ЖАНРЫ

Личная ведьма Его Величества
Шрифт:

Сильнее, чем я могла себе позволить

Он был магнитом, а я - беспомощным кусочком железа, обреченным вращаться вокруг его оси. И сопротивляться этой силе было все равно, что пытаться остановить течение реки голыми руками.

Я видела это в его глазах - отблеск той же самой борьбы, того же самого внутреннего конфликта. Он тоже боялся. Боялся сдаться этому влечению, боялся последствий, боялся... меня? Или, может быть, самого себя, своих собственных желаний?

Каждый случайный взгляд, каждое небрежно брошенное слово, каждое мимолетное прикосновение - все это становилось искрой, разжигающей пламя внутри меня. Я ловила себя на том, что думаю о нем постоянно, анализирую каждое его движение, каждое изменение в выражении лица. Я превратилась в одержимую, в тень, преследующую свою навязчивую идею.

И чем сильнее я старалась подавить это чувство, тем сильнее оно становилось. Оно росло, как сорняк, опутывая мои мысли и чувства, отравляя мою жизнь. Я жила в постоянном напряжении, в ожидании следующей встречи, следующего взгляда, следующего намека на то, что он чувствует то же самое.

Иногда мне казалось, что я схожу с ума. Что я запуталась в паутине собственных фантазий и желаний. Что я потеряла связь с реальностью и живу в каком-то искаженном мире, где есть только я и он. И эта мысль одновременно пугала и притягивала меня.

Меня просто не было, словно я была лишь частью его самого, а не отдельной личностью.

Но я знала, что это окончательно разобьёт мне сердце.

Я с трудом отстранилась:

– Прости, я правда не могу, — с отчаянием произнесла я, не глядя на него.

– Ты не мой! Ты чужой, понимаешь? Не важно что тому стало причиной. И я не шутила говоря, что чужие мужчины для меня табу.

Я с детства не беру то, что принадлежит другим. И сейчас я не могу поступить иначе.

В его глазах отразилась такая же боль, что пожирала меня сейчас изнутри, он протянул ко мне руки в стремлении удержать, но я отступила и они упали, повиснув как безжизненные плети.

Решив не испытывать судьбу, я сделала еще один шаг назад.

– Я пойду соберу хвороста для костра, — бросила я через плечо, стараясь не смотреть в сторону короля.

"Похоже, наш короткий роман подошел к концу, — пронеслось в голове.

Надо выбираться отсюда как можно скорее".

Я выскочила из пещеры, словно выпущенная из тесной клетки птица. Лес встретил меня духотой и шелестом листьев, но я ничего не замечала. В голове шумело, в сердце – гулко стучало, и единственным желанием было убежать подальше от него, от себя, от этих чувств, которые грозили поглотить меня целиком.

Я брела наугад, спотыкаясь о корни деревьев, продираясь сквозь густые заросли кустарника. Слезы душили, но я не позволяла им вырваться наружу.

Не сейчас.

Не здесь.

Мне надо найти какое-нибудь укромное место, где я смогу выплеснуть всю боль и отчаяние, которые накопились внутри.

Наконец, я добралась до небольшой поляны, окруженной высокими деревьями. Это место казалось тихим и уединенным, словно специально созданным для того, чтобы спрятаться от всего мира. Я опустилась на траву, обхватила колени руками и заплакала.

Рыдания сотрясали все мое тело, словно я выплескивала из себя не только слезы, но и саму душу. Боль рвала на части, воспоминания вспыхивали в голове, словно искры от костра, обжигая своей яркостью и беспощадностью.

Перед глазами стоял его образ, его темные глаза, полные смятения и страсти. В ушах звучал его хриплый шепот: "Слишком поздно".

Я задыхалась от горя, не в силах остановить поток слез и страданий.

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в багряные оттенки. Лес затих, словно сочувствуя моей боли. Я продолжала сидеть на поляне, обессиленная и опустошенная. Казалось, что вместе со слезами из меня вытекла вся жизненная энергия.

Но постепенно рыдания начали стихать. Боль притупилась, оставив после себя лишь ноющую пустоту. Я подняла голову и посмотрела на небо, которое все еще пылало красками заката.

Пора возвращаться.

Я встала с травы, вытерла слезы и глубоко вдохнула свежий лесной воздух. В сердце еще оставалась боль, но уже появилась надежда. Надежда на то, что я смогу пережить это, вынести все испытания и стать сильнее. Я развернулась и пошла прочь с поляны, оставив позади свою боль и отчаяние.

49.

– А где хворост?- спросил Ирвен, заметив, что я пришла с пустыми руками.

Я вздрогнула от его голоса, словно он застал меня за чем-то постыдным. Стараясь скрыть покрасневшие глаза, я пробормотала:

– Забыла. Сейчас принесу.

Ирвен нахмурился и сделал шаг ко мне:

– Подожди, ты что плакала?

Я отвела взгляд, чувствуя, как щеки снова заливаются краской.

– Все в порядке, просто в глаз что-то попало, — попыталась я отшутиться, но голос дрогнул, выдавая меня с головой.

Ирвен не поверил. Он подошел ближе, осторожно взял мое лицо в ладони и заглянул в глаза.

– Не ври мне, Аделина.

Он знал. Знал, что мои слова – лишь слабая попытка скрыть истину, обмануть саму себя и его.

Мы оба тонули в этом океане лжи, цепляясь за последние островки надежды, которые с каждой минутой становились все меньше и меньше.

Мы были обречены, и единственный вопрос заключался в том, когда именно волна разобьет нас о скалы реальности.

Мы стояли обнявшись, в тишине. И в этой тишине было больше боли, чем в любых словах. В этой близости – больше отчаяния, чем в любой разлуке.

Я закрыла глаза, пытаясь запомнить каждый миг, каждое прикосновение, каждый взгляд. Пытаясь сохранить в памяти эту иллюзию, эту сказку, которая так скоро закончится. Пытаясь подготовиться к тому, что будет дальше. К пустоте. К одиночеству. К жизни без него.

Поделиться с друзьями: