Чтение онлайн

В 1942 году самолет, на котором он летел в район боевых действий, пропал, скорее всего, был сбит над вражеской территорией. А в день получения известия об исчезновении самолета на московский адрес Петрова поступило письмо от Мерилла Уэйзли. Уэйзли восхищался мужеством советских людей и выражал беспокойство за жизнь самого Евгения. В частности, он писал: "Я испугался, когда ты стал купаться в озере. Вода была очень холодной. Но ты сказал, что тебе суждено разбиться в самолете, а не утонуть. Прошу тебя, будь аккуратнее - летай по возможности меньше".

– Интересно конечно, только вот вопрос - это правда или выдумка? – скептически прокомментировала Светлана, после некоторой паузы, во время которой сделала несколько глотков ароматного чая, - Я, если честно, не верю в эти писательские байки. Слушать интересно, но не более того. А вот в нашем с вами случае, три смерти в течении двух дней, это никакие не шутки.

– Так в чём же дело? Почему ничего не случилось? Ведь завтра вы отдадите рисунок в музей, и вытащить его оттуда будет гораздо сложнее.

– Во время выставки, да, сложнее, если не сказать невозможно. Значит он им не к спеху. Дождутся окончания выставки, и, когда всё уляжется, попробуют до него добраться. А нас, получается, они раскусили, понимают, что я настороже, вот и не полезли.

– Надеюсь, сегодня тоже у меня ночуете?

– Да, конечно.

– А что в этом длинном чехле, если не секрет? – Кивнула она головой на чехол рядом со спортивной сумкой.

– Не секрет, там карабин Маузер М 12, моё любимое оружие.

– Я так и поняла. На пресс-конференцию завтра его, надеюсь, не станете брать?

– Нет, не стану.

– Хорошо. Чайку подлить ещё?

– Да, пожалуйста.

Следующий день пресс-конференция.

Светлана подъехала к музею, за час до начала регистрации, и тут же попала в цепкие руки заведующей.

– Отлично, отлично, спасибо что вовремя, а то мы уже хотели звонить. У нас всё готово, сегодня утром из типографии привезли часть тиража, так что совсем всё хорошо…

– А что, могли не привезти?

– Конечно могли, вчера вечером я с ними страшно ругалась и, честно говоря, думала, что всё – останемся без каталога. А теперь…, - договорить она не успела, потому что к ней подбежала какая-то помощница и начала жаловаться на то, что вино к фуршету, привезли не то что заказывали, и они вместе поспешили к каким-то людям таскающим ящики, а через некоторое время оттуда послышался раздражённый голос: – «Как я буду документы закрывать? У меня по документам каберне, а вы мне что….»

– Ну как, готовы? – раздался рядом знакомый голос, - рисунок не забыли?

– Нет, не забыла. – Светлана с удовольствием повернулась к Марии.

– Пойдёмте я покажу, где он будет висеть.

– Пойдёмте, а заодно расскажите, как тут обстоят дела с охраной.

– Нет, с охраной это не ко мне… - И они пошли в глубь музея.

Девушка показала свободное место на стене, и даже предложила примерить, как он будет висеть. Они вместе достали рисунок, и вместе повесили его, на приготовленный крючок.

– Как влитой вписался, и по размеру, и по композиции.

– Точно.

Полюбовавшись немного, они снова вместе, сняли его и аккуратно убрали, в специальный планшет, с которым пришла Cветлана. Причём пальцы их, во время работы, то и дело касались друг друга.

«Не отдёргивает же, видишь? Значит, не хочет отдёргивать. Давай приглашай её куда-нибудь, - завёл свою шарманку, внутренний голос, - Или опять не видишь, что она готова к такому предложению?

– Заткнись, заткнись, - в сотый раз одёрнула она его, - всё я вижу, но приглашать её никуда не буду

– Ну и дура».

– Пойдёмте, я покажу, где будет проходить пресс-конференция и где вы будете сидеть. – Мария взяла её под руку и повела в нужном направлении.

«Ты поняла? Поняла?
– опять ожил внутренний голос, Светланы - Это уже не намёк, а предложение, написанное крупными буквами. Давай, не упускай хороший момент. Ну, чего ждёшь? Вот прямо сейчас. Ну? Чувствуешь, как нежно она тебя направляет? А представь, как этими же пальчиками проведёт по твоей коже…».

Светлана резко остановилась и несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула.

– Что с вами? – обернулась на неё Мария.

– Ничего, всё в порядке. Волнуюсь, наверное. Как начнут спрашивать что-нибудь по искусству, а я ни бе, ни ме.

– Не переживайте, если вдруг не знаете что ответить – смело говорите такую фразу: - «Хороший вопрос, и будет лучше, если на него ответят специалисты», и всё. Мы тут же подключимся.

– Хорошо, - Светлана отдышалась и взяла себя в руки «Фууу, вроде не заметила» - и они продолжили путь.

В комнате для пресс-конференций, к ним снова подбежала заведующая и принялась объяснять, кто за кем выступает, что говорит, и когда ей надо будет передавать рисунок.

– Вы подниметесь, выйдите из-за стола вот сюда, - она указала место, - Я подойду к вам и вы передадите рисунок мне. Ясно? – Светлана кивнула, - Немного постоим вместе, дадим возможность поработать фотографам. Потом, возвращаемся на места и подписываем договор. Не сложно?

– Вроде не сложно.

– Хорошо, но после этого пресса возьмётся за вас в серьёз. Всё подробности: откуда взялся рисунок, почему его не показывали раньше, сколько он стоит, что с ним будут делать после выставки – все эти подробности будут выяснять именно у вас. Готовы к этому?

– Нет. Какие тут могут быть подробности? Может лучше, закончить пресс-конференцию сразу после передачи рисунка?

– Нет, так нельзя, надо дать прессе материал для статей. Они же за сенсациями приходят. Тем более, она у нас есть. Так что придётся вам поработать звездой.

– Ох…

– Валентина Брониславовна, - подбежала к заведующей тётушка по маркетингу, - приехал канал Культура, и сам Флярковский с ними.

– Отлично, - Слепцова обернулась к Светлане, - Видите? Сам Флярковский пожаловал, просто отлично.
– и поспешила к съёмочной группе.