Лик пустыни
Шрифт:
Пустыня Гоби.Огромны пространства Гоби. Лежит она на высоте 1 - 2 километров, а то и выше. Летом на солнце бывает достаточно жарко, но зайдет солнце, и температура падает до 0°. А зимой морозы здесь по 30 - 40°, но редко выпадает снег и земля стоит голая, покрытая высохшими травами. Местами имеются массивы песков, обычно сравнительно низких и поросших травами и кустарниками. Пространства равнин чередуются с горами, поднимающимися над ними то на несколько сот метров, то на 1 - 2 километра. В горах выпадает больше дождей, и здесь кочевники выпасают стада овец, коз, двугорбых верблюдов, а севернее и лошадей. А на зиму население спускается на равнины и в котловины. В стужу и холод стада ходят под открытом небом, а люди живут в войлочных юртах, легко укладываемых в верблюжий вьюк. Гоби, что значит степь, - зовут монголы эти сухие пространства, северные части которых принадлежат зоне степей, а южные - зоне пустынь.
Немало богатств таят в себе недра гор в пустынях Внутренней Монголии, лежащей южнее Монгольской народной республики. Русские путешественники описывали находящиеся здесь месторождения различных руд и богатые залежи углей. Сотни богатейших рудников появились за годы советской власти в нашей западной части Тянь-Шаня. Еще длиннее цепи Тянь-Шаня в Китае. Но почти нет в них рудников. Только кое-где в нем да в лежащем южнее хребте Нань-Шань можно встретить, одиночек или небольшие артели китайцев-старателей, добывающих золото. Но в целом эти нагорья Внутренней Азии еще очень мало освоены человеком. Сотни и сотни километров можно проехать, не встретив ни человека, ни тропы. Табуны диких лошадей Пржевальского и куланов, стада диких верблюдов и антилоп дзеренов - единственные обитатели безлюдной пустыни. А в соседних северных районах той же Гоби, в пределах Монгольской народной республики, сухие степи Гоби являются сплошными пастбищами, где выпасаются громадные стада овец, коз и лошадей. Во всем мире нет другого государства, где бы на каждого жителя приходилось столько скота, как в Монгольской народной республике. Нет сомнения в том, что и пустыни южной Гоби могут быть использованы намного более продуктивно.
Пустыня Ала-Шань.Южнее Гоби, между южной границей Монгольской народной республики и хребтами Нань-Шаня, расположена большая песчаная пустыня Ала-Шань, прорезанная с юга на север рекой Эдзин-Гол. Ее меньшая часть, лежащая на запад от реки, покрыта травами, но три четверти ее пространства, расположенные на восток от реки, представляют собой преимущественно голые пески, похожие на гигантские барханные скопления Такла-Макана. Наши русские путешественники не раз пересекали эту пустыню. В конце прошлого века их караваны всегда находили здесь и пресную воду и достаточно корма для лошадей и верблюдов. Но недостаточно использовались эти пастбища потому, что монголы-кочевники старались держаться как можно дальше от китайских сборщиков дани, сновавших по тропам даже таких отдаленных пустынь, как Ала-Шань.
Ордос.Великая китайская река Хуан-Хэ, или Желтая, ограничивает Ала-Шань с востока. Река эта, выйдя из гор Нань-Шаня, проходит сотни километров на север, заворачивает на восток, а затем круто поворачивает снова в меридиональном направлении, на юг, образуя "Великую излучину". Ордос - зовут китайцы это пространство, представляющее собой плато, с трех сторон омываемое Желтой рекой, но сухое и пустынное, почти лишенное речной воды. Песками сложены большая северная и западная части этой пустыни и плодородным лёссом - ее меньшая восточная часть, несколько более влажная и по климату соответствующая сухим степям. Кое-где на окраинах Ордоса, в долинках плато, где имеются родники и маленькие ручьи, встречаются небольшие китайские селения. Основные же пространства плато используются кочевниками-монголами, но опять-таки их значительно меньше, чем могло бы быть, принимая в расчет продуктивность пастбищ этой страны.
Ордосом оканчивается пояс внетропических пустынь Азии. Дыхание теплого и влажного воздуха Тихого океана заходит сюда летом, когда дуют муссоны с моря; дальше на восток идет Китайская низменность - с мягким климатом, обеспечивающим потребности интенсивного земледелия.
Новая жизнь древней страны.Двадцать с лишним лет тянулась изнурительная гражданская война в Китае и японская оккупация многих его провинций. Но не слаще жилось народам Китая и до того. Постоянные междоусобицы, раздоры и непосильные налоги были вечным уделом Китая, особенно тяжело сказывавшимся в отдаленных его провинциях.
2 октября 1949 года китайский народ под руководством своей коммунистической партии сбросил власть иноземцев и предателей, сбросил с себя тяжелый полог средневекового феодализма, душивший в стране все живое, и начал строить новую жизнь. Статья 41-я конституции молодой Народной республики Китая гласит: "Культура и просвещение... должны носить новый, демократический характер, то есть они должны являться национальными по форме, научными по содержанию и народными по своему характеру". Другая статья предусматривает всемерное развитие природных ресурсов.
Через 4 месяца, 14 февраля 1950 года, впервые в истории Китая был заключен равноправный и подлинно дружественный договор с великим Советским Союзом. Этот договор о дружбе, союзе и взаимной помощи лег прочным фундаментом в основу тех преобразований, которые охватили всю страну.
После издания у нас постановления от 20 октября 1948 года о плане полезащитных лесонасаждений, один старый румынский крестьянин сказал, что свежий ветер, дующий из Советского Союза, занесет семена сталинских лесов и в молодую Румынскую республику. Мы знаем, что не прошло и года, как не только в Румынии, но и в Болгарии и в Венгрии, действительно, появились молодые всходы полезащитных лесных насаждений. И не прошло и пяти месяцев со дня рождения нового Китая, как его Центральное народное правительство начало осуществлять принятый им грандиозный план преобразования природы, направленный прежде всего на использование водных ресурсов для орошения полей и предотвращение тех постоянных наводнений при разливах Янцзы, Хуан-Хэ, Хуай-Хэ и других рек, которые являются громадным бедствием для земледельцев.
Уже с весны 1950 года согласно плану преобразования природы началось грандиозное строительство новых каналов, восстановление и реконструкция огораживающих реки дамб, осушение и землечерпательные работы. В одной лишь Маньчжурии будет сооружено 3 тысячи километров каналов!
Семена сталинских лесных насаждений залетели не только в Румынию. В провинциях Хэбэй, Шаньси, Чахар и Суйюань в 1950 году посажено 130 миллионов деревьев! Лесонасаждения в районе песков и вдоль берегов рек на 60 процентов выполнены были уже весной этого года!
Естественно, что в основном эти работы разворачиваются в Восточном Китае, где живет главная масса земледельческого и промышленного населения. Но преобразования уже начинают касаться и пустынь.
Еще в 1905 году академик В. А. Обручев, исследуя пустыни Восточной Азии, обнаружил в северо-западной части Синьцзяна, в так называемой пограничной Джунгарии, разнообразные полезные ископаемые,
"Пограничная Джунгария оказалась,- писал он,- довольно богатой полезными ископаемыми. Мы констатировали известные ранее месторождения золота, ископаемого угля и асфальта, обнаружили выходы нефти и жилы асфальта другого типа, признаки меди и железных руд. Весьма вероятно, что имеются месторождения и других металлов". Маститому исследователю пришлось ждать долгих 45 лет, чтобы на 87-м году своей жизни дожить до радостных минут претворения в жизнь этих открытий, сделанных в соседней с нами стране, но ставшей нам близкой лишь теперь.
Веками пустыни Центральной Азии были отрезаны от всего мира, а западный и восточный Китай оставались разобщенными. Учреждение равноправного Советско-Китайского акционерного общества гражданской авиации не только свяжет разобщенные провинции Китая, но и явится мощным стимулом к дальнейшему освоению пустынь Китая.
Тысячелетиями поили реки Центральной Азии участки полей среди пустынь, но сколько воды пропадало без пользы! Нет сомнений, что все эти реки и в первую очередь реки Таримской впадины будут преобразованы и дадут воду миллионам гектаров новых полей и новых плантаций, обогатят природу древних пустынь.
Китай стал на путь преобразований, и нет теперь такой силы, которая могла бы остановить его великое движение вперед!
Заглянем в будущее
Какое будущее готовим мы, советские люди, нашим пустыням? Превратим ли мы все пустыни в сплошные сады и поля? В какой мере мы изменим их жаркий и сухой климат на более влажный и умеренный?
Мы твердо знаем, что громадные пространства пустынь будут нами превращены в цветущие оазисы, но орошены будут лишь лучшие земли, а не пески и плато. Климат же пустынь во многих отношениях для нас ценен.