ЖАНРЫ

Лиммерийские перчатки (старая орфография)
Шрифт:

Вы слишкомъ многаго надетесь господинъ О'Неилъ! Я никогда въ угодность вамъ, не соглашусь противиться вол моихъ родителей.

Ахъ, Миссъ Бетти, воскликнулъ Бріанъ, могъ ли я вообразить, чтобы вы были такъ перемнчивы? Онъ удалился, сдлавъ ей низкій поклонъ.

Въ слдующій понедльникъ Миссъ Женни Браунъ, дочь парикмахера пришла навстить Бетти.

Не правда ли, что намъ будетъ очень весело? спросила она, входя въ комнату и бросая на столъ свою соломенную шляпку.

Отъ чего весело? спросила Бетти печальнымъ голосомъ.

Что съ тобою сдлалось? Ты очень грустна! разв теб не позволяютъ хать на балъ?

На какой балъ? спросила Госпожа Гилль съ любопытствомъ.

"Чудное дло! Но разв господинъ О'Неиль не присылалъ къ вамъ билета? Разв не получили вы Лиммерикскихъ перчатокъ?

"Какая связь между Лиммерикскими перчатками, билетомъ и баломъ?

Я вижу, что вы ничего не знаете! Господинъ О'Неилль при каждомъ билет разослалъ по пар перчатокъ Лиммерикскихъ. Естьли Бетти не, подетъ на балъ, то я уврена, что онъ откроетъ его со мною!

Черезъ полчаса Женни ушла. Госпожа Гилль и Бетти долго смотрли другъ на друга, не говоря ни слова. Нынче поутру, сказала Бетти, приносили ко мн записку; но я не приняла ее, потому что адресъ подписамнъ былъ рукою Господина О'Неиля.

Надобно знать, что Бетти разсказала уже матери о встрч своей съ господиномъ Бріаномъ посл обдни. Это перемнило нсколько ея мнніе на щетъ Ирляндца. Госпожа Гилль имла доброе сердце; главный порокъ ея состоялъ въ томъ, что она чрезмрно желала казаться проницательне другихъ, Она мучилась мыслію, что Женни можетъ заступить, мсто ея дочери на бал; прежде она принебрегала привязанностію Господина О'Неиля къ Бетти, потому что была въ ней уврена; но теперь, вообразивъ, что сосдка ея, парикмахерова жена, можетъ выдать свою дочь за О'Неиля, начала смотрть на него совсмъ другими глазами.

Надобно объ этомъ подумать, Бетти, сказала госпожа Гилль. Въ той записк, которую ты не приняла давича поутру, конечно приглашали тебя на балъ. Надобно хать, Бетти, можно ли стерпть, чтобъ Женни открыла вмсто тебя балъ съ господиномъ О'Неилемъ. Я сама теперь начинаю думать, что онъ не бродяга Ирляндскій, что не онъ укралъ нашу собаку, что въ Церкв проломъ сдланъ не имъ, что онъ никогда не имлъ намренія взорвать ее на воздухъ, и что наконецъ онъ заслуживаетъ вниманіе особенное, потому, что можетъ давать балы и при билетахъ разсылать Лиммерикскія перчатки. Послушай, Бетти, я позволяю теб хать на балъ въ перчаткахъ, подаренныхъ теб Господиномъ О'Неилемъ. Мн самой надобно повидаться съ его матеріею, которой я еще не заплатила визита. Мы увидимъ, будетъ ли танцовать вмсто тебя болтливая Женни. Теперь пойду къ твоему отцу — надобно у него спроситься.

Но Госпожа Гилль къ сожалнію своему скоро увидла, что супругъ ея крпко держался своего мннія и непремнно хотлъ быть увренъ, что Господинъ Бріанъ похититель собаки, и заговорщикъ противъ каедральной его церкви. Онъ сообщилъ уже свои подозрнія тому клубу, въ которомъ былъ членомъ; одни увряли его, что онъ бредитъ; другіе — и большая часть — почитая невозможнымъ, чтобы Римской Католикъ могъ быть честнымъ человкомъ, соглашались, что Господинъ Бріанъ О'Неиль человкъ подозрительный; что онъ пріхалъ въ Герфортъ не извстно за чемъ; что у него множество денегъ, а откуда онъ ихъ беретъ, не знаютъ; и что наконецъ, необходимо должно имть надъ нимъ строгій надзоръ.

Господинъ Гилль, услышавъ о бал, тотчасъ сообразилъ, что онъ не иное что, какъ хитрая выдумка заговорщиковъ.

А! а! воскликнулъ Господинъ Гилль: этотъ Ирландецъ не глупъ! Онъ хочетъ усыпить насъ своими пирушками; онъ хочетъ насъ вздернуть на воздухъ въ ту самую минуту, когда мы будемъ заняты одними весельями. Хитрецъ! Но ему не удастся насъ обмануть! Я посдлъ старостою церковнымъ! Я спасу моихъ согражданъ отъ страшной опасности, имъ угрожающей! Слышишь ли, Ревекка? Запрещаю Бетти и думать о бал, запрещаю ей носить Лиммерикскія; перчатки, которыя подарилъ ей этотъ опасный заговорщикъ — прошу васъ обихъ длать безъ всякаго прекословія то, что я почту необходимымъ; врьте моей опытности, я въ этомъ дл знаю гораздо боле васъ. — Госпожа Гилль возвратлась къ дочери, въ великомъ недоумніи, увренная ршительнымъ тономъ супруга своего, что заговоръ, ею самою выдуманный, точно существуетъ; она побжала къ сосдкамъ и разсказала каждой за тайну то, что было ей извстно о семъ великомъ дл.

Бетти покорилась безъ роптанія вол своихъ родителей, но въ сердц ея была сокрыта нжная привязанность къ О'Неилю, который въ самомъ дл былъ человкъ достойный уваженія и любви. Вдова Смитъ прислала къ ней маленькую свою дочь, чтобы поблагодаришь за то пособіе, которое она, ей сдлала. Миссъ Луиза много разсказывала ей о Господин Бріан, который былъ чрезвычайно добръ и ласковъ и благодтельствовалъ имъ со времени ихъ нещастія. Бетти слушала съ удовольствіемъ похвалы О'Неилю; она пошла въ камодъ, вынула ленту и подарила ее маленькой Луиз. Лиммерикскія перчатки представились ея глазамъ — она вздохнула, сорвала съ горшка розу, ощипала листы, осыпала ими перчатки и накрыла ихъ блымъ платкомъ.

Между тмъ Господинъ Гилль бесдовалъ съ важными политиками своего клуба — вс они согласно признались, что каедральной Герфортской церкви угрожаетъ опасность. Вс обстоятельства были приняты въ разсужденіе: этотъ балъ, на которомъ будутъ танцовать до упаду, эти перчатки, которыя раздаются даромъ при билетахъ, можетъ быть потому, что Господинъ Бріанъ не иметъ нужды ихъ продавать — все казалось столь подозрительнымъ, что разв одинъ сумасшедшій могъ бы не признать въ О'Неил тайнаго непріятеля Англичанъ и Религіи, выдающаго себя за перчаточника Ирландскаго. Заключили, что всего безопасне посадить его въ тюрьму — надлежало только найти законный предлогъ.

О'Неиль въ платеж долговъ своихъ не имлъ той строгой точности, какою отличаются обыкновенно Англійскіе купцы; онъ задолжалъ хлбнику и портному, и далъ имъ векселя на шесть мсяцевъ срокомъ. Эти векселя куплены были Господиномъ Гиллемъ; срокъ вышелъ, положено было задержать Господина О'Неиля, естьли онъ не будетъ въ состояніи заплатить деньги въ ту самую минуту, въ которую ихъ потребуютъ. — Повренный Господина Гилля приходитъ къ Бріану требовать платежа, но Бріанъ, будучи занятъ приготовленіями къ балу и удивленный, что видитъ въ чужихъ рукахъ свои векселя, сказалъ въ сердцахъ, что не иметъ ни шиллинга денегъ, и что ему не время теперь заниматься такимъ вздоромъ. Повренный пересказалъ Господину Гиллю слово отъ слова отвтъ Бріана.

Посл бала О'Неиль пошелъ провожать пшкомъ Миссъ Женни, парикмахерову дочь. Къ нему приближается человкъ, бьетъ его по плечу и говоритъ: государь мой, отъ имени Короля беру васъ подъ стражу!" — Врешь, бездльникъ! воскликнулъ Бріанъ: это плутни проклятаго Гилля! одинъ онъ способенъ обидть честнаго человка за такую малость! На улиц сдлался страшный шумъ; множество народа столпилось вокругъ Бріана; Ирляндскіе работники хотли вступиться за своего земляка; началась было драка, но Бріанъ все успокоилъ своимъ благоразуміемъ; онъ послдовалъ за полицейскимъ, а между тмъ послалъ къ своей матери просить, чтобы она какъ можно скоре нашла за него поруку.

Госпожа О'Неиль тушила свчки, оставшіяся посл бала, когда пришли ей сказать о нещастіи, приключившемся ея любезному сыну. Не трудно, подумала она сыскать поруку между людьми, которые за нсколько минутъ веселились и танцовали въ моемъ дом: но танцовать и быть порукою великая разница. Госпожа О'Неиль узнала это на самомъ опытъ. Вс ея пріятели отказались отъ поручительства подъ разными предлогами. Что длать? Скоре посылать къ ростовщику, закладывать вещи, платить тройные проценты — какъ бы то ни было, Господинъ О'Неиль, просидвъ часа два въ городской тюрьм, получилъ опять свободу, но онъ не подозрвалъ, что его брали подъ стражу для того единственно, чтобы возпрепятствовать ему взорвать на воздухъ каедральную церковь. Возвращаясь домой и идучи мимо церкви, онъ увидлъ прохаживающагося около ограды человка. Который часъ? спросилъ онъ у незнакомаго — Три часа! отвчали ему, и, слава Богу, еще не показывался ни одинъ непріятель!

Поделиться с друзьями: