Чтение онлайн

Но как же мало этой магии.

Дрожит могучее тело василиска. Изнывает в единственном желании вновь вкусить сладостную негу.

И не верит своим глазам могущественный Хранитель. Смотрит, как стремительно к нему приближается цунами, сотканное из радужного сияния магий четырех стихий. Медленно поднимается василиск навстречу им, в нетерпении бьет хвостом по песку.

Налетают шквальным огнем магические потоки, пронизывают насквозь извивающееся тело магического существа. Стекают с глаз василиска слезы благодарности от едва уловимого женского шепота проскальзывающего в вспышках зеленоватого цвета магии:

— Живи. Живи, храбрый Хранитель…

Купается василиск в словах любви к нему. Сползает с могучего тела старая шкура. Сверкает новая чешуя то серебром, то золотом под тусклым свечением ночного светила. Радуется, словно ребенок, могучий Хранитель. Поднимается над вековыми песками и падает на них, поднимая столбы песчаной пыли. Катается от счастья жизни. Купается в словах любви мужчины к своей любимой, стелящихся по пустынным барханам едва уловимой дымкой тумана и шепота в нем:

— Сари… Люблю тебя, моя девочка. Моя маленькая глупенькая ведьмочка. Люблю…

Вдыхает с наслаждением василиск признание любви. Устремляет благодарный взгляд на уходящее за горизонт ночное светило. Взлетает в ночное небо извивающийся могущественный змей, кружит, кличет своих магических собратьев разделить с ним радость жизни!

Слышат Хранители источников зов одного из древнейших магических существ. Прислушиваются в неверии и тут же срываются в полет.

Слетаются к нему со всех сторон.

Расправляет крылья Золотой дракон, оповещает ревом радостную весть о пробуждении Василиска. Срывается с его крыльев золотое сияние, обрушивается лавой в чуть наполненный магический источник.

Радостным клекотом отвечает ему феникс. Расправив крылья, кружит в танце любви с василиском. Срываются с ее оперения огненные ручьи, извиваясь, текут по пескам к колодцу.

Разрывают белоснежные крылья единорога ночную мглу. Присоединяется он к танцу магических существ Мира Эйхарон. Радуясь вместе с ними, сбрасывает с оперения свою магическую силу. Устремляются световые разряды к источнику василиска. Вливаются магической силой в его радужные переливы, наполняя до краев источник силы Хранителя пустынных владений.

Покружив еще некоторое время в танце, так и не дождавшись еще двух своих собратьев, Хранители источников разлетелись в разные стороны.

Проводив их счастливым взглядом, заскользил василиск по песку к своему жилищу. Нырнув в него, в неверии зачерпнул лапой магическую силу. Выпустив ее бережно, подплыл к верхнему кольцу колодца, положив на него голову, закрыл глаза. Прислушался Хранитель к жизни в его песчаных владениях. Но в ту же минуту хмурится его взгляд.

И взлетает один из сильнейших и могущественных Хранителей магических источников Мира Эйхарон. Летит полюбоваться на тех, кто пробудил его своей волшебной магией, на тех, в ком горит огонь любви, на тех, кто ценой собственной жизни дал ему жизнь!..

Стоя у окна, Вириди поглядывала на ночную красавицу. По ее восхождению к ночному небу можно было определить какую часть инициации проходят ведьмочки. Но почему-то тревожность за их малышку только усиливалась.

Подойдя к жене, Аронд обхватил руками ее талию, прижав к себе, шепнул:

— Что волнует мою красавицу?

Вириди резко повернулась, с мольбой в глазах посмотрела на мужа.

— Страшно мне. И на душе неспокойно.

Как не успокаивал себя ведьмак, но тревогу жены разделял.

— Сейчас задействую артефакт, и мы перенесемся поближе к их замку. Полюбуемся ночной красотой и вернемся.

Аронд мысленно представил один из барханов, расположенных перед замком зятя и задействовал артефакт. Их тела мгновенно подхватила портальная магия, и они почему-то вывались из него на песок.

Бархан, облюбованный ведьмаком, отсутствовал. Вокруг творилось невообразимое. Их едва не зацепило несшейся по пескам, бурлящей магической волной фиолетового цвета.

Обхватив жену руками, Аронд вовремя успел уклониться от движущейся силы.

Поднявшись на ноги, они проследили за извилистым хвостом реки, сотканной из магии и сметающей все на своем пути.

— Что происходит?! — крикнула Вириди, с ужасом смотря на неизвестное магическое действо.

— Не знаю, — и ведьмак действительно пока не понимал, свидетелями чего они стали.

И только увидев, откуда сорвался очередной горный магический поток. Они в страхе замерли. Вновь проследили за нитью извилистого хвоста фиолетовой магии.

— Доченька! — отмерев, крикнула Вириди, бросилась к замку.

Ее обхватили сильные руки мужа. Повалив жену на песок, ведьмак навалился на нее всем телом, пытаясь успокоить ее от безумного поступка. Вскоре его любимая ведьмочка устала бороться в крепком захвате мужских рук, обмякла, закрыв лицо руками, безудержно завыла.

Сев на песок, Аронд прижал ее к себе, с болью в глазах смотря за очередным маленьким магическим ручейком, бегущим по песчаной глади.

Почувствовав волну жара, Вириди отпрянула от широкой груди мужа, с ужасом в глазах наблюдала за цунами, сотканным из радужного перелива магических стихий.

— Моя девочка, — прошептали материнские губы.

Выхватив взглядом зеленоватый отсвет ведьминой силы в удаляющемся потоке, Вириди обмякла в руках мужа.

Положив на песок любимую ведьмочку, Аронд, встав на колени, вытащил из ножен клинок, провел лезвием по ладони, окропил кровью пустынные залежи. Воткнув клинок в песок, пропитанный его кровью, хрипя, проговорил:

— Боги Мира Эйхарон! Услышьте мольбу отца, терявшего не раз свое дитя. Прошу Вас, смилуйтесь над судьбой нашей дочери.

Отозвались две Богини на его призыв. Проявились перед рыдающим ведьмаком. Соскользнули с их бледных щек слезы, осыпались в пески россыпью лазурных крохотных бриллиантов.

— Мы не можем помочь малышке. У твоей дочери нет нити судьбы. Мы не в силах изменить того, чего нет, — вымолвила черноволосая красавица. Ее тело пошло рябью и вскоре растворилось среди ночной темноты.

— Прости. Но даже Боги порой бывают бессильны, — с грустью в голосе вымолвила Ирида и последовала за сестрой.