Чтение онлайн

– Мария, у вас сейчас тысяча вопросов, – сказал он, подняв на меня взгляд блеклых голубых глаз. – Я понимаю и обязательно расскажу вам все, но перед этим попрошу ответить на несколько моих. Это ради безопасности – вашей и нашей, не более. Должен предупредить, что, по информации, которой мы располагаем, вы, вероятно, перед тем как оказаться здесь, пережили большие потрясения, которые могли исказить ваше восприятие реальности. Это защитная реакция сознания, здесь нет ничего особенного, но ваш мозг знает правду и обязательно выдаст ее. С помощью этого устройства, – Джон Килси слегка хлопнул рукой по сенсорной панели на столе, – мы сможем проанализировать ваш эмоциональный фон и ассоциативный ряд. Так мы с точностью восстановим события последних дней, которые привели вас сюда. Все, что от вас требуется, – это честно и максимально подробно отвечать на мои вопросы. Это понятно?

От размеренного механического голоса доктора мне было не по себе.

– Так не пойдет. Я хочу знать, что происходит.

– Именно ради этого вы и здесь, – кивнул Килси. – Нам потребуется не более получаса. Обещаю, после этого вы получите ответы на все вопросы. Поверьте мне, Мария, – спешно добавил доктор, когда я бросила отчаянный взгляд в сторону Алика Хейзера, – вам нечего бояться. Теперь уже нечего.

Я сглотнула:

– Я могу отказаться?

– К сожалению, это невозможно, но я могу вам гарантировать, что все пройдет быстро и безболезненно, – спокойно ответил Джон, однако его голос отдавал холодом. Кажется, он из последних сил сдерживал раздражение. – Пожалуйста, положите руку на сенсор.

Я еще раз оглянулась на Алика Хейзера, надеясь вновь найти в его лице поддержку, но он неподвижно стоял у стеклянной стены, не спуская с меня тяжелого, напряженного взгляда. Когда я опустила руку на сенсор, датчики тут же обхватили пальцы, и в следующий момент, еще до того, как я успела опомниться, доктор Килси присоединил два других к моей голове. Я почувствовала себя животным, загнанным в клетку.

– Начнем? – риторически спросил Килси, как будто у меня был выбор. – Ваше полное имя.

– Вам же оно известно…

– Буду благодарен, если вы назовете его сами, – спокойно отозвался Джон.

– Мария Эйлер.

– Сколько вам полных лет?

– К чему эти вопросы? – пробормотала я. – Вы, очевидно, и так все обо мне знаете. У вас должна быть база данных.

– Само собой, она у нас есть. Но, чтобы поднять все архивы и проверить информацию о вас, потребуется время, в котором сейчас мы крайне ограничены. Будет проще, если вы честно ответите на несколько моих вопросов. Прямо сейчас. Так сколько вам полных лет?

– Двадцать один год, – сдалась я.

– Какой сейчас год?

– Четыре тысячи восемьсот шестьдесят шестой.

«Четыре тысячи восемьсот шестьдесят шестой от начала галактической эры и семь тысяч девяносто первый по земному летоисчислению» – мысленно уточнила я, как всегда требовал Рейнир. Он жил наперекор всему миру, даже отсчет времени вел по старинному календарю, а не по ЕГС – единой галактической системе. Я горько усмехнулась при мысли о том, что, даже полностью забыв последние часы жизни, помнила Рейнира так, как будто видела его вчера. А еще я откуда-то знала, что…

«…правда отбрасывает длинные тени».

Дрожь в пальцах усилилась, когда я сморщилась от резкой головной боли. Однако доктор Килси этого, казалось, даже не заметил. Он задавал вопросы коротко и бесстрастно. Расспрашивая о последнем дне, который я запомнила, о том, кто был тогда со мной рядом, он смотрел лишь на повернутый к нему экран устройства и будто намеренно избегал моего взгляда. «Значит, вы были на Мельнисе? – уточнял мужчина, нервно постукивая пальцами по столу. – Третьей планете системы Каас. Вы там выросли?» Я отвечала, что нет. «Кто был рядом с вами, когда вы потеряли сознание?» – спрашивал Джон. Я не помнила, чтобы вообще теряла сознание. «А люди? – не унимался доктор. – С кем вы были в тот день?» Задыхаясь от нарастающей паники, я в третий раз повторила, что не помню. Скорее всего, ни с кем. Всех, кто был мне дорог, я лишилась уже очень давно. В том числе и Рейнира.

Алик Хейзер по-прежнему стоял в проеме, скрестив руки на груди и напряженно вглядываясь в сенсорный экран доктора. Он волновался. Нервно облизывая высохшие губы и переступая с ноги на ногу, юноша то и дело оглядывался назад, в сторону выхода в другом конце медицинского центра, явно кого-то ожидая. Кажется, перед тем как механические двери разъехались в стороны, впуская внутрь двух человек, прошло не менее пятнадцати минут. И, словно по щелчку, все присутствующие, что до этого наблюдали за моим допросом в полной тишине, мгновенно оживились. Я заметила, как Алик с облегчением перевел дух, и лишь на лице доктора Килси по-прежнему не промелькнуло ни единой эмоции.

Толпа расступилась, освобождая проход. Оба гостя спешно направились к моей камере. Их лица мне удалось разглядеть, лишь когда они приблизились. Один из них был выше другого почти на две головы и моложе. Темные короткие волосы вились и то и дело падали на лоб юноши беспорядочными прядями, пока он, не обращая внимания на шум вокруг, быстро двигался вперед и, чуть склонившись, что-то тихо говорил соседу. Он выпрямился и оглянулся, лишь когда они оба приблизились к моему боксу. Наши взгляды пересеклись всего на несколько мгновений, и в ту же секунду в голове всплыли отрывки давних воспоминаний. Кажется, мы с незнакомцем были примерно одного возраста, а еще я никак не могла избавиться от мысли, что уже где-то видела его раньше.

– Вы ничего не пропустили, – коротко сообщил Алик, когда прибывшие поравнялись с ним. – Мы только начали.

Молодой человек слегка кивнул и вновь посмотрел на меня. Его спутник, которого я не смогла разглядеть до этого, сделал то же самое. Не в силах скрыть удивление, я пристально уставилась на него. Мы никогда не встречались лично, но тысячи раз его лицо я видела на экранах и голограммах в разных концах галактики. Передо мной и вправду, из плоти и крови, стоял единственный человек из лиделиума, кого можно было видеть так же часто, как императрицу. Террорист, убийца императора и по совместительству лидер восстания – герцог Нейк Брей. Он казался ниже, грубее и старше, чем я его себе представляла, но это не мог быть кто-то другой. Сейчас я была почти уверена. Кажется, Джон Килси, кем бы он ни был, не врал о моем местонахождении.

Заметив пристальное внимание с моей стороны, Нейк Брей поморщился и, устало осмотрев зал, что-то быстро и тихо сказал молодому спутнику.

– Мария, – голос доктора Килси вернул меня к реальности, – ваша каста?

Присутствие Нейка Брея и его спутника оживили зал так, словно с минуты на минуту должно было начаться настоящее представление. Народу за стеклом становилось все больше. Мгновенно мне стало душно, нервная дрожь усилилась. Я судорожно попыталась сопоставить в голове факты и понять, что здесь может делать Нейк Брей, а что еще важнее, что здесь делаю я. Взгляд переходил от одного человека к следующему, от одних глаз к другим. Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать – я отчаянно пыталась посчитать присутствующих, но снова и снова сбивалась.

– Мария, вы слышите меня? – повторил Килси.

Я сама не осознала, как, сорвав датчики с пальцев и головы, вскочила на ноги и попятилась в сторону задней стены. Если кто-либо из присутствующих вздумает применить силу, мне нужно место для маневренности удара. Пульс бешено колотил по вискам. Интуиция подсказывала, что произошло что-то страшное. Сначала меня почти замертво приволокли сюда, чтобы вытащить информацию из поврежденного сознания, теперь допрос на глазах у самого Нейка Брея. Пытаясь скрыть дрожь в теле, я сомкнула руки в кольцо и в панике посмотрела на ошарашенного моей выходкой Килси.