Чтение онлайн

Небо для китайцев выступало олицетворением высшего божественного начала. Священное Небо распространяло свою благодать на Землю, создавая на ней все живое. Китайцы, находившиеся, как они полагали, под защитой и опекой Неба, называли свою страну Поднебесной империей, Поднебесным государством (Тянься), что имело священный смысл. У Китая было еще одно сакральное наименование — Небесная династия (Тяньчао). Перед официальным названием династии ставилось определение «Великая» (Дай, Да) — Дай Мин чао (Великая династия Мин), Да Цин чао (Великая династия Цин). Кроме того, встречаются и разного рода образные названия — Восточная Заря (Чжэньдань), Девять областей, Государство четырех морей, Страна озер и др.

О Китае в Европе узнали в I веке н.э., когда в Римскую империю оттуда стали привозить шелковые ткани. Их называли «серикум», а самих китайцев «серами», то есть «людьми шелка», «шелковыми людьми». Тогда же страна Серика появилась на европейских географических картах. Из далекой Серики в римские владения пролегли торговые маршруты. После падения Рима наследницей шелковой торговли стала Византия.

В средневековой Европе Китай именовали по-латыни Сина, по-немецки — Хина, по-французски — Шин. Считается, что эти названия происходят от китайской династии и империи Цинь (255–206 годы до н.э.). Английское наименование Чайна со временем стали связывать с китайским словом «ча», то есть чай. Чайна стала восприниматься как «Страна чая».

Слово «Китай» происходит от названия монгольских племен «кидань». В X столетии кидани создали государство Ляо («Железное») на северных землях Китая и к северу от них — от Маньчжурии до Тяньшаня. В русский язык слово «кидани» (китаи) перешло от соседних тюркских народов. Так на Руси Срединное царство стало именоваться «Китаем». Минский Китай, или империю Мин, в Московском государстве называли Никанским царством, а Цинскую империю — Бог-дойской землей.

В XIII столетии Китай, как и Русь, постигла небывалая по масштабам разрушения трагедия — монголо-татарское иго. В 1271 году Хубилай — внук Чингисхана провозгласил себя императором династии Юань, а в 1279 году завершил завоевание Китая. С установлением монгольского господства Поднебесную в Европе стали именовать Страной Великого хана.

Для тогдашних европейцев Срединное государство — Страна Великого хана была особым, ни на что не похожим миром, иной культурой и цивилизацией. Китай подарил человечеству четыре великих изобретения — магнитный компас, порох, бумагу и фарфор. Оттуда на Запад поступали шелк и чай. Уже тогда Срединная империя была самой населенной страной. Здесь велись наиболее массовые и жестокие войны и создавались самые изысканные стихи. Эта страна славилась своей Великой стеной и своим Великим каналом. Ее гигантские размеры и огромное население будоражили умы. Экзотика Срединного царства, его культура и неповторимый облик восхищали европейцев.

В 1515 году в гавани Тамао у берегов южнокитайской провинции Гуандун близ города Гуанчжоу (Кантон) бросил якорь корабль португальского капитана Жоржа Альвареша. Пришельцы повели себя решительно и, не утруждаясь сомнениями относительно принадлежности данной земли, водрузили здесь столб с португальским гербом, что можно было истолковать как претензии на подчинение этих земель португальской короне. Альвареш приплыл сюда из порта Малакка, который незадолго до этого, в 1511 году, был захвачен португальцами, став опорным пунктом для дальнейшего закрепления их позиций на Дальнем Востоке. Очевидно, Альвареш должен был лишь выяснить, какие земли лежат к востоку и северо-востоку от Малакки, и не имел заранее обдуманного намерения идти именно в Китай. Как можно предположить, он не искал контактов с местными властями, поэтому его визит не отмечен в китайских летописях.

Видимо, по таким же причинам не отражено в официальных документах и прибытие годом позже корабля Рафаэля Перестрелло — итальянца на португальской службе. В 1517 году к Тамао подошла целая флотилия: пять португальских кораблей и четыре малаккских судна под командованием Фернао д'Андраде. На этот раз португальцы намеревались вступить в официальные отношения с китайскими властями, что, естественно, было зафиксировано китайскими источниками. Китайцы назвали португальцев «фуланьцзи», что является транскрипцией слова «франки», которое употреблялось для обозначения европейцев задолго до описываемого времени. Однако ясного представления о том, откуда они взялись, у китайцев не было. В летописях отмечается, что португальцы обитают где-то близ Малакки, что они захватили этот город, изгнав местного властителя, и что только после прибытия кораблей д'Андраде о них стало известно в Китае.

Но португальцы не были первыми европейцами, приплывшими к берегам Китая. Связи между дальневосточной, китайской цивилизацией и средиземноморским миром имели к тому моменту более чем полуторатысячелетнюю историю.

Самыми ранними сведениями о появлении в Китае людей из римского мира можно считать сообщение о прибытии к императорскому двору жонглеров из Ликии примерно в 100 году до н.э. Взаимный поиск непосредственных контактов был предпринят на рубеже I–II веков. В 98 году н.э. посланец китайского полководца Бань Чао, пришедшего с войском в Среднюю Азию, направился в государство Дацинь — Римскую империю. Но нарочито сбитый с пути парфянами, заинтересованными в посреднической торговле между Западом и Востоком, он дошел лишь до реки Евфрат. В свою очередь, в трудах античных географов Марина Тирского и Птолемея есть записи о купце-македонянине Месе Тациане, чьи помощники знали сухопутные дороги в Китай и поддерживали связи с китайцами, приходившими в Среднюю Азию приблизительно в 100–105 годах.

В 120 году при китайском дворе вновь появляются музыканты и циркачи-фокусники из страны Дацинь, прибывшие через Индию, Бирму и Юго-Западный Китай. Этот торговый путь также был известен в древности, но функционировал менее интенсивно, чем Шелковый, из-за труднопроходимых горных цепей. Эти люди, скорее всего, были выходцами с Ближнего Востока, являвшегося тогда частью Римской империи. Название «Дацинь» первоначально ассоциировалось в Китае именно с этим регионом, поскольку детального представления о составе и размерах Римской империи здесь еще не было. Эти знания пополнились, когда в 166 году у берегов Китая появился человек, пришедший морем через Вьетнам, имя его не сохранилось. В китайских источниках он именовался первым послом из страны Дацинь. Несомненно, это был римский гражданин, поскольку он назвал своего государя Антонином. Скорее всего, это был купец из восточных римских провинций, принятый в Китае за посла, так как в римских документах нет сведений о снаряжении посольства на Дальний Восток, а «дань», которую он, как полагалось послу, представил китайскому двору, состояла из товаров, закупленных в странах Южных морей, но не привезенных из Рима.

В 226 году, когда Китай был расколот на несколько государств, к властелину юго-восточного царства У прибыл человек из Дацинь, который также был принят как посол, хотя таковым не являлся. Государь У направил с ним в подарок римскому императору 20 карликов. Первая же римская посольская миссия посетила Китай в 284 году. Возглавляли ее некие Гаркалий и Теодор из Византии, а послана она была римским императором Пробой (правил в 276–282 годах). Есть косвенные данные, что после раскола Римской империи на Западную и Восточную (Византию) последняя не раз, хотя и не часто, направляла свои посольства в Китай. Но более точных сведений на этот счет нет ни в византийских, ни в китайских источниках.

В 636 году из византийской Сирии в Китай приезжает монах-несторианец Рубэн (или Раббан), который был благосклонно встречен при императорском дворе. Вскоре в Китае образуется исповедовавшая несторианскую версию христианства община, просуществовавшая здесь до 845 года. В VII–IX веках, во времена империи Тан, значительно расширившей свои западные пределы, связи Китая с Восточным Средиземноморьем — Византией, арабским и христианским Ближним Востоком — становятся более интенсивными. Они развиваются как по Великому шелковому пути, так и по морю — от юго-восточных берегов Китая до Персидского залива и Красного моря. Но поскольку это были в основном частные торговые контакты, они не получили подробного описания в официальных источниках. Есть только записи о посещении Китая христианским монахом (имя не сохранилось) в 980 году.

Интерес средневековой Европы к Китаю установился в связи с возникновением в Азии обширной Монгольской империи, представлявшей серьезную угрозу для европейских стран. В середине XIII века папский престол и короли направляют в ставку Великого монгольского хана, владевшего к тому времени северной половиной Китая, ряд миссий: Плано Карпини (1246 год), Андре Лонжюмо (1249–1251 годы), Виллема Рубрука (1253–1255 годы). Но все они посещали лишь ставку хана — Каракорум в Монголии — и не ходили непосредственно в Китай. Тем не менее в оставленных ими записках есть сведения и о китайцах. В самих же китайских пределах во времена господства здесь монгольских завоевателей побывали в 1269 году венецианские купцы — братья Никколо и Маттео (Маффео) Поло. В 1271–1292 годах они вновь побывали здесь вместе с сыном Никколо — Марко, ставшим знаменитым благодаря своей книге об этом путешествии. На этот раз они прибыли в Китай как официальные лица — посланцы римского папы и были приняты при дворе Великого хана, переместившемся к тому времени в Пекин (Ханбалык). Марко Поло, выполняя служебные поручения монгольского двора, имел возможность объехать множество китайских городов и весей. Все это он подробно описал в своей «Книге», обогатив европейцев подробными и довольно точными сведениями о Китае.