Чтение онлайн

– Все верно, - кивнул я. – Если быть точнее, восемьсот один год назад. В тот день я возвращался с братом с наше поместье с общего собрания, но попал на кровавую расправу, устроенную двоюродным братом отца, который хотел забрать себе наши земли, и ради этого даже стал вампиром. Наверное, рассчитывал на особую силу бессмертного. Без нее его бы там в бараний рог скрутили. Ты умирала, когда я нашел тебя на поляне около озера. Насколько я понял тогда, ты пыталась увести хотя бы часть людей, чтобы спасти их, но вас все равно обнаружили.

– Так тебя превратил в вампира твой двоюродный дядя? А как же Олег? – уточнила она.

– Не совсем. Укусил-то меня дядя. Пока мы с тобой прощались, я ловил каждое твое слово, каждый вздох… И ничего вокруг не замечал. А в это время он тихо нейтрализовал Вальгарда, а потом взялся на меня. Сомневаюсь, что в его планы входило превратить нас в созданных вампиров. Скорее, ему просто нравилась мысль, что мы погибли от его рук. Но тут его настиг карательный отряд Совета потомков Фаэтона, который уже знал о том, что новообращенным нарушен один из главных законов бессмертных. Олег уже тогда состоял в этом Совете, и в тот день он пришел вместе с карательным отрядом. Он поделился со мной и братом своей кровью, обратив нас. Твои последние слова были: «Вечность уже за твоей спиной». Умирая, ты предвидела мое обращение, Герда. Вот так в один день я обрел вечную жизнь, но надолго потерял тебя.

Я подошел к ней, и она не отстранилась. Легкое прикосновение руки к ее щеке вызвало у нее легкую мимолетную улыбку. Одна вышла она совсем грустной.

– Так вот в чем причина всех моих странностей, - промолвила она, тяжело вздыхая. – Теперь все становится на свои места. И мои разговоры во сне на шведском языке, и сны и видения, где я нахожусь в незнакомых мне местах, но как будто все там знаю.

– Ты и в тот день, когда мы стали нитар, сказала мне на шведском: «Мой любимый». Но кажется, это вышло неосознанно.

В ответ она удивленно посмотрела на меня.

– Что, я прям так и сказала?

– Именно. Так и сказала. А какие ты видела сны? Поделишься со мной?

– Поделюсь, - незамедлительно ответила она, и взяла меня за руку. – Закрой глаза, Эрик и ты все увидишь. Я покажу тебе.

От ее прикосновения по коже побежали мурашки. Я послушно закрыл глаза, и перед моим внутренним взором из недосягаемой глубины веков восстали ее воспоминания, которые по законам мироздания должны были навсегда кануть в Лету, но по воле Богов или судьбы они, преодолев сотни лет, настигли ее уже в новой жизни. Вот мы вдвоем стоим на той самой пристани в родовом поместье моего отца. Ей понравилось это место еще до свадьбы, когда она с отцом приезжала сюда. Оно словно манило ее, став местом силы. Она могла в конце дня прийти сюда с тальхарпой, и, глядя на морскую гладь, с упоением касаться струн смычком, рождая музыку невиданной красоты. Эта музыка ветром разлеталась по округе, заглядывая в каждый дом и даря всем, кто ее слышал отраду и умиротворение.

– Тебе не угодна моя игра?

– Как ты могла подумать такое, Ингерд? Играй, милая, если просит душа. Пой, если хочется песен. Музыка заставляет твои глаза сиять. Если это – твоя радость, я не смею отнимать ее…

В один из вечеров я пришел на пристань первым и ждал ее. И теперь видел себя ее глазами. Как задумчиво смотрю на горизонт и оборачиваюсь на звук ее легких шагов.

А вот и знакомая до сердечной боли поляна у озера в тот роковой день, разлучивший нас на века. Растерзанные тела усыпают его берег. Тяжелое дыхание в гнетущей тишине, таящей крадущуюся по пятам беду.

– Твоя песенка спета, девочка Северного Ветра… Может быть, он еще застанет тебя живой. А может быть, и нет…

Холодный насмешливый женский голос резал как острое стекло, ее слова вгрызались в мозг тысячей ледяных осколков, и изумленно вздохнув, я невольно отнял руку. Цепочка видений тут же оборвалась.

– Герда, женский голос, - промолвил я, все еще находясь в замешательстве.

Неужели вместе с убийцей Роальдом был кто-то еще?

– Почему этот женский голос из моего сна тебя так удивил? – спросила она.

– Все эти годы я искренне полагал, что ты в прошлой жизни погибла от рук моего двоюродного дяди, но сейчас в твоем видении прозвучал незнакомый мне женский голос. И кроме нее, как я понял, там больше никого не было.

На несколько секунд Герда задумалась.

– Нет, никого. Кроме тех, кого она убила.

– И с ней никого не было по твоим последним воспоминаниям?

Нахмурившись, она снова задумалась, покачав головой.

– Нет, Эрик. Была только она. Но я не помню ее лица. Совсем не помню. И твоего лица я тоже не запомнила. Только общие черты – рост, цвет волос, плечи твои здоровенные. Хотя сейчас, понимаю, что во снах видела именно тебя.

– Вот видишь, все эти сны посещали тебя неспроста. Твоя душа звала меня сквозь расстояния. И я пришел. Вот, смотри, - я подал ей руку, предлагая увидеть то самое видение, когда она вышла мне навстречу в парке Эриналлин.

– Ой, - воскликнула она, увидев саму себя. – Это же наш городской парк осенью! И одета я как на той свадьбе дурацкой, с которой сбежала. Как интересно… А когда это видение тебя посетило?

– Еще летом, в августе.

– Очень любопытно, - промолвила она. – В августе тебе снится то, что случится только осенью. Почему так?

– Наверное, потому, что мы должны были встретиться осенью, - предположил я. – Ведь так и произошло. Только теперь остается вопрос личности этой таинственной женщины, лишившей тебя жизни. Кто она и откуда. И куда пропала потом. Среди казненных Советом потомков за это преступление женщин не было.

Герда тяжело вздохнула.

– Не было печали, как теперь еще одна загадка на мою голову. Но, хотя бы теперь я понимаю причину своих необычных снов и разговоров на шведском языке.

– Признаюсь, я не ожидал, что ты так стойко встретишь неожиданно открывшуюся тебе правду, - промолвил я, и не удержался, приобняв ее за талию и притянув к себе. – Моя храбрая стойкая девочка.

– Просто я пока ощущаю себя в некой прострации, - ответила она. – И не осознаю всего до конца. Все, что я видела, пока не воспринимается мной, как часть моей собственной жизни. Это для меня скорее спектакль, за постановкой которого я наблюдаю со стороны, а главная актриса просто очень на меня похожа.

– Просто тебе нужно время, Герда.

Ее плечи поникли, и комнату огласил тяжелый вздох.

– Да, ты прав. Мне нужно время.

– А я пока что попробую связаться с Советом потомков, поговорю с Олегом. Мне не дает покоя твоя таинственная мучительница. Пока ее судьба не станет мне известна, я не успокоюсь, - высказал я свою мысль и открыл ящик стола, где лежали несколько готовых защитных амулетов.
– И все-таки, носи, пожалуйста, это.

Я приколол ей маленькую золотую брошку в виде цветка.

– Эрик, она испортится, я же говорила тебе. И очень скоро, - запротестовала Герда.

– Я помню, свет мой. Но ради твоей постоянной защиты мне не жалко никакого золота, у меня его за все столетия столько скопилось, что хоть лопатой греби. Носи его, и как только брошь обуглится, я дам тебе новую.

– Бо-о-о-оги, это как будто не со мной происходит! – сокрушенно промолвила она, схватившись за голову. – Теперь я в полной мере понимаю, почему мы не должны помнить свои прошлые жизни. Недаром говорят, что блаженно неведение! Лучше бы я всего этого не знала!