Чтение онлайн

– Вы вызвались добровольцем, Марак… - произнёс начальник, не поднимая взгляда.

И лишь после этих слов он оторвался от планшета, выпрямился и посмотрел на Марака. Казалось – вопросительно.

– Так точно, – отчеканил Марак, совершено не зная, что отвечать.

– Отлично. С этих пор, как выйдете, за дверь покидать расположение лагеря вам запрещено. Вы будут так же готовиться, как и раньше, но с этих пор, в течение двух дней, в отдельном отряде таких же как вы добровольцев. Ваша задача: сопровождать Яна Погорельского. Вы отправитесь на челноке на орбиту Галерона для зачистки орбитальной станции СБА от живой силы противника. Командовать отрядом будет Погорельский. Задача ясна?

Погорельский? Где-то внутри стало пусто – будто смерч пронёсся в животе и груди. Отказаться он не мог – не только потому, что вызвался добровольцем и по уставу не имел права на шаг назад, он просто должен был хоть раз побывать в бою с тем, по чьей методике он обучался. С тем, кто был для него примером – не только как боец, но по моральным качествам.

– Так точно, – ответил Марак.

Начальник лагеря улыбнулся. Похоже, на лице Марака отобразились сразу все эмоции, которые он испытал мгновение назад: удивление, радость, беспокойство. Все в лагере знали, что Марак – буквально фанат. Методические руководства Погорельского он зачитывал до дыр и буквально знал наизусть. Да не просто знал – методику он умел и применить. Ещё бы он не вызвался добровольцем в такое задание.

– О сборе на задание будет оповещено дополнительно. Свободны.

– Есть!

Марак развернулся на месте и вышел из кабинета. «Что же, повоюем…» – решил он.

2486 год. Окологалеронская орбита.

Челнок «Спектр», тот, на котором Ян Погорельский с коллегами прилетел на Галерон, теперь взлетел с тверди в строгом соответствии с расписанием, установленным много лет назад. Пассажирами теперь, кроме самого Яна, были двадцать пять отборных бойцов, выделенных Кварелом, а также Мишель. К удивлению Яна, Кварел имел на Галероне тридцать пять тренировочных баз. Почти в открытую, никого не стесняясь, сменяя друг друга один раз за сорок пять галеронских суток, на протяжении двух галеронских лет, что составляло почти один земной год, в этих лагерях готовились солдат для восстания. Размаху подготовки Ян завидовал.

Местная азурская администрация была схвачена уже через четыре часа после совещания в заброшенной раздевалке. Убивать их не стали – Гарвич опасался, что в них могли быть вживлены датчики биометрии. В остальном же захват власти прошёл незамеченным – единственное, за что отвечала здесь азурская власть, это своевременная отправка нужного количества произведённых ресурсов в Азур. Во всём же остальном, жители производственных планет управлялись сами. Это и позволило произвести захват в тишине, практически без единого выстрела, а затем помогло выслать челнок-наживку на орбиту Галерона.

Вёл челнок галеронский пилот Кселахм Бохонсх, выселенец. Ян даже спрашивать не стал, на какой планете дают такие сложные имена, а просто попросил разрешения называть его Хел. Тот в ответ искренне рассмеялся и разрешил.

Теперь они втроём, вместе с Мишелем, находились в кабине пилота. Челнок уже покинул стратосферу и вышел на орбиту. Ян понял, что они получили специальный кодированный сигнал от орбитальной станции СБА, когда на специальном экране появился его текст. Хел должен был выслать кодированный ответ, и он сделал это, добавив в сообщение просьбу о голосовой связи.

«Эсбэшная» станция приняла ответ и вызвала «Спектр».

– «Спектр», это станция тридцать четыре сорок восемь, – «эсбэшник» по ту сторону связи назвал номер станции в реестре СБА, – Цель голосового вызова?

– У нас на борту несанкционированный пассажир. Некий человек заперся в топливном отсеке и угрожает взорвать нас вместе с кораблём, если мы не выполним его условия.

– Что он требует?

– Стыковки с вашей станцией.

– Это противоречит инструкциям безопасности. Мы не имеем права стыковки с гражданскими кораблями, взлетающими с тверди без полученного разрешения от…

Но Хел не дал ему договорить:

– В противном случае он грозится захватить управление и двигаться курсом на Тац.

Ян догадывался, что скорее всего станция попробует избежать контакта с потенциально опасным челноком.

На том конце связи возникла пауза, потом «эсбэшник» ответил:

– Подождите, мы просканируем ваш челнок.

Ян отметил мысленно, что не зря предварительно послал одного из солдат в топливный отсек.

Через некоторое время станция подтвердила:

– Да, мы видим человека у вас в топливном отсеке.

Но дальше было молчание. Хел тем временем вёл челнок по назначенному легендой курсу. А чем дольше молчала станция, тем больше было шансов, что им придётся входить в нуль-пространство, так и не выполнив миссии.

Ян вдруг понял, от каких маленьких, незначительных, порой совершенно незаметных, деталей зависит успех целой войны.

– Тридцать четыре сорок восемь, – обратился Хел, – что делать?

– Мы вынуждены были сделать запрос на Тац о наших действиях, – был ответ, – Стыковку разрешаем.

И как только микрофоны были отключены, Ян выругался вслух. Этого ещё не хватало – чтоб на Тац узнали об их операции.

– Что делать будем? – спросил Мишель, – Наверняка доложат…

«Час от часу не легче» – подумал Ян. Но необходимо было действовать, у них не было выбора.

– Действуем по старой схеме, – ответил он, – Положитесь на меня.

Ян переглянулся с Хелом и коротко кивнул. Тот понял Яна без слов и изменил курс, начав приближать челнок к станции.

Из пилотных иллюминаторов «Спектра» они увидели, как стыковочный модуль станции плавно выдвигал кишку соединяющей «присоски».

– Ну что ж, я готов, – сказал Ян, и двинулся к посадочному люку.

– Ни пуха тебе, старик! – бросил вдогонку Мишель.

Ян не ответил. Он лишь поджал губы и ещё раз поразился: как можно быть таким суеверным?

Что ж, теперь у него не было ни капли волнения. Он бы уверен, как никогда, ведь сейчас к его способностям присоединились последние технические возможности: тело облачено в термобронированный костюм, на голове – тактический шлем с тонированным стеклом, перепрограммированный под Лиловых, за спиной – термомеч, а на каждом бедре по пистолету с третилиевыми патронами и два запасных магазинами к каждому. Тактильные ощущения, которые давал бронированный костюм, ему нравились: куртка была по ощущениям похожа на джинсу и внешне выглядела примерно также – такого же покроя, но с глухим воротником-стоечкой, штаны-карго и бронированные берцы. Весь костюм при этом был лёгок и весил крайне мало, что давало дополнительную свободу движений. В дополнение к этому Ян взял себе в помощь тонкий маленький стилет – обычный, без всяких технических «наворотов», который сейчас держал в руках, стоя перед люком челнока в ожидании стыковки. Так же, как и рекомендовал Мишель, в кармане куртки он спрятал меленький цилиндрик термомеча «два ноль», надеясь, что он ему не пригодится.

После завершения стыковки, когда механический голос сообщил о возможности перехода в другой корабль, Ян открыл запор и шагнул в кишку стыковочного модуля.

Он был полон решимости безжалостно и холоднокровно убивать. Пускай же, решил он, начинающаяся война будет его личной местью – он наконец сам себе сказал слово «месть». Оно достаточно долго вертелось у него на языке, но теперь, когда он точно решил, с какой моральной самоподдержкой он идёт в бой, для него наступило некое облегчение. Он считал, что ему можно мстить практически за всё, что произошло в его жизни, и не только в его: за смерть землян на Ксенто, за трагедию его отца, которого он так и не узнал, за мать, которую он потерял ещё в нежном возрасте и с тех пор утратил с ней всякую связь, за трагедию Рандалл…