Чтение онлайн

– - Да ладно. Ты вспомни, как ты себя вел, когда впервые увидел рожающую женщину! Я до сих пор ржать начинаю при одной мысли об этом!

Сет в некотором замешательстве принялся поправлять остатки своих волос.

– - Я был маленький, -- попытался отбиться он.

Леарза между тем не слушал их и смотрел на закрытую дверь, за которой создавался новый андроид; дверь открылась, и оттуда высыпали взволнованные дети. Учитель прикрыл дверь и встал возле нее.

– - Это очень важный момент для его создателей, -- сказал он, строго оглядывая своих подопечных.
– - Мы не должны им мешать. А вот потом можете его поприветствовать.

Дети нервничали и приглушенно галдели, столпившись в коридоре.

– - И они просто... собирают вас?
– - тихо спросил Леарза.

– - Не совсем, -- ответил Корвин; Сет откинулся на спинку дивана и запрокинул голову.
– - Это долгий процесс. Сначала человек, который желает создать младшего, берет разрешение у Лекса. Кому попало этого не разрешают... Потом уже делается... проект. Кто-то предпочитает делиться с будущим андроидом собственными генами. Сперва пишутся пакеты программ, которые потом загружаются в электронный мозг, и уж в последнюю очередь...

Он не договорил; дверь медленно начала открываться, потихоньку, будто открывавший ее не совсем был уверен, что делает. Внутри у Леарзы что-то опустилось. Ему показалось на мгновение, что сейчас оттуда шагнет чудовищный монстр, и дети разбегутся с воплями ужаса, но вот наконец солнечный свет скользнул внутрь лаборатории, и через порог осторожно переступило новое существо, только начавшее жизнь.

Он был худенький, почти что хрупкий, невысокого роста, с тонкими музыкальными пальцами, а на его узком лице жили ясные светло-карие, на свету совсем золотые глаза. Дети замерли, глядя на него, а он посмотрел на них в ответ и вдруг смущенно как-то улыбнулся.

Коридор взорвался восхищенными криками, и детишки кинулись к нему, хватали его за руки и за пояс, едва не сшибли с ног. Слов в этих криках разобрать не было, но их переполняла чистая радость.

Они поздравляли его с тем, что он появился на свет, а он немножко растерялся и был счастлив такому приветствию.

– - Многих из нас встречают дети, -- негромко заметил Сет, не отрывая взгляда от потолка.
– - Дети больше всего на нас похожи.

– - Я пришел в мир глубокой ночью, -- буркнул Корвин, -- у моего отца не сразу хватило толку правильно все подключить. И потом он потащил меня на крышу, чтобы я посмотрел на звезды.

– - Моя мать сделала меня копией своего первого сына, -- сказал Сет.
– - Чтоб ему провалиться за его лысые гены! ...Он погиб, когда ему не исполнилось и сорока, и Лекс поначалу не хотел разрешать ей создавать меня, но она очень упорствовала, как все матери.

Леарза молчал. Новорожденный младший уже болтал с окружившими его детьми, счастливо улыбаясь им, и его речь действительно была очень похожа на детскую, еще недооформившаяся, с ограниченным словарным запасом. Вышедшие из лаборатории создатели, -- мужчина и женщина, -- стояли в дверях и наблюдали за ними. Для чего они решили создать андроида? Быть может, потому что судьба отняла у них их собственного ребенка?..

Он смотрел на этого маленького младшего, на его тонкие, просвечивающие на солнце коралловым пальцы, на его беззащитную детскую улыбку. Казалось, что безвольное тело, лежавшее в лаборатории еще полчаса назад, и это безусловно живое создание не имеют друг к другу никакого отношения. Быть может, если зайти в лабораторию, тело так и будет лежать на своем старом месте?.. Может...

Потом уж Леарзе пришло в голову, что эти люди вдохнули в неживое тело дыхание жизни. Эту неуловимую искру, которая теперь и делала золотистые глаза младшего такими красивыми, совсем человечьими. Что это было, душа?.. заключенная в микросхемы...

Он перевел взгляд на Корвина и Сета, по-прежнему сидевших рядом. И чем эти двое хуже настоящих, живых людей, если у них такие человеческие лица? Как потешно, по-мальчишьи они пробирались сегодня через яблоневый сад, будто замыслившие пакость дети. И пусть в их титановых черепах электронный мозг, сердца у них живые, настоящие: он узнал это сегодня.

А эти люди, относящиеся к ним, как к равным себе, разве они не правы?..

***

Несчастные случаи на заводах происходят постоянно; даже самая хорошая, самая ответственная и бдительная команда рабочих не застрахована от этого. Проклятые машины ломаются всегда внезапно, и их поломки обычно убивают или калечат людей, но тут к этому все давно привыкли, а самые нищие задворки населены инвалидами, медленно умирающими от голода и холода.

Толстая цепь, на которой держался один из ковшей, от времени потрескалась и стала хрупкой, но об этом никто и не догадывался. В один час ей просто суждено было окончательно треснуть, когда машина медленно, натужно скрипя, поднимала ковш, полный раскаленного металла, и за этим ковшом не следили ничьи глаза, кроме светлых глаз надзирателя в каске.

На благо, ковш уже миновал платформу и находился над россыпями шлака, так что повредить никому не мог, пусть последствия его падения и пришлось бы долго разгребать. Наверное, перепуганные падением ковша с кипящим металлом рабочие сильно не сразу вспомнили бы про Черного, который в ту ночь, как и всегда, копался в шлаке со своей широкой лопатой, и только ругались бы, потому что им пришлось бы вытаскивать из наполовину застывшего металла обрывки одежды и куски обгорелой плоти.

Черный как раз поднял голову, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, когда увидел, как оборвалась цепь.

Он не успел даже сообразить, что происходит, только стоял и смотрел, как ковш кренится, как показалась раскаленная добела густая жидкость, как полетели вниз первые ее капли. В следующий момент мир перекрутился перед его глазами, острая боль ожгла его в том месте, где его схватили чужие стальные пальцы, и Черный по инерции пролетел еще сколько-то и ударился плечом о перила платформы.

Кэнги, стоявший рядом, грязно выругался; его глаза неотрывно следили за тем, как металл кипящим потоком обрушился в черные горы шлака, как цепь соскользнула с крюка с лязгом и вниз полетел сам ковш.

Черный, все еще чувствуя боль в плече и предплечье, отупело смотрел туда же. В грохоте работающей печи уже раздались крики, топот бегущих ног; кто-то спешил к ним, кто-то побежал звать управляющих.

– - О, -- выдохнул один из надзирателей, прибежавших на платформу.
– - А я-то думал, нашему Черному каюк. Вовремя ты поднялся оттуда, чумазый!

– - Я не поднялся, -- произнес Черный своим ровным ничего не выражающим голосом.

– - В смысле?

– - Кэнги вытащил меня.

– - Говорят, в минуту опасности человек становится быстрым и сильным, -- рассмеялся тот, -- я и сам не ожидал, что сумею оттащить этого гиганта.

– - Надо же, -- сказал подошедший к ним рабочий.
– - Кто-то потрудился спасти шкуру Черного.

– - Да уж, нашел ради чего рисковать, -- согласился надзиратель.
– - Если бы он и помер, потеря невелика.