Чтение онлайн

– Я вижу вы уже поладили - он разлил коньяк по стопкам- ну что, выпьем за знакомство и начало нашего предприятия - разрезал большое сочное яблоко на три части и подал каждому.

– Советую закусить этой антоновкой, лучше ничего не придумаешь - добавил он.

Они чокнулись. Выпили залпом, как водку. Коньяк был хороший. По настоящему хороший. Валерий был не специалист в коньяках, однако со вкусом у него было все в порядке. Антоновка тоже была выше всяких похвал, и закусили они ей с удовольствием.

– Я понимаю Валерий Александрович, на какой риск вы идете. Полет в космос, и тот много безопасней, но о космонавтах все знают и их уважают. Вам же все придется держать в тайне, поэтому никакого адекватного морального вознаграждения мы вам дать не можем. Знаю, вы в курсе моей роли в этом проекте, поэтому без намеков скажу прямо-когда вернетесь, постараюсь сделать все, чтобы вашу главную роль в этом эксперименте оценили на государственном уровне.

Валерий пожал плечами.

– Я без претензий, договора мне вполне достаточно. И если честно, не люблю, когда в подобные дела вмешивается политика.

– Куда теперь без этого - возразил Годунов - мы часть мира. Хотим мы или нет, но мы живем с людьми этого мира, а они с нами и влияем друг на друга. Страны тоже как люди. Живут, болеют, общаются с другими странами, пытаются чего-то от них добиться, выиграть, выгадать и мы не последняя страна в этой игре. Правительства же представляют объединенную волю своих народов, и ведут эту игру от их имени. Поверьте Валерий Александрович, на планете людей, отношения между людьми самая главная вещь. А это и есть политика. Хотя насчет самой главной вещи, есть и другие мнения. Евгений Андреевич, например, считает, что абсолютное знание важнее, а все остальное возня муравьев в муравейнике - он улыбнулся Лютаеву.

Тот рассмеялся.

– Что вы вообще думаете о ситуации в мире?
– он снова обратился к Валерию.

Международная политика, была единственным видом политики, который Буховцева интересовал.

– Думаю, что не все так плохо как некоторые говорят - у нас много союзников, настоящих союзников, тех которые строят вместе с нами мир, чтобы в этом мире жить, а не тех, кто готов встать на любую сторону за деньги. Американцы хотят поссорить нас с китайцами, но я не думаю, что из этого что то выйдет. А так, нам нечего бояться.

Годунов выслушал его, кивнул головой.

– Верно. Из этого мало чего выйдет. Сегодня иметь врага на своих границах самое худшее, что может быть. Пятнадцать лет назад они хотели создать проблемы у нас на границе и чтобы поставить их на место мы залезли в латинскую Америку. Они вначале не обращали на это внимания, однако когда мы с китайцами добрались до Мексики, было уже поздно. И сейчас мы имеем, то что имеем. Штатов нет ни в Латинской Америке ни у нас. Они обижены, но это их проблемы. Американцы ведут себя с другими так, что на планете мало желающих утирать им сопли. С Китаем же у нас больших разногласий нет. Мы не против экспансии китайцев на юг, там где живут люди их расы и где их влияние естественно, и это их вполне устраивает. Устраивает и нас. В этом случае мы делим американское наследство. А насчет дружбы с Америкой - Годунов рассмеялся- Китайцы прекрасно знают, что американцы заводят друзей только для того, чтобы потом их иметь. Нет, с китайцами у нас проблем быть не должно. Единственное, где мы можем с ними пересечься - это Африка, но пока, слава богу, обходится.

Он посмотрел на Валерия и рассмеялся.

– А он неплохо разбирается в политике - сказал он Лютаеву.

– Валерий Александрович во многом разбирается - подтвердил тот - но самое главное он видит вещи такими, какие они есть на самом деле. И видит это сразу.

– Очень ценное качество - Годунов стал серьезен - Когда все закончится, мы с вами еще побеседуем, и если вам будет скучно бездельничать до пенсии, я могу предложить интересную работу.

Он снова разлил коньяк

– Ну, еще по одной.

– Может и мы тоже - за спиной Александра Годунова стояла его жена и с ней молодая особа лет девятнадцати, двадцати с небольшим.

Он обернулся.

– Может и вы. Позвольте представить. Моя жена Марина. Моя дочь Татьяна - представил Годунов свою семью.
– Евгения Андреевича вы знаете. Валерий Александрович Буховцев - тоже работает на правительство - представил он Валерия.

Как и кем работает, сказано не было, но Марина и Татьяна были в курсе занятий главы семейства и лишних вопросов не задавали. Они выпили и дальше пошел светский разговор, поначалу немного неуклюжий, поскольку общих тем с этими людьми у Валерия не было. Но у людей всегда есть общие темы. Погода, урожай яблок, природа. Постепенно разговорились, помог коньяк, и Валерий под конец уже устал от расспросов Марины и Татьяны. Татьяна тоже была красавица. Лицом - мама помоложе с поправкой на черты Годунова. Хотя по возрасту они скорее были похожи на двух сестер, чем на мать и дочь. Все - таки лет девятнадцать, решил Валерий. Слишком уж наивно и жизнерадостно выглядела дочь Годунова. Ему было неловко под ее любопытными взглядами, и когда они попрощались, он ушел с облегчением.

Когда приехали в Кленовку, Лютаев зашел к Валерию в дом и жизнерадостно рассмеялся.

– Валерий Александрович, Татьяна Александровна положила на вас глаз. Вот никогда бы не подумал, что наша поездка будет иметь такие последствия.

– С чего вы взяли - опешил Валерий.

– Со стороны виднее, к тому же я не плохо разбираюсь в людях. Заметили, Александр Андреевич тоже был озадачен, он тоже неплохо разбирается в людях.

– Ну и что с того?
– Буховцеву было не до романтических приключений. Об этом он даже и не думал. Про Алену вспоминал редко, а ведь она не только на него глаз положила, хотя конечно внимание дочери самого Годунова было ему приятно.

– То, что у Годунова одна дочь, и он в ней души не чает. Когда вернетесь, вы сможете сделать большую карьеру - назидательно сказал Лютаев.

– Вот именно, когда и если вернусь. И вряд ли дочь Годунова будет меня ждать.

– Не беспокойтесь Валерий Александрович, все будет хорошо. Чем больше вас узнаю, тем больше убеждаюсь в этом. А насчет Татьяны, что будет, то будет. Насчет карьеры, я пошутил. Я знаю, вам на это наплевать. Скажите лучше, что вы думаете о Годунове сейчас.

– Сейчас?
– переспросил Валерий.
– Сейчас я думаю то же, что думал раньше, только он более хороший семьянин, чем я предполагал, умеет располагать к себе людей и как ни странно, думаю, что он не очень добрый человек.

Мнение о людях у Буховцева возникало сразу, как только он видел человека, когда тот еще не открыл рта. И он почти никогда не ошибался. Характер человека он определял по каким-то движениям, повадкам, похожести что-ли. Он давно заметил, что похожие люди и ведут себя одинаково. Однако Александр Годунов был одним из тех людей, твердое мнение о которых у него не сложилось до сих пор. Лютаев задумался.

– Говорите не очень добрый человек. Может и так. Годунов добр к тем, к кому нужно быть добрым. К детям, старикам, людям оказавшимся в беде. С остальными у него нормальные деловые отношения. Знаете, я теперь понимаю, почему вы так заинтересовали его дочь. Вы в общем-то на него похожи.

Валерий на это ничего не ответил, потому что отвечать было нечего. Они проговорили до вечера, вспоминая и перебирая последние события, два месяца сборов. Лютаев приехал не только ради его встречи с Годуновым, хотя как он объяснил и это важно. Он приехал, чтобы забрать Валерия в Германию.