Чтение онлайн

Наконец, по словам Мишеля, они уже приблизились к штабу. Около дверей Ян увидел не­знакомую фигуру человека. Фигура по-земному затягивалась сигаретой, выпуская изо рта густой дым. Ветер относил его в сторону Яна. Дым был до отвращения неприятен. Докурив, мужской силуэт скрылся в двери, куда через несколько секунд вошли Ян и Мишель.

За дверью была лестница, которая вела куда-то наверх, на высоту примерно третьего эта­жа. Под ногами шуршала крупная пыль, погромыхивали какие-то железяки, по дороге Мишель умудрился вляпаться в какую-то полузасохшую грязь и смачно выругался. Нужная дверь открывалась в просторный зал, скорее всего, это была раздевалка – вдоль стен размещались пластиковые шкафчики. В середине зала стоял импровизированный стол: на обломках тепловентилятора и толстой радиаторной сетке лежала металлическая плита, накрытая ка­ким-то тряпьем. Освещение было тусклым: всего одна неоновая лампа, которая еле-еле держалась на своём проводе, одним концом свесившись с потолка. Лампа то и дело мигала, и действо­вала на нервы своим беспрестанным гудением. На подоконнике си­дел Джон.

– Ну, наконец-то все в сборе! – он кивнул в сторону. На стуле около стены сидел незнакомый Яну мужчина, – Это Кварел, знакомься, Ян.

Ян подошёл и пожал ему руку.

На вид Кварелу было лет пятьдесят, пятьдесят пять. Это был немного пузатый мужчина с большой лысиной посередине головы. У него были большие, сильные руки. Чувствовалось, что это руки рабочего человека – при рукопожатии Ян ощутил мозоли. Это был тот самый мужчина, который курил, когда Ян и Мишель приближались к зданию – от него пахло табаком. Интересно, откуда у него была эта земная привычка убивать себя никотином? Ян вспомнил, что многие в сопротивлении, да и простые земляне увлекались дымопусканием из завёрнутых в бумажную трубочку тлеющих сушёных листьев – это увлечение находило отклик среди людей, поскольку было запрещено. Ян всегда задавал себе вопрос: а если бы Совет запретил резать себе вены, люди убивали бы себя в знак протеста?

Он так же отметил, что у этого человека немного отличалась анатомия лица. На лбу, над глазами у Кварела выступали два продолговатых, похожих на валики, костяных нароста, так же скрытые под кожу, как и всё остальное лицо. На подбородке у него тоже имелись выступы, похожие на столбики, обтянутые кожей. «Интересно, с какой он планеты?» – подумал Ян.

– Если все в сборе, то, может быть, мы начнем? – отозвался откуда-то сзади Вуревич. Ян обернулся. На соседнем стуле сидел Вуревич. Там же рядом, на двух стульях сидели Баргас и Клайфтон.

Гарвич попросил:

– Мишель, закрой дверь, пожалуйста.

Мишель закрыл дверь, подпёр её каким-то обрезком трубы и опёрся спиной на один из шкафчиков.

– Мне нужно знать, сколько ты можешь выставить людей? – начал Гарвич, обратившись к Кварелу.

– Единовременно, то есть за одни галеронские сутки, я могу поднять два миллиона людей, – ответил Кварел, – Это почти всё мужское боеспособное население Галерона. Все – переселенцы или их дети. Ещё за двенадцать часов они смогут прихлопнуть все «эсбэшные» средства связи и администрацию. То есть через тридцать шесть часов вы можете вылетать отсюда беспрепятственно.

– Надо же, я думал, всё будет дольше, – сказал Мишель.

Кварел продолжил:

– Остаётся вопрос с орбитальной охраной. Есть идеи?

Все замолчали. Это был один из самых главных камней преткновения. С закрытых планет разрешался взлёт одного челнока в пять тацских часов, при этом все взлёты осуществлялись по расписанию – таким образом, чтобы каждая планетарная провинция производила запуск челнока в строгом соответствии со своей очередью. Пропускать свою очередь и не осуществлять взлёты провинциям разрешалось, а вот нарушать её и взлетать без очереди – ни в коем случае. На орбите Галерона, как на орбите любой производственной планеты, располагалась орбитальная станция СБА, контролировавшая орбиту и стратосферу. Любой несанкционированный запуск челнока с тверди карался нейтронной торпедой. Кроме того, в руках «эсбэ» оставались орбитальные верфи, являющиеся частью станции, необходимые восставшим для постройки и ремонта кораблей, и около пяти пристыкованных к станции транспортных кораблей, готовых доставить восставших к пункту назначения – планете Элекон-85.

Молчание нарушил Ян Погорельский:

– Ну, я думаю, что я бы мог заняться этим вопросом.

Все повернулись в его сторону, бросив на Яна вопросительные взгляды.

«Ну что, Ян Погорельский, готов почувствовать себя на коне?» – спросил он мысленно себя. И сам себе ответил: «Готов».

– Ну… – с нетерпением спросил Вуревич.

– А что «ну»… Каков гарнизон орбитальной охраны?

– Около пятидесяти человек, – ответил Кварел.

– Тогда всё проще простого. В назначенное время с поверхности должен взлететь челнок. В челноке будет боевая группа со мной во главе. Мне нужно человек… двадцать пять и один помощник, – он повернулся к Мишелю, – Будешь им?

– Ещё бы! – отозвался тот.

– Ну так вот… В назначенное время вы взлетим с планеты, пристыкуемся к станции. Я, используя телепатию и телекинез, убью весь гарнизон станции. Помощник и отряд мне нужен лишь для того, чтобы они завершили моё дело, если что-то пойдёт не так. Вот и всё…

– На каком основании они разрешат вам стыковку? – поинтересовался Вуревич, – Он возможна лишь по запросу «эсбэ».

– Скажем, что у нас несанкционированный пассажир в отсеке топливных баков, заперся и не отвечает на вопросы. Нам не откажут.

– Вполне правдоподобно, – согласился Кварел.

Ян продолжил:

– Единственное, что вы должны будете сделать, оставшись на тверди – уничтожить планетарную администрацию Галерона. Она не должна нам мешать начинить челнок солдатами. Кроме прочего вы должны вооружить нас третилиевыми патронами и термомечами. Хотя бы один дайте мне. Ну и обмундировать в термокостюмы.

– Это проще простого, – махнул рукой Кварел, – Я могу хоть сейчас этим заняться: через три часа они уже будут связаны. Тац узнает о захвате власти не раньше, чем через десять своих суток. Так что тут можно не переживать. Амуницию предоставим, солдат дадим.

– Хорошо, – изрёк Гарвич, – Если верфи и планета будут в наших в руках, то уже на следующие тацские сутки мы должны будем двинуться к Элекону на штурм. Итак, – он подошёл к столу, достал из кармана планшет, выложил его на стол, снова включил трёхмерную модель пресловутой базы СБА, – вот наша цель.

Это была уже знакомая Яну модель, но видоизменённая. Вместо квадратного здания без окон, которое теперь отсутствовало, там была помещена ещё одна башня – точно такая же, как первая. Кроме того, модель была дополнена истребителями под бетонными навесами и ракетой установкой, совмещённой с огромной «тарелкой» радиолокатора. Помимо прочего где-то под потолком Ян заметил продолжение данной модели – изображение спутника, обычного металлического шарика с шестью соплами по всей своей поверхности.

– Все знают, что это?

Все дружно закивали головами – объяснять повторно никому не пришлось.

– Наша задача по штурму усложнилась, – продолжал Гарвич, – Выяснились новые подробности. Итак, как и предполагалось, база дополнена истребителями и зенитной артиллерией. Кроме того, спутник постоянно отслеживает телеметрию всех объектов. Если станция гиперсвязи будет нами захвачена – он тут же передаст сигнал по гиперсвязи в штаб «эсбэ». Если же сам спутник будет уничтожен, то прежде, чем мы начнём штурм – соответствующий сигнал так же будет передан по гиперсвязи в штаб «эсбэ». Помимо прочего, спутник может отслеживать вход в атмосферу в любой точке планеты, даже с оборотной для него стороны, поэтому войти в атмосферу и остаться незамеченными у наших челноков не удастся.

Гарвич выдержал паузу и продолжил:

– Считаю, что поступить нужно так. Как и предлагал Ян, прежде всего забросим на планету диверсантов. Десантный модуль замаскируем под астероид. В верхних слоях атмосферы пусть летит свободно – потом опустим на парашюте. Отвлечём тем самым внимание от отряда. Они саботируют истребители, «пэ-вэ-о», а также лини связи с главной ретранслирующей башней, – Гарвич указал пальцем в одну из башен, ту, которая был знакома Яну ранее, – Всё это согласуем по времени с уничтожением спутника – его просто шарахнем протонной или ядерной торпедой одновременно с саботажем. Элементы, саботируемые диверсантами, должны быть уничтожены одновременно со спутником слежения. Это даст нам небольшой временной коридор, около трёх земных часов: для ввода штурмующего контингента на Элекон. По этой части возражения есть?