Чтение онлайн

Тётка считала ниже своего достоинства позвонить, всегда являлась лично, чтоб унизить меня и облить презрением Ленкину маму – «что вы, голубушка, за детьми совсем не следите, приличным девочкам давно пора дома быть!».

Ну, и конечно, показать всем, как она разнервничалась и перетрудилась, разыскивая меня, такую невоспитанную. Все бабки в доме были уверены, что мы с Ленкой минимум, наркоманки со стажем, раз порядочная женщина вынуждена меня вытаскивать почти ежедневно из притона разврата. А мы даже курить не пробовали, неинтересно было. Уроки делали да рукодельничали под невинные девичьи разговоры. Стишки дразнительные сочиняли про учителей. Наивные повести писали. На пианино бренчали. А потом Ленку высмотрели на районных соревнованиях и перевели в спортшколу, мы стали видеться реже. Но зато перезванивались и переписывались постоянно.

Нет, так я не могу подвести теть Любу. Тётка же ее сожрет!

Дома было пусто и тихо. Надо воспользоваться тишиной и одиночеством. Собраться. В спортивную сумку полетели белье, спортивный костюм, две блузки, свитер, запасные джинсы. Немного для чистоты и красоты. Деньги, документы. Последним делом я выдернула старую фотографию из рамки, где мы с ма и ба были счастливы. Краски, карандаши, альбом. Все. Дом давно перестал быть теплым и надежным убежищем и брать мне отсюда нечего. Рисунки жалко, тетка все выбросит. Ничего, новые нарисую. И книжку, книгу возьму! Так и лежит, бедняжка, нечитанная! Я погладила пальцами глянцевую обложку.

Поеду, куда глаза глядят.

Табло на вокзале мигало и переливалось. Ага, вот отправление через полчаса. Отличненько! Незнакомый город, где меня никто не знает и не будет искать! Ведь не будет? Чего меня искать, я совершеннолетняя, у тетки заявление не примут! Ах, да, телефон! Сволочь следящая. Я написала Ленке, что буду писать с другого номера, и старую симку выкинула в контейнер. Интересно, выключенный телефон отследят? Наверное, да, я про такое слышала. Значит, и телефон туда же, он дешевенький, переживу потерю. Мне, кроме Ленки, звонить-то некому. У меня даже аккаунта в соцсетях нет. Тётка строго запрещала «тратить время на ерунду». Удивительно, правда?

Поезд шел на юг. Мне даже досталась нижняя полка! А завтра в десять утра я выйду из поезда и начну новую жизнь. Хоть высплюсь в кои-то веки.

Щеку обожгла пощечина. Я подскочила, прижав руку к пылающей щеке.

– Тебе что было сказано? – прошипела тётка, наклоняясь надо мной.

Меня обдало запахом густых приторных духов. С детства тошнило от этого запаха. Я повела глазами, убеждаясь, что на поезд окружение мало похоже. Узкая, как пенал, комната. Кровать, сундук, низкий столик. Уф, снова сон! С одной стороны, затопило облегчением: тетка меня с поезда не сняла. С нее станется. С другой – сколько можно? Покажите что-нибудь другое, а? Не тётку с ее резкими воспитательными методами. Нет, так-то она меня не била, но дать подзатыльник, пощечину, полотенцем протянуть по спине, это запросто.

– Что, тётя? – проморгалась я, окончательно приходя в себя.

– Сасик в саду любезничает с Айлин! А ты тут разлеживаешься!

Мне прилетел увесистый подзатыльник и, пискнув, я вылетела за дверь. Где тут сад?

Сад нашелся внутри обширного квадрата строений. Я прошлась по открытой галерее, поправляя одежду и набираясь смелости. Тут в сад вылетело несколько нарядных девиц, которые тут же шмыгнули под густые ветви. Кажется, не я одна получила… ценные указания. Щека до сих пор горит.

Другие родственницы были настороже. Они тоже бдили. Уединиться Сасик и Айлин не имели никакой возможности!

Возгласы, смех, девичье щебетание, преувеличенное звонкое и радостное, заполнило сад. Ну, тут без меня разберутся. Интересно, сколько тут времени прошло? Утро? Я прищурилась на облака. Вроде ехали мы на ужин? Или тут как в исторических книжках, гости – это надолго, меньше недели просто неприлично, хозяева обидятся?

Из-под кустов выскочил худощавый юноша. Выпрямился и быстро отряхнул веточки и листья с волос и одежды. Замер, обнаружив меня. Затравленно оглянулся. Стасик! Только в черной рубашке до колен и вышитой яркой жилетке. Помимо широких штанов, заправленных в сапожки, его наряд дополнял пояс с заклепками, и кинжал в переливающихся драгоценными камнями ножнах. А, это по стоимости аналог квартиры в центре, машины и дачи? Надо же, какое равновесие материального состояния в сне и наяву.

И рыжая бороденка та же, куцая и жиденькая.

– Я никому не скажу, – вполголоса сказала и показательно отвернулась.

Вон та дорожка очень замечательная. Камешки на ней красивые. Судя по треску и шелесту сзади, Стасик снова вломился в кусты. Я облегченно выдохнула и пошла по дорожке, разглядывая цветы и деревья. На относительно небольшом пространстве местный ландшафтный дизайнер сотворил подлинное чудо! Тут и прудик с нимфеями, и беседочка, и ручей с карпами! Не говоря уже о живописном рокарии и прочих альпийских горках. На деревьях висели ажурные клетки с певчими птицами. Птиц было жалко, но если я их выпущу, они погибнут.

Яркие платья девиц замелькали сквозь ветки, и я остановилась, раздумывая, повернуть назад или все-таки пойти пощебетать? Познакомиться? Вдруг они меня знают? Не меня, а барышню Си? А я их нет? Будет неудобно. Но если я тут единственная студентка, то они меня могут не знать, я же в академии большую часть времени провожу. Потопталась, не зная, что предпринять.

Густой звон поплыл над садом. Я повертела головой в недоумении. Пестрая банда загонщиц Стасика со смехом показалась на дорожке. Девицы стреляли в меня глазками и улыбались, закрываясь расписными веерами.

– Вы идете, барышня Си? – окликнула меня незнакомка в малиновом платье. – Нас зовут на чай.

– Да, конечно, – пробормотала я. Чай, конечно, же! Всю жизнь мечтала подавиться под взглядом злющей тётки или этих девиц.

– Вы меня не помните? Мы дружили в детстве, пока ваши почтенные родители не… словом, в детстве, – та же девица в малиновом улыбнулась и подхватила меня за рукав. – Я Те Нин. Нинья, узнаете?

– Простите, не помню! – бесполезно перебирать, да еще в чужой памяти. Да еще и во сне! Не знаю я никакой Ниньи. Но это не мешает мне проявить элементарную вежливость. Из девичьей болтовни можно много полезного почерпнуть. Поэтому я улыбнулась и позволила себя увлечь в чайный павильон. Там были накрыты три столика. Девицы отдельно, тетки и мамки отдельно, Стасик с тетей Зоей, тьфу, Зуи, и два хмурых мужика за третьим, на возвышении, согласно местному табелю о рангах.

Тетка украдкой показала мне кулак. Я обреченно посмотрела на потолочные балки. И полезного пока ничего не услышала: девицы бурно обсуждали сорта чая и виды любимых сладостей.

– Вы так молчаливы, барышня Си, – пристала девица в лимонного цвета платье. – Какой чай вы любите?

– Жасминовый, – вспомнила я предпочтения Жанны Прокофьевны.

– А чему вас учат в академии? – на меня уставились семь пар блестящих глаз, горящих любопытством.

Растерянно обвела девиц взглядом. Откуда мне знать, чему… ботанике точно учат. Магические потоки закреплять щелочью и фенолфталеином, хе!

– Видимо, вы не слишком прилежны, если не можете рассказать! – фыркнула девица в зеленом. Последовали сдержанные смешки.

– Как маг может рассказать не-магам, чему его учат? Все равно не поймете, – вступилась Нинья, отбрила девиц. Я благодарно на нее посмотрела.

Я пила чай из издевательски маленьких чашечек, к которым и прикоснуться- то было страшно. Эх, где моя большая высокая кружечка? Кажется, я поняла, чаепитие – это следующий конкурс для кандидаток. Чьи манеры изящнее и поведение утонченнее. Вилка, однако. Буду вести себя, как привыкла – тётка убьет, а все другие сочтут некультурной. Буду подражать девицам – не дай бог, приглянусь тете Зуи!