слов, символизирующее любовь и надежду, но не в ее случае.

– Ни одного прикосновения ко мне -прошипела Эрин, поднимаясь и разделяя между ними расстояние.

Симон хмыкнул: