Чтение онлайн

Заслышав за спиной тяжелые шаги, калека спешно закрыл тайник и смахнул невольно выступившие на глазах слезы. Перед ним лежит серьезный выбор, возможно важнейший в его жизни. Не хотелось бы отвлекаться, отвечая на расспросы толстяка. Да и о тайнике тому не стоит знать.

– Держи, задницу отморозишь, – Логи скинул рядом с напарником свернутое одеяло и сам сел рядом. – Красиво тут. Как будто смотришь сверху на весь мир, а кто-то огромный смотрит на тебя.

– Скоро закроются, – Брак задумчиво взглянул на ночные светила. – Жаль, что Квок уехал. Я бы хотел посмотреть на них через окуляр.

– И что бы ты там увидел? Голых танцующих человечков, мешок дури или очередную метку Ярлана?

– Да шарг его знает. Он, кстати, действительно может знать. Есть старое поверье, что Левый и Правый это глаза, которыми шарг смотрит на мир. Высматривает, что еще сожрать. А гразги появляются там, где он углядел что-то вкусное. Хотя это уже из нового.

– А чего сам тогда не сожрет? – Логи вытащил из мешка флягу и две маленьких кружки. – И почему глаза у него отдельно?

– Ему кто-то из героев древности по голове настучал. Так бил, что глаза твари вылетели и повисли на небе, а сам шарг больше не может пошевелиться. Видишь? – ткнул пальцем калека. – Правый краснее Левого, по нему попадали чаще.

– Глупая легенда. Это чем надо было таким бить?

– Конечно, глупая. Они все такие, особенно старые. Расчленят кого, и сразу реки текут, горы вырастают а окрестности наполняются живностью. Ведь достаточно посадить в землю селезенку жуткой древней твари или левую ноздрю павшего героя, чтобы из этого дерьма выросло новое съедобное растение. Или начал бить из земли родник.

– А пустырник откуда?

– Пустырник это пустырник. Он всегда был.

Логи разлил по кружкам янтарную жижу из фляги. Покатал в пальцах, отхлебнул и с отвращением выкинул посуду с обрыва.

– Я тоже хочу какую-нибудь тварь прибить. Такую, чтобы обо мне потом легенды слагали.

– Ты же драка почти завалил. Куда тебе еще? – Брак содержимое своей кружки даже нюхать не стал, сразу вылил.

– Это не то. Да и забыли уже все, разговоров на пару дней было. Нет, это должно быть нечто такое, что никому не удавалось провернуть. Шаргу по голове настучать, или кракену, – Логи мечтательно вздохнул. – А облезлый драк это не мой уровень.

– Тебя послушать, так ты за один Поиск хочешь вообще все на свете сделать. И на Талензу, и на Архипелаг, и пиратом стать, и тварь завалить…

– Еще руины Древних исследовать и основать свою семью. Всегда мечтал гигатраком управлять.

– Какие руины Древних? Ты о чем?

Логи покопался в карманах и извлек на свет тонкую затасканную книжечку размером с ладонь. Выглядела она неважно и явно повидала на своем веку многое, бумага затертая до дыр и местами рваная, покрытая пятнами неясного происхождения. На обложке все еще виднелось изображение полуголого детины с гривой длинных волос, стоящего на чем-то смутно напоминающем крышу кабины гигатрака. В руке детина держал неподъемных размеров кувалду, покрытую шипами, которой грозил неведомым врагам.

– Вот. – толстяк осторожно развернул книжицу, перелистнул покрытые картинками страницы и показал одну из них калеке. – Риктос Несгибаемый находит руины Древних в затерянных песках Южного Гардаша.

Брак с интересом взглянул на картинку. Полуголый детина прятался за здоровенным валуном от странной штуковины, напоминающей вставшую на дыбы таргу с корявыми руками. На макушке странной твари торчал круглый фонарь, которым она светила в сторону детины. Вокруг высились плохо нарисованные обломки каменных зданий и полуобвалившихся колонн.

– Прежде, чем ты начнешь занудно объяснять мне, что это выдумки и глупые истории северян, – Логи отобрал у калеки книжку и бережно спрятал ее обратно в карман. – Знай, я тебя ударю. Может, даже вниз скину.

– Я и не собирался.

– Собирался, у тебя всегда такое лицо становится, будто погадить присел.

– Просто удивляюсь, что у тебя такое есть, – Брак покривил душой, представить толстяка с книгой в руке отказывало даже его воображение. – Ты же читать не умеешь.

– Да там и так все понятно, – отмахнулся Логи, – У меня их четыре штуки. Жаль, не смог достать последние три, их никто специально не продает. Риктос ищет в руинах три части древнего оружия, которое должно помочь ему сокрушить непобедимый гигатрак его главного врага и вернуть похищенный семейный эйнос. Который и делает врага непобедимым. Дальше я не знаю, он только две части собрал.

– Спорим, противник твоего Риктоса окажется потерянным в детстве братом, или отцом? И на эйнос претендует по праву? Небось в конце объединятся против Страшного Врага, который их и стравил.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно прищурился толстяк. – Рассказал кто? Хотя не, это бред. Тот у Риктоса бабу еще убил, не смогут они замириться. Ты просто наугад ляпнул.

– А она тайно служила главному гаду. К тому же, она не мертва а сидит где-нибудь в клетке и ждет, пока герой ее спасет. А главной сволочью непременно окажется наставник твоего Риктоса, или лучший друг.

– Иди ты к шаргу, еще издевается… – буркнул толстяк. Однако, достал книжку и принялся остервенело листать страницы, что-то про себя бормоча.

Брак хмыкнул и полез в мешок. Нашел криво надкусанный корешок сладкого батата и захрустел, искоса поглядывая на напарника.

С какой неожиданной стороны порой открываются знакомые вещи. Толстяка он знал с детства, больше трех лет назад тот решил взять калеку под свою опеку… Но Брак даже не подозревал, что прямой как ось, упрямый и наглый Логи тайком собирает книги с картинками. Почему тайком? Да потому что тот скорее бы признался в нежной любви к Чегодуну, чем в том, что тратит свои кри на дурацкую бумагу. Самогон, попойки, развлечения – это понятно, это ожидаемо. Но читающий толстяк – нонсенс, даже к историям Брака он всегда относился с презрительным снисхождением и вечно высмеивал.

А сейчас эта гора сала и мяса сидит на краю обрыва и, высунув язык, старательно и аккуратно листает самую настоящую книгу, явно опасаясь повредить хрупкие страницы. Низкопробную северную историю с картинками, отпечатанную на скверной бумаге плохими чернилами – но книгу.

И ведь лысый явно не просто так показал ее напарнику, прекрасно зная о том, что знающий множество реальных историй калека не преминет высмеять его увлечение. Что это, доверие к напарнику, ростки которого прорастали и укреплялись всю последнюю неделю? Или очередная шутка, пустая прихоть? Толстяк напился, расслабился и скоро будет сожалеть о своем порыве?

– К шаргу это все, – подумал Брак. Рано или поздно все равно придется рассказать. Завтра последний день, лучшего момента может и не представиться. Пора, наконец, принять решение.

– Логи…

– Погоди, – толстяк отмахнулся и уставился на страницу. – Во! Не могла она выжить, ее со скалы сбросили. Там обрыв не ниже этого, точно разбилась. Я знал, что ты брешешь!

– Тогда точно выжила. Если со скалы сбросили, и тела нет – без шансов. Живее всех живых. Повисла на кустах или на уступе каком спряталась, может в реку упала. Смерть важных персонажей должна быть крупным планом, чтобы вокруг все рыдали и толкали речи на похоронах. Иначе какая это смерть? Так, очередной повод в будущем дать истории пинка под задницу, когда у рассказчика иссякнет воображение, – Брак заметил, что толстяк уже открыл рот для возражений и спешно добавил: – Да погоди ты! Мне надо тебе кое-что рассказать.