Чтение онлайн

Девушка? Смешно!

Сумасшедшая фурия. Дикарка. Воровка. Ненормальная… Кто угодно, но не девушка. Слишком мило и безобидно для нее.

– Но ведь… Она представилась Полиной Королевой, – после предупреждающего взгляда Валевского его подчиненный начинает шевелить извилинами. И говорить хоть что-то вразумительное. – На ней бейдж был и номер…

– Тогда это кто? – взмахиваю рукой в сторону модельки, а та чуть в косяк двери не врезается от страха. – Да не трясись ты, – прячу ладони в карманы.

Нервно измеряю шагами пол. И от каждого удара подошвой о паркет кто-то в кабинете вздрагивает.

Так, хреновая тактика. Я ничего не добьюсь, кроме парочки инфарктов и женского обморока.

– По паспорту это Полина Королева, – мямлит кастинг-менеджер.

Делаю глубокий вдох, который отчетливо слышен в повисшей тишине. Цепляю пальцами очередной платок, провожу по шее. А свободной рукой хватаю стул за спинку.

– Успокойся, присядь, – обращаюсь к Полине, пытаясь ее расположить к себе.

Самое время подключить свое обаяние, но оно закончилось на Рапунцель. А сейчас мне хочется только бить и крушить.

– Расскажи, что произошло? – с трудом сохраняю ровный тон. – Как твой бейдж оказался у другой девушки? И где та… вторая? – проглатываю ругательство.

Опускаю ладонь на маленькое, острое плечо нерешительной модели. Припечатываю ее к стулу. Нависаю на Полиной, сложив руки в карманы, и не прерываю зрительного контакта. А она так глупо ресницами хлопает, что вызывает лишь одно желание: постучать по макушке и спросить, есть ли кто дома?

– Ну? – подгоняю.

– Она украла! – выпаливает Королева. – Обманула меня, чтобы мимо очереди и регистрации пролезть на кастинг! – шмыгает аккуратным носиком.

– Ну писец! Это что за шпион в юбке? – прищурившись, зыркаю на Валевского. – Или вы специально ко мне ее подослали? – мотает головой так, что она того и гляди отвалится и укатится под стол. – Где этот Агент 007 сейчас? – возвращаюсь к Полине.

– А? – недоуменно тянет. И напрягает последние извилины.

– Где воровка бейджика? – поясняю, пока у модельки ничего не сломалось в мозгах. Или что там у нее под прической.

– Ушла. Еще и меня утащить хотела, – тараторит сбивчиво. – На улице мы разминулись. Она прямо без пальто сбежала. А меня позвали, и я, как честная девушка, послушалась, – одарив меня милой улыбкой, кокетливо взмахивает ресничками.

– Твоя «честность» тебя погубит, – хмыкаю с сарказмом. Но он улетучивается, когда до меня доходит смысл брошенной фразы. – Куда без пальто?

В ушах стоит треск ткани. Вспоминаю, как порвал Рапунцель юбку к чертям. Представляю, в каком виде она вышла из дома моды. И если хотя бы на секунду предположить, что все это не спланированная акция, а глупая ошибка… То прямо сейчас девушка с внешностью принцессы щеголяет по ночным улицам с голым, чтоб ее, задом! Ищет на него приключений. И если я не собирался ее насиловать, то сейчас это сделает кто-нибудь другой. Казалось бы, какое мне дело, но…

У нее мой контракт, точно! Мало ли, в чьи руки он может попасть.

– Ее надо вернуть, – выплевываю я и порываюсь к выходу. Напрочь забыв, на что я похож сейчас. Похрен. Там одна задница в опасности… То есть контракт!

– Так не догоните. Уехала уже.

Писклявый оклик модели действует на меня, как ушат холодной воды, вывернутый на голову в лютый мороз. Резко притормозив на пороге и ухватившись рукой за косяк двери, застываю ледяной фигурой. Медленно оглядываюсь.

– Куда? – выжимаю из себя, в то время как тело рвется бежать следом. Но разум запрещает. Надо все выяснить, прежде чем гоняться за диснеевскими призраками.

– Не знаю. Она в машину села, – сообщает Полина, разогревшись и настроившись на откровения. – Ее амбал какой-то у входа ждал.

– Амбал? – резко разворачиваюсь на пятках. – Что за амбал? Силой ее увез?

Голос срывается в хрип, а перед глазами пляшут яркие картинки с огромным мордоворотом и крошкой Рапунцель. Черт! Ну, куда поперлась?

Допустим, я облажался по вине Валевского. Возможно, слегка напугал девчонку. Ладно, не слегка… Но какого хрена было бежать сломя голову? Там внизу тьма народа. Что бы я ей сделал при свидетелях, даже при всем желании?

Дура! Но симпатичная… Была…

А я идиот.

Где искать ее теперь? В какой канаве?

– Да нет, не принуждали ее. Она сама радостно к амбалу сиганула, – Королева в красках описывает побег моей принцессы с голым задом.

Что ж, хорошая новость – красивая попа, которая вдруг стала мне небезразлична, находится в тепле и сравнительной безопасности. Правда, с каким-то мутным мужиком, но это не мое дело. Сам факт дико раздражает почему-то, но я запихиваю эмоции куда подальше.

Плохая новость – мой контракт по-прежнему хрен знает где.

Ситуация в целом кажется мне подозрительной. Дурно пахнет. Как мерзкий растворитель на моем лице.

– Полина, ты не знала ее раньше? – бросаю устало, не надеясь на подсказку, и возвращаюсь к столу.

– Неа, впервые в туалете пересеклись, где она меня и ограбила, – пожимает плечами.

Рухнув в кресло, беру очередной вонючий платок и привычными движениями на автомате втираю гадость в кожу. Если она еще не облезла после всех истязаний.

– Свободна, – отмахиваюсь, и черная тряпочка отлетает на стол. Присоединяется к братской могиле таких же платков.

– А кастинг? В модели возьмете? – Королева грациозно поднимается со стула и дефилирует ко мне на своих ходулях. Невольно вместо нее вижу образ фигуристой Рапунцель. Но принцесса быстро испаряется, сменяясь длинноногой доской. Остается лишь приятный сказочный голос, который слабо звучит в ушах, отдаваясь эхом.

«Я новенькая, если возьмете».

И чего они все сюда рвутся так? Летят, как пчелы на сладкое. Хотя…

Окидываю взглядом багрового, мокрого Валевского.

Скорее, как мухи на…

– Под ноги смотри, – бубню без особого интереса. – Не возьмем, – отворачиваюсь, успев заметить, как Полина обиженно поджимает губы.

Указываю на дверь. И моделька цокает, как подкованная лошадь, в направлении коридора.

– И как вы, Валентин Эрнестович, объясните мне всю эту… – обвожу рукой кабинет, киваю на себя, почерневшего не от гнева, как обычно, а он краски. Смахиваю со стола горку использованных салфеток. Задумчиво подбираю нужное слово, чтобы назвать ситуацию, в которой я оказался. Но на уме только грубые ругательства. – Как вы мне эту хрень объясните? – все-таки опять срываюсь.