Чтение онлайн

– Так вы нам раскроете её? – Послышался насмешливый голос.

– Нет, но…

– Жаль, а то мы уже понадеялись… - Не унимался всё тот же голос.

Красавица нахмурилась, и обратилась к голосу в зале:

– Лидия Семёновна, я ведь не перебивала вас во время вашего высоконаучного доклада, пятнадцать минут назад…

– Да действительно, Лидия Семёновна. – Вдруг, поддержала выступающую Волкова, со своего места. – Проявите уважение к аудитории, и воздержитесь от дурацких реплик с места.

Все головы немедленно повернулись в её сторону, включая Марию, но она не обратила на это никакого внимания. Выдержала паузу и попросила ведущую:

– Продолжайте пожалуйста.

– Спасибо. – Стрельнула та глазами вначале на Волкову, потом посмотрела на, невидимую Лидию Семёновну и убедившись, что ей не мешают, продолжила.
– Как известно из официального описания дуэли, Лермонтов и Мартынов стрелялись на ровной площадке, с расстояния в тридцать шагов, что приблизительно равнялось 15-18-ти метрам. При этом Лермонтов стоял на месте, а Мартынов сделал свои десять шагов до барьера, сократив, таким образом, расстояние до двадцати шагов или до 12-ти метров соответственно. После чего выстрелил и убил поэта. Вопрос – каким должен быть характер ранения?
– Она оглядела зал, акцентируя паузой важный момент речи, и продолжила.
– Пуля должна была войти в грудь, если поэт стоял прямо, или в правый бок на уровне «груди», если повернулся и прикрылся пистолетом. С учётом того что Мартынов был выше Лермонтова, канал ранения должен был быть направлен сверху вниз. А что написано в медицинском освидетельствовании? Что пуля вошла в правый бок поэта ниже последнего ребра, а вышла из тела между пятым и шестым у левого плеча. То есть пуля прошла по диагонали снизу вверх. Как это возможно?

– Наталья Николаевна. – Обратилась к ней Локтионова. – Извините, что прерываю вас, но это вопрос серьёзных научных исследований, и он не сможет быть решён сейчас, в такой вот полемике. Тем более, что времени уже мало, а хотелось бы услышать ваш доклад о параллелях романа «Герой нашего времени» и реальных событий жизни Лермонтова.

– Да, да конечно. Извините, за отвлечение. Итак, тема моего доклада…

Через тридцать минут на фуршете.

Двадцать минут, отведённых на доклад Купцовой, пролетели быстро. Светлана, неожиданно для себя, слушала с большим вниманием и даже интересом. Жаль только, что на вопросы, времени не осталось. Организаторы быстренько объявили об окончании чтений, и что, если у кого-то остались вопросы к докладчикам, то их можно задать, во время фуршета, организованного в соседней комнате. Не успели они подняться, как Марию подхватили какие-то тётки и утащили в неизвестном направлении по каким-то организационным делам. Она только и успела, что извиниться, да сказать – «Я быстро». А что быстро? Что быстро вернётся? И что? Нужно подождать её?
– Светлана, в замешательстве, переместилась вместе со всеми в комнату для фуршета, с одного подноса взяла бутербродик, с другого сок, и со всем этим примостилась у какого-то столика. Сделав пару глотков, стала оглядываться, в надежде увидеть Марию, не очень, правда, понимая, что будет делать дальше, когда увидит её.
– Ну, хорошо, увижу её и что? Крикнуть – «Я здесь, идите сюда?» С чего вдруг? Мы что подруги? Мда – Она покрутила эту сцену в голове. – А с другой стороны, почему нет? Это ведь она подсела ко мне, а не я к ней, и…».

– Спасибо, что поддержали меня. – Кто-то подошёл к ней и поставил рядом с её соком, свой фужер с шампанским. – Светлана посмотрела кто это и узнала последнюю, выступающую красавицу Купцову.

– Да не за что.

– Можно я пристроюсь рядом?

– Да конечно. – Подвинулась Светлана, освобождая немного пространства.

– Как вам чтения?

– Честно?

Купцова чуть отодвинулась, чтобы посмотреть на Светлану, в тоне которой послышались ироничные нотки.

– Совсем говно?

– Кроме вашего доклада, да - полная ахинея. Я даже не понимаю, зачем всё это? Докладчики скучно бубнят никому не нужные слова, слушатели естественно спят. Возникает вопрос - для кого эти чтения?

– Но вы сами, однако, как-то попали сюда, и даже, досидели до конца. – Тоже с иронией возразила Купцова.

– Я по делу пришла, и если бы не ваше выступление, то считала бы, что время потрачено зря. – Увидев, что красавица, собралась что-то ответить, Светлана остановила её, и переключила разговор на интересную ей тему. – Расскажите мне лучше, свою версию дуэли Лермонтова, и объясните почему факт странного ранения не принимается во внимание специалистами?

– Почему не принимается? Принимается. Сам Паустовский ещё в далёком 1952 году, в своей повести "Разливы рек", писал о втором выстреле.

– Вот как… И что? Что это значит?

– Что это была не дуэль, а спланированное убийство.

– Организованное кем? – Спросила Светлана и тут же, ответила сама.
– Варианта два: либо убийство было спланировано Мартыновым, либо поэта убили по команде царя. Но версию о том, что царь имеет к этому отношение, вы сами отмели в начале своего выступления.

– Да, версия о том, что всё было инсценировано и подготовлено властями, включая стрелка в кустах, мне не нравится.

– Почему?

– Потому, что у царя была масса других вариантов, ухайдакать неугодного подданного. Да и слава Лермонтова при жизни, а следовательно и его влияние на умы, которых якобы так боялся Николай Первый, была явно преувеличена. Пушкиным Лермонтов, всё-таки, не был, а вот Николай Первый был, и дворянином, и человеком чести. И опуститься до организации убийства какого-то поручика не мог ни как.

– Тогда, кто же организовал второго стрелка, Мартынов?

– Прежде чем думать о втором выстреле, хорошо бы найти место дуэли. Там, где стоит памятник, дуэли точно не было. Это первое. Второе, хотя это скорее первое, а не второе - хорошо бы понять причину дуэли. Официальная версия, о том, что причиной стала безобидная шутка про горца с большим кинжалом, это чушь. И это понимают все исследователи, поэтому и притягивают за уши какие-то старые обиды.

– Тогда что же произошло? – Светлана почувствовала, что то, что она сейчас слышит, важно для её расследования.

– Это очень хороший вопрос и ответ на него такой - всё что угодно, но только не дуэль.

– Как же это выяснить теперь, спустя столько лет?

– Как, как? Работать в архивах. – Купцова допила шампанское, и оглянулась на столик с фуршетом. – Пойду, возьму ещё. Вам прихватить?

– Нет, я сок.

Как, только Светлана осталась одна, она тут же вспомнила про Марию, и огляделась. Увидела. Мария стояла в другом конце комнаты с каким-то молодым человеком, и о чем-то оживлённо разговаривала с ним.

«От, блять. – Вырвалось у Светланы. – Ну, что за фигня? Стоит выпустить девушку из вида, как рядом тут же начинают виться всякая сволочь. – Она прислушалась к своим ощущениям и поняла, что ей крайне неприятно видеть Марию в чьей-то компании.
– И что теперь? Зачем ты сюда припёрлась, спрашивается? Думала что? Что она будет стоять, такая вся одинокая, а ты тут как тут, подвернёшься спасать от одиночества?

В этот момент, словно почувствовав что-то, Мария повернула голову, и их взгляды встретились.

Несколько секунд, они смотрели друг на друга, и это было не просто так. Что-то между ними уже произошло, и они обе почувствовали это.

– Так на чём мы остановились? – Купцова вернулась с шампанским и печенюшками на тарелочке.

Светлана вздрогнула, и прежде чем отвести взгляд от Марии, заметила, как та поморщилась от чего-то, и с досадой отвернулась к своему кавалеру.

– Что? – Вяло переспросила она Купцову, не ожидая, впрочем, никакого ответа. Она больше прислушивалась к себе, и к нервным ударам своего сердца. К тому же, у неё появилось неприятное чувство, что она что-то упускает, что-то важное для себя. И она снова посмотрела в сторону Марии, но та уже уходила со своим собеседником, который уверенно взял её под руку.