Чтение онлайн

Нереальная, чтоб ее!

– Спасибо, мне не жарко, – даже голосок у нее сказочный, мелодичный, будто сейчас запоет. И птички слетятся, кружить начнут.

Черт! Надо завязывать с Ромкиным «Диснеем». После сегодняшнего вечера экстренно переходим на старые добрые советские мультики. Мне уже принцессы мерещатся.

Или она реальная все же?

Из последних сил пытаясь не уронить челюсть, я откровенно рассматриваю девушку. Пользуясь тем, что свет бьет мне в спину и скрывает лицо, чуть ли не раздеваю ее взглядом. С особой жадностью, не таясь.

При этом ни малейшего укора совести не чувствую. Шлюха же, раз пришла ко мне по указанию Валевского. Но шикарная.

Где они откопали такую? У них не только ателье здесь, но и фабрика в подвале по производству живых манекенов любых видов и форм? Кстати, с последним у принцессы все в порядке. Аппетитные бедра, не свойственные стандартным сухим моделям, осиная талия, уверенная «троечка» с манящей ложбинкой, лишь слегка выглядывающей из вполне скромного декольте.

– Не трать мое время, красавица, ну! – прикрикиваю на нее, чтобы убедиться, что она не иллюзия.

Шевелится – значит, живая.

Вздрагивает, судорожно поправляет пиджачок, застегивая его наглухо, ладошкой ведет по облегающей юбке вниз, словно лаская себя, но тут же одергивает подол, хотя он и так острые коленки прикрывает.

Сама невинность…

Если не ошибаюсь, я что-то про девственницу ляпнуть успел Валевскому. Интересно, они эту проверили перед тем, как мне передать? Не удивлюсь, если у них тут и штатный гинеколог для таких целей присутствует.

Нет-нет-нет. Не хочу об этом думать.

Потому что все мысли сразу к Маринке сводятся. Что если и она… Вот так… Спонсоров ублажала. А после – ко мне в постель.

Мерзко.

– Мое портфолио.

Какая-то папка летит мне в грудь, впечатывается и размазывается по торсу, сползая вниз. Перехватываю, не глядя, и откидываю на стол.

Следует признать, отыгрывает она свою роль на «отлично». Впрочем, Маринка ведь тоже оканчивала курсы актерского мастерства. Помню, как хвасталась и репетировала при мне. Получалось у нее, конечно, отвратно, но из приличия я ее похваливал. Теперь понимаю, что зря.

Олух! Наблюдал, как моя невеста на шлюху учится – еще и финансово поддерживал.

– К делу приступай! – провоцирую златовласку.

Демонстративно расстегиваю две верхние пуговицы рубашки. Подхожу к Рапунцель практически вплотную, нависаю над ней. Рост у нее тоже не совсем модельный, но я такую и «заказал», чтобы Валевскому задачу усложнить.

А он взял – и справился. Нашел ее.

До сих пор не верю.

– Мне с вас мерки снять? – лепечет растерянно, запрокидывая голову, и преданно, с налетом страха и удивления, смотрит мне в глаза. Завораживает лесной зеленью. – Прямо сейчас? И сшить что-то? Ну, в принципе, я могу…

Образ прекрасной принцессы держит до конца, но меня ролевые игры никогда не возбуждали. Идиотизм какой-то. А вот аромат ее очень даже заводит. Не приторный и сладкий, от которых обычно блевануть тянет, а свежий, нежный, едва уловимый. С оттенками трав, полевых цветов и дождя. Как ранним утром на природе.

Невольно поднимаю руку к золотистым волосам, тяну один локон вниз. Нарастила или свои?

– А ты забавная. Зеленоглазая златовласка Рапунцель, – хмыкаю, все еще пребывая в шоке. – Как я и заказывал. И часто вам здесь приходится такие задания выполнять?

От ее ответа, черт возьми, мой будущий брак зависит. Одним словом или даже слабым кивком она сейчас мне свадьбу сорвать может. Потому что в таком случае мне все ясно станет о Маринке. О ее «достижениях» в модельном бизнесе. И о цене всех титулов, корон и первых мест в конкурсах красоты.

– Я новенькая, – «мультяшка» осторожно пятится назад, но переливающаяся прядь в моих пальцах не позволяет ей далеко отойти, натягиваясь. – Если возьмете, – посылает мне милую улыбку.

Куда же ты лезешь, принцесса?

Дергаю за волосы сильнее, наказывая ее и заодно проверяя. Натуральные все-таки. Мысль о фабрике моделей больше не кажется мне дикой.

Если Рапунцель не создали искусственно, то ей неоткуда больше взяться. Не существует таких в природе.

– Возьму, красавица, – одним резким движением расстегиваю ремень.

Дальше все происходит стремительно и на автопилоте. Я не собираюсь пользоваться услугами шлюхи, но каким-то образом она оказывается на столе.

Убеждаю себя, что просто испытываю, как далеко «девочки Валевского» могут зайти в погоне за баблом, а сам сильнее вжимаюсь пахом между ее ножек. Рапунцель ерзает на мне, словно освободиться хочет, но как-то неуверенно. Бедрами скользит по поясу моих брюк, зацепиться пытается или оттолкнуть, но соскальзывает к краю стола. Потеряв равновесие, впечатывается в меня и импульсивно обхватывает за талию.

Замирает испуганно, ощущая, как я упираюсь в нее. Сложно не заметить, насколько топорщится ширинка. Еще одно ее эротичное движение на моем пахе – и молния треснет.

Я не похотливое животное и секса мне с Маринкой достаточно, но Рапунцель заводит не на шутку. Профессионалка все-таки. Да и ситуация щекотливая.

Мда… Похоже, я все-таки скрытый извращенец.

– Вот и поработаем, – выдыхаю хрипло.

Обхватываю раскрасневшиеся щечки ладонями – и намеренно грубо впиваюсь в пухлые губы. Кусаю, не жалею. С неприсущей мне яростью и жестокостью. Пусть не думает, что все мужики с ней цацкаться будут. Должна знать, на что идет, дура!

– М-м-м, – мычит возмущенно.

Не пускает. Стискивает зубки, чуть ли не поскрипывая ими. Она мне ничего не отгрызет?

– Не переигрывай, принцесса, – оторвавшись от нее, приказываю с глухим рыком.

– Вы… Что… Творите вообще? – дышит часто, сбивчиво, а упругая грудь поднимается в такт. – Животное! – фырчит вдруг. – Кричать буду!

– Имитация оргазма входит в прайс или цену набиваешь? – ухмыляюсь издевательски.

– А?

Затыкаю ее рот поцелуем. Действую на этот раз нежнее, аккуратнее. Пробую на вкус. И злюсь на нее за то, что мне нравится.

Докатился. Тянет к проститутке.

Рапунцель брыкается в моих руках, но я лишь сжимаю трепещущее тельце крепче. Она безоружна против мужской силы. И первобытного желания. Не знаю, что на меня нашло, но продолжаю целовать ее, игнорируя рваные, бешеные движения. Наоборот, они распаляют меня.

Актриса…

Слышится треск расходящейся по шву ткани – и юбка принцессы из приличной превращается в очень сексуальную, сбоку оголяя бедро вплоть до кромки чулок. И тут же моя рука, не слушаясь здравого смысла, ложится на кружево. Пальцы ласкают островок обнаженной бархатной кожи, прогуливаются вверх и цепляют резинку белья.